Анатолий Самсонов – Машина времени и похищение профессора Юрика (страница 5)

– Нет, матрица это не душа! А по части души, – усмехнулся Юрик, – это не ко мне, это к попам. А я могу сказать только одно – вот у душ-то автопилот точно есть. Ведь те шестеро, что объявились в старом сталинском кабинете, были одушевлены?

– Еще как одушевлены! Я бы даже сказал воодушевлены! – согласился Николай.

– Ну вот и доказательство! – утвердительно рубанул воздух рукой Юрик. – Только не спрашивай меня как это происходит. Я не знаю, не знаю!

– А скажи, пожалуйста, зачем ты организовал эту встречу в верхах? – с любопытством и настороженно, с опаской загнать собеседника своим вопросом в броню молчания, спросил Николай.

А Юрик рассмеялся: – Да понимаешь, я еще и Екатерину Великую с Потемкиным хотел …гм… пригласить на встречу, да Николая Второго с Григорием Распутиным! Вот это было бы рандеву! Но, черт побери, МОСТ не потянул, – Юрик снова усмехнулся, – Боливар не вынес еще четверых, пришлось число гостей сократить. Пришлось! А жаль! А зачем я их собрал, спрашиваешь? Ну, вот ты на моем месте имея такую возможность, разве не сделал бы что-то подобное? Может быть в другом составе? Вот, ты не знаешь, и я долго мучился, а потом решился на встречу в верхах в такой компании. Жаль только, что не было возможности самому поприсутствовать, как говорится, сапожник остался без сапог. Ну да ладно! Почему в Кремле? Ну, а где? Не в моем же подвале? Кстати, я могу посмотреть запись встречи?

– Конечно, нельзя же отказать режиссеру – творцу, – согласился Николай, -на телефоне устроит? Вот, смотри, – Николай передал Юрику свой телефон. Юрик уставился в гаджет и было видно, что реальность и всё вокруг для него перестало существовать. Иногда он вскрикивал «вот это да!», или «ух ты!», а потом замирал с задумчивым видом, или, покачивая головой, что-то бормотал себе под нос. Но вот запись закончилась, и Юрик с досадой спросил: – Это всё? – Всё, – ответил Николай. -Черт побери! – воскликнул Юрик, – на самом интересном месте пришлось прервать! Из-за вас! Сколько вы тянули с этой встречей в верхах! У меня нет энергетических возможностей на столь долгий визит! Аккумуляторы перегрелись, и аппаратура стала глючить, пришлось гостей срочно назад отправлять. Черт, черт! На самом интересном месте, ну надо же! – Затем, повернувшись к Николаю и протягивая ему телефон сказал: – Извини, нервы.

– Да чего уж там! Ладно, Юрик, вернемся к этим годам, к вехам.

– Вернемся, – глубоко вздохнул и выдохнул Юрик, – знаешь, Николай, я тогда волновался и не всё сказал Командору. С вехами на самом деле еще сложнее. Ситуация такова: до 2036 года потомки принимают всех, с 36 по 41 года выборочно, с 41 по 51 вообще никого не принимают, а с51 и дальше – опять выборочно.

– Подожди, подожди, Юрик, дай осмыслить! Значит, получается так, что, условно говоря, вчера ты мог отправить индивида в 2036 год, а сегодня уже не можешь? Опоздание в будущее? – усмехнулся Николай Николаевич.

Юрик тоже усмехнулся и повторил: – Опоздание в будущее? Странно звучит, но, черт побери, это так!!

– Ладно! Интересно бы знать с чем связаны эти ограничительные даты? Почему так? – задумчиво спросил Николай.

– И мне интересно, но я не знаю. Могу поделиться только догадками.

– Уж будь добр, – Николай приготовился слушать.

– Вероятно, – начал Юрик, – до 36 года или около того я был, нет я буду монополистом и потому не очень буду досаждать потомкам. – Юрик остановился, подумал и сказал: – Как странно звучит фраза – «не очень буду досаждать потомкам». Ну ладно. А потом, я думаю, появились аналоги МОСТу и по ним, образно говоря, как по мостам, началось оживленное движение, что, конечно, должно было насторожить потомков и потому они выставили таймблокпосты. Почему с 41 до 51 года они не принимали вообще никого? Потому что, по моему мнению, в социуме начал активно действовать «Закон Голема», предопределивший как раз к этому времени крушение Империи Доллара и, вероятно, начало новой научно-технической революции планетарного масштаба.

– Закон Голема? – удивленно переспросил Николай.

– Ну, да! Закон Голема! – глядя в растерянные глаза Николая рассмеялся Юрик. Нет, и не проси, просветить тебя не могу, потому что сам знаю о законе Голема понаслышке. Так я продолжу. В общем, я полагаю, Империя Доллара к тому времени просела и стала разваливаться, опутавшие мир словно паутина цепи экономической зависимости и кабалы были сброшены, а возведенные Золотым Тельцом стены, разделяющие целые народы и отдельных людей рухнули, и это подтолкнула мир к духовному очищению, научно-технической революции и осмыслению содеянного за последние лет сто.

– И что же, по-твоему, осмыслили? —иронично спросил Николай.

– Да многое! К примеру, люди с удивлением вдруг поняли, что древняя формула «Homo homini lupus est» – «человек человеку – волк» на пике технического прогресса стала нормой бытия. Вспомнили и поняли, что не зря в античном Риме принимали законы против роскоши, поняли также, что глубокая социальная стратификация общества, то есть расслоение на очень бедных и очень богатых ведут к таким катаклизмам, от которых ни Росгвардия, ни полиция тайная и явная не спасут и не укроют.

Осознали, что такие противные человеческому естеству вещи как однополая любовь, однополая семья – явления, бывшие из разряда вон на протяжении многих веков, стремительно легализовались, причем легализовались агрессивно и амбициозно, и тоже стали нормой бытия. Понимаешь, нормой! А если это норма, то что тогда моральная деградация? Тоже норма? И люди, и целые народы осознали утрату ориентиров собственного развития, утраты, по Канту, системы основополагающих для человеческого существования категорических императивов.

Николай, глядя с немалым удивлением на одухотворенного и полностью ушедшего в себя Юрика, щёлкнул пальцами, тронул его за руку и сказал: – Эк тебя понесло, уже и к Канту пришвартовался.

Юрик вздрогнул, слегка хлопнул себя по лбу и, словно приходя в себя, пробормотал: – Да, что это я? Что-то понесло меня! Так… э… о чем бишь я?

– Об осмыслении, – напомнил Николай и усмехнулся, – только без… этих… Кантов и импера… ну, ты понял!

Юрик тоже рассмеялся: – Понял, понял! В общем за последние сто лет люди натворили дел ужасных тьму-тьмущую. И мозги себе засрали, и души многие потравили, и тела свои – признанные венцом творения Создателя – тоже изрядно подзагадили.

– Поясни, – попросил Николай.

– Поясняю. В Святом Писании сказано: кто умножает знания, умножает скорбь. А я скажу так! Если тот, кто умножает знания находится во власти Золотого Тельца, то тут уже не о скорби надо говорить, а о большой беде, о катастрофе! И люди в конце концов осознали, что это не аллегория, что беда пришла. Пришла вместе с отравленной водой и воздухом, генно-модифицированными продуктами, с искусственной псевдобелковой пищей, с лекарствами, от которых больше вреда чем пользы, с рукотворными инфекциями, борьба с которыми дело дорогое, но исключительно выгодное всяким «барби и безенчукам» – этим гэнам от власти и фармы с оловянными глазами.

Николай, до этого слушавший внимательно и хмуро, вдруг встрепенулся: -Безенчук – это из «12 стульев»? Ты на кого намекаешь, кого имеешь в виду? – Юрик рассмеялся: – Да ты лучше меня знаешь кого! Не перебивай, в твою наивность я не верю. Так вот! До массового сознания людей дошло, наконец, что они духовно ослепли и по слепоте своей позволили кое кому с грязными руками и помыслами вмешаться в Промысел и Провидение Господне и, осознав это, поняли, что путь этот ведет к эволюции со знаком минус, ведет к деградации человека как биологического вида, что «хомо сапиенс» стал неотвратимо превращаться в «хомо болвануса» с кругом интересов в области хлебала, пениса и ануса. Ух, ты, рифма выперлась! Да, так вот я полагаю все эти десять лет: с 41 по 51 год одновременно с планетарной научно-технической революцией человечество, грубо говоря, занималось собственной очисткой, или, как говорят биологи, редактированием собственного изрядно загаженного генома, удалением из него искусственно привнесенного мусора и приведением его, генома, в соответствие к модели Творца.

Я думаю, примерно в то же время крушение Империи Доллара приоткрыло ящик Пандоры и подбросило таких фактов для осмысления деятельности и российских, и международных гэнов – «барби и безенчуков», – что у людей волосы везде, где они есть, встали дыбом. А еще я думаю, что крушение Империи Доллара вскрыло гнойники и каверны богатых и сильных мира сего, и обнаружило такие «пещеры Алибабы», принадлежащие гэнам «барби и безенчукам», и иже с ними, и над ними, что это не укладывается в сознании.

В общем, в течение этих десяти лет потомкам было не до предков. А потом, с окончанием эпопеи очищения, потомки вернулись к старой практике выборочного допуска. Ведь, согласись Николай, нельзя совсем оттолкнуть прошлое и уподобиться «иванам», не помнящим родства», нельзя! Ибо преданное забвению прошлое может жестоко отомстить в будущем! Кто «ложит» на прошлое, на того наложит будущее, ха-ха, как-то так!

Вот такие у меня есть простые соображения относительно этих дат, о временных вехах. Коля, вопросы есть? —Юрик нажал какую-то кнопку, и в углу что мягко щелкнуло и зажужжало. – Там у меня кухонный отсек и есть кофемашина, а то уже горло пересохло, – пояснил Юрик и через пару минут вернулся с двумя чашками кофе.