Анатолий Самсонов – Святой мошенник (страница 1)
Анатолий Самсонов
Святой мошенник
Святой мошенник. (и)
Глава I. О пользе чтения.
На память я никогда не жаловался, но сейчас она меня подвела. Дело в том, что когда –то давно, тому лет десять, я прочитал книжку, в которой один из героев изложил интересную идею, по тем временам и для того уровня технического развития совершенно фантазийную. Но всё течёт, все меняется, и наука, и техника тоже, и чем дальше, тем быстрее, и теперь, если вспомнить ту идею, я бы назвал её не фантазийной, а революционной. В старом тексте даже было указано название прибора, с помощью которого герой надеялся идею реализовать. Как же его, чёрт? Не помню!
К чему это я? А дело в том, что идея того героя неожиданно для меня вдруг логически увязалась с тем, чем я сейчас занимаюсь. А занимаюсь я полупроводником молекулярного уровня. Если сказать просто – полупроводником на синтетическом материале в виде решётки, назовем его изделием, с толщиной слоя в три - четыре атома. И должен сделать так, чтобы тело полупроводника в работе не нагревалось, и чтобы отражало инфракрасное излучение, не поглощая его, и, вишенка на торте, чтобы изделие реагировало даже на сверхслабые электромагнитные импульсы и включало лампочку индикатора, оповещая о том, что они – импульсы – присутствуют. Грубо говоря, мой полупроводник должен быть еще и минирадаром! Вот такая задача! Для чего нужен такой материал я вам не скажу, потому что т-с-с-с! Коммерческая тайна! А мне за неё, между прочим, приплачивают!
Дело у меня шло ни шатко, ни валко, со скрипом и заморочками. То вдруг после неудачных испытаний и долгом раскапывании причин выяснялось, что германий поставили не той чистоты, то сера оказалась не той «сероварни» и с примесями, а полупроводник, между прочим, как раз из германия и серы и состоит, и имеет формулу GeS4. В общем, работа с серным запашком, дьявольски тонкая, зависящая от многих факторов, и потому нервная.
И вот как - то после неудачного подключения изделия я обесточил схему и задумался. Причину неудачи я не нашёл и потому в расстройстве саданул в сердцах кулаком по столу и мысленно прокричал: «Да чтоб тебе провалиться и сгореть!» - И тут произошло чудо! Нет, нет, ничто никуда не провалилось и не сгорело, слава богу! Просто ни с того, ни с сего вспыхнула и тут же погасла лампочка индикатора. Это как бы в пещере Али - Бабы вспыхнул и погас прожектор! Чудо!
И это в пятницу, да еще и тринадцатого числа! Надо же!
Я человек хоть и сравнительно молодой, но верующий, и потому сразу трижды перекрестился и даже сотворил самодельную молитву. А как же? Ведь чертовщина!
С замиранием сердца я повторил все манипуляции и мысленно опять прокричал те же слова. И снова вспышка!
И третий раз я проделал то же самое, правда, решил поберечь кулак и …и опять вспышка! И так я повторил много раз и результат был тот же!
Эти вспышки – чудо!
Истинно говорю вам чудо, потому что спецзона - помещение лаборатории - экранировано как надо, то есть защищено от всех излучений и, само собой, внутри никаких источников излучения нет. Тогда что это? Почему загорался индикатор? И вот тут-то я и вспомнил о прочитанной когда-то книжке и меня осенило! Мой минирадар сработал на электромагнитное излучение, сгенерированное всплеском моих мыслей. То есть моим мозгом! Иначе быть не может! И я снова трижды перекрестился и возблагодарил Господа!
И надо же! Мозг отозвался и в памяти всплыло название книги: «Испанский крест. Или Гранд Монте-Кристо»! Ну - ка, ну - ка!
Я выскочил из спецзоны, залетел в свой кабинетик напротив и включил комп.
Ага, ага! Вот он в Яндексе «Испанский крест…» и вот, вот этот текст: «…работа мозга – это производство, это продуцирование электромагнитных импульсов…У людей гениальных эти импульсы головного мозга отличаются от импульсов обычных людей и по амплитуде, проще говоря, по силе, и по частоте, или по-другому, по скорости.
И если удастся создать прибор, улавливающий эту разницу, то можно будет находить способных людей и выращивать их как птенцов в инкубаторах»
Занятная мысль! Потому и запомнилась!
Ага! А вот и название – генометр! Что это за название такое, что за ним кроется автор не расшифровал, и потому для себя я истолковал его как «измеритель гениев»!
Во как! Неужели я изобрёл прибор, и он сразу выявил гения? Какая прекрасная мысль! И хотя меня никто не видел, я выпятил вперед грудь и надул щёки! Потом выдохнул, расслабился и задумался: и что же мне с этим делать? И, что логично, я решил поставить в известность о чуде своего шефа.
Шеф у меня классный! Зовут его Николай Николаевич. Мужик он выдающийся, носитель целого списка званий и степеней: доктор технических наук, член – корреспондент, профессор, заслуженный изобретатель, обладатель нескольких патентов, автор монографий и бесчисленного множества научных работ и статей. И, как иногда водится у людей такого масштаба, шеф был не без фишки, не без изюминки и, можно сказать, до некоторой степени с придурью. Его фишкой было почитание Бахуса, но не чрезмерное. Алкоголиком он не был, а вот пьюшкой, без сомнения, был. Это было известно всем и, вероятно поэтому, кто-то из его высокоинтеллектуальных друзей приклеил ему когда-то прозвище Биберий. Таким же прозвищем две тысячи лет назад называли римского императора Тиберия – по историческим слухам тоже большого почитателя Бахуса. (Тиберий – Биберий – «пьюшка» от латинского bibere – пить. Прим. авт.)
Николай Николаевич – он же Никник – знал об этом прозвище и не обижался, когда в поддатой и весёлой компании его так называли, мол, какие тут могут быть обиды, когда тебя ставят на одну доску или даже на один постамент с римским императором!
Шеф вообще был человеком спокойным, выдержанным, никогда не повышал голоса и только фраза «ну, друг ты мой ситцевый!» выдавала его недовольство, раздражение или удивление.
Придурь Никника была тоже особенной и, конечно, всегда проявлялась как следствие его служения Бахусу в данный конкретный день или момент. Он мог позвонить ночью и сказать: - Слушай, старина, мне тут одна мыслишка пришла…
Или так: - Слушай, дружище, мне тут одна мыслишка пришла…
Форма обращения – «старина» или «дружище» была мерилом принятого шефом на грудь. Если «старина» - значит, употребил менее ноль пять, если «дружище» - значит ноль пять преодолел.
Справедливости ради и, отдавая ему должное, надо сказать, что «мыслишки» всегда были дельные.
И была еще одна фирменная фишка. Это когда шеф заранее оповещал своих аспирантов об общем сборе «на конференцию», обычно это выпадало на пятницу. И тогда аспиранты суетились, распределяя функции: за кем спиртное, за кем закусон.
Шеф своим положением не злоупотреблял, объявлял «конферешки» примерно раз в месяц, блестяще сочетая приятное с полезным, воздавая должное Бахусу и заодно персонально подводя итоги своих подопечных и определяя задачи. И всё это легко, естественно, в форме свободного общения и обмена мнениями, и всегда с юмором, иронией, а то и с гротеском. Это было и интересно, и полезно, особенно, когда шеф был в ударе и «искрил» идеями и гипотезами.
От этих мероприятий никто никогда не отлынивал и в нетях не сказывался.
От официальных мероприятий, если это не было связано с его награждением, премированием или другим поощрением всегда по возможности открещивался, считая все эти академические собрания, заседания, голосования пустой тратой времени.
К власти Никник относился своеобразно. Он говорил: «Я многого в действиях власти не понимаю и не принимаю, но сотрясать по этому поводу воздух считаю пустозвонством с кпд равным нулю. У каждой власти есть недостатки! Главное, чтобы они – недостатки - не подпадали под законы Вселенской энтропии, которая, как известно, расширяется и рано или поздно приведёт к взрыву»
Если проведение «конферешки» совпадало с какими - либо важными событиями в стране, шеф всегда комментировал их с позиций легкой фронды. В частности, разоблачение воров – генералов шеф прокомментировал так: «Мне плевать, что с ними сделает власть: посадит, пожурит или куда назначит, чтобы они опять мелькали в телеящике, хотя смотреть на это противно. Меня интересует один вопрос: где деньги? А то вся страна скидывается по рублику на лечение больных детей, да ребятам на передовой, а где уворованные за десять лет деньжищи? А?»
А про Центробанк однажды выразился так: «В теле нашей экономики Центробанк это вагина с огромным в ней полипом: ни родить, ни вонзить!»
Ну, а в промежутках между «конферешками» была пятничная проза. Не всегда, но часто шеф приглашал кого-нибудь из своих друзей в свой кабинет и начиналось шахматное сражение. Вдохновителем баталий и судьёй, разумеется, был Бахус.
Сегодня была пятница. Рабочее время давно закончилось, но мой опыт подсказывал, что шанс переговорить с шефом у меня всё же есть. Так и случилось.
Сегодня шахматным партнёром Никника был некий дядя Вася, высокий, худощавый с благородной сединой мужчина лет за шестьдесят, о котором было известно, что он старый друг шефа, и что все его только так и называют – дядя Вася.
При моём появлении Никник, не отвлекаясь от шахматных раздумий, бросил: - Что тебе потребно, Толян?
«Раз Толян, значит шеф уже в кондиции» - понял я и в тон ответил: - Посоветоваться потребно.