Анатолий Самсонов – Машина времени и похищение профессора Юрика (страница 7)

– Нет, спасибо. Не договорили мы с тобой, профессор Юрик, ну ладно. И вот еще что! Я тебя прошу никуда не выходить из дома, – Николай чуть смутился, – до моего возвращения. Три последних вопроса, не возражаешь?

– Валяй! Может быть хоть чаю попьешь? Друг мне привез с Цейлона сандаловую шкатулку с чудесным чаем. Вот посмотри, – Юрик снял с полки шкатулку темного дерева и потряс ее, – о, есть еще чаёк на разок! Так как?

– Нет, спасибо, – отказался гость, затем чуть помялся и спросил: – А ты не задумывался о научной карьере? О защите, к примеру, докторской диссертации? Ты же такое чудо изобрел!

Юрик рассмеялся и сказал: – Мои расчеты показывают, что для материализации матрицы в живого индивида потребно количество энергии в тысячи раз превышающее энергетические возможности моего подвала. Но гости из пошлого, как ты знаешь, прибыли! Прибыли! Соответственно, при отправке их в прошлое при их дематериализации, должно было выделиться колоссальное количество энергии. Но и Кремль, и мой подвал, как видишь, целы. Понимаешь, о чем я?

– Н – нет, – запинаясь как школьник, промямлил Николай.

– Послушай! Матрица, к примеру, царя Ивана прихватила оттуда – из прошлого – сюда – в будущее – энергию от своей дематериализации, и здесь эта энергия пошла, грубо говоря, на создание царя Ивана. При возвращении его назад всё повторилось. Похоже, мы имеем дело с новым видом энергии. Что это такое, что за энергия такая, и как это работает я понятия не имею. Какая уж тут, к хренам, докторская диссертация? А какой второй вопрос? Давай быстрей, а то у меня яичница сгорит!

– Справа от тебя стоит допотопный советский приемник! Такой диссонанс со всем остальным! Прости мое любопытство: к чему бы это?

– А- а, это! Там динамики хорошие, – Юрик со сковородкой в руке двинулся к «барной» стойке, на ходу продолжая, – когда я не могу заснуть, а это часто случается, я слушаю музыкальные программы, особенно радиопередачи о «Битлз» и истории создания их песен, мне вообще нравится их лирика. И ведущий там занятный парень, интересно рассказывает. А бессонница – это мой ночной ужас, она меня иногда просто мучает. Есть у меня, правда, мелотерапевтическая программа…, – Юрик посмотрел на гостя, – но это другая песня. А приемник нужен! Понял?

– Понял.

– Ну, третий вопрос?

Николай Николаевич чуть помялся: – Дубликат программного обеспечения МОСТа! Где ты его хранишь?

Юрик вздохнул: – Теперь это не секрет – в ячейке Бета-банка.

Николай Николаевич кивнул головой, попрощался и пошел к лестнице.

Глава III. Путешествие, трагедия и похищение.

На следующий день Николай объявился после полудня и по его лицу было видно, что прибыл он с чем-то важным. Поздоровались. Николай протянул Юрику листок бумаги. Юрик развернул его и прочитал вслух: год 2052, 1 августа, Москва, Красная Площадь. – Прочитал и рассмеялся: – Понял! Кто? – Николай вздохнул и скромно ответил: – Я. – Юрик вслух задумался: – Странно! На батискафе на умопомрачительную глубину погружался, импринтингом гусей в полете над тундрой занимался, боевой истребитель в небесах головокружительных испытывал! А тут – нет! Галера держит? Ну, не мне судить! Так! Когда и насколько? – Николай снова вздохнул: – На пару дней. Сейчас. Чего тянуть!

– Ну, пошли, турист темпоральный, в стартовую кабину. Куртку то свою прихвати, а ну как там дождь – август всё-таки. Коля, а вдруг тебе там на Красной площади будущего так понравится, что ты …э…

– Стану гэном-невозвращенцем? – нахмурился Николай, одевая куртку.

Юрик рассмеялся: – Ладно, извини, пошли, пошли.

Через десять минут закованный в контактные скобы и обручи, и увешанный проводами и датчиками слегка побледневший Николай, стоя в «душевой» кабине, через прозрачную пластиковую стенку наблюдал за манипуляциями Юрика за «барной» стойкой.

– Ну, готовность номер один! – Юрик оторвался от клавиатуры, бросил взгляд на бледного Николая, махнул ему рукой и нажал кнопку старта. Послышался треск как от электрического разряда, кабина осветилась нестерпимо ярким светом, затем вспышка и тишина. Поехал! Старт состоялся. Тут же включился таймер обратного отсчета времени пребывания субъекта в будущем.

Через сорок семь часов и пятьдесят девять минут Юрик, восседая на высоком стуле за стойкой, наблюдал на мониторе отсчет секунд последней минуты. Вот, наконец, на экране нарисовался долгожданный ноль, и тут же кабина полыхнула ярким светом так, что Юрик зажмурился, инстинктивно отпрянул и вжал голову в плечи, а когда открыл глаза увидел выходящего из кабины улыбающегося Николая. Юрика тотчас снесло со стула, он бросился к Николаю с криком «получилось, получилось!» обнял его как брата после долгой разлуки.

– Ну, рассказывай, рассказывай! – с этими словами Юрик усадил Николая на диван и с улыбкой счастливого человека на лице приготовился слушать.

– Подожди, Юрик, я должен позвонить. – Николай быстро переговорил с кем-то, отложил трубку и сказал: – Час у нас есть, – Николай снял куртку и положил ее на спинку дивана и повернулся к Юрику: – Ну, хорошо! Не знаю даже с чего начать, – и было видно, что он сдерживает себя, но эмоции перехлестывают через край. – Итак! Люди! Люди там совсем другие, совсем другие, они открытые, простые, а ведь до них всего тридцать лет, тридцать лет, и мы, быть может, доживем до тех времен. Даже не верится! Неужели мы сможем стать такими!?

Юрик слушал Николая, смотрел на него и думал: «Надо же! Где тот сухой, весь при исполнении, начальник охраны, на котором даже в гражданской одежде просматривались лампасы? Нет его, пропал! Есть симпатичный мужик Николай, вон как рассказывает!»

А Николай вдохновенно продолжал:

Москва! Москву не узнать! Нет висящих проводов и кабелей, нет столбов и фонарей. Сбылась мечта Теслы – люди научились передавать энергию беспроводным способом с помощью трансэнергетических генераторов.

Нет пробок, всюду воздушные прозрачные скоростные эскалаторы, воздушное голограммное освещение улиц и площадей, общественные и личные мультивертушки для перемещений в городе и за его пределами. – Николай, увидев широко открытые глаза Юрика, рассмеялся и хлопнул себя по лбу: – Извини, столько всего в голове, извини за сумбур! Да! Главное! Люди научились использовать новый источник энергии…

– Водород? – эмоционально догадался Юрик.

– Да, в конечном итоге водород. Но сначала был открыт безопасный кремниево-кислородный источник энергии.

– Вот как! – изумился Юрик, – а принцип, на каком принципе он работает?

– Принцип проще некуда. Потомок Кузнецов из России и потомок Шмидт из Германии почти одновременно изобрели катализаторы и технологические регламенты их использования. Что такое катализатор знаешь?

– Ну, в общем, да. Вещества, которые сами не участвуют, но провоцируют химическую реакцию. Так что ли?

– Я тоже не большой спец, но тоже думаю, что так.

Одним словом, Кузнецов придумал, или, если хочешь, изобрел рений-скандиевый катализатор и регламент его использования для реакции разрушения кристаллической решетки кварцита нагреванием в ультрафиолете с получением металлического кремния, кислорода и выделением тепловой энергии. А его немецкий собрат изобрел ниобий-германиевый катализатор для реакции термического разложения паровоздушной смеси и сепаратор для разделения водорода и кислорода. Заметь, речь идет о разложении паровоздушной смеси! Понимаешь, что это значит? Это значит, что для получения пара можно использовать хоть воду Мертвого Моря, хоть воду якутских болот! А потом они – Кузнецов и Шмидт – собрались и сконструировали энергетический кремниевый водородно-кислородный блок, сокращенно КВК- блок. Представляешь, песок и вода как источники энергии! И это изменило мир! Десятилетиями за установление контроля над нефтегазоносными районами плелись политические интриги, велись экономические, холодные, гибридные и горячие убойные войны. Пролито море крови! За песок и воду воевать не надо, они есть всюду, из-за песка и воды на Ливию и Ирак никто нападать бы не стал. Понятное дело, с появлением КВК-блоков потребность в углеводородном сырье снизилась в сотни раз. Соответственно, пропал Casus belli – казус белли – повод воевать. Появление энергетических КВК-блоков стало своего рода катализатором для изменения международных отношений, международного климата. Представляешь, разрядка! Давно забытый термин! Реальная международная разрядка! Люди наконец-то поняли какие огромные ресурсы они прожигали и тратили впустую на производство и содержание ядерных арсеналов, ракет, военных баз, миллионных армий, флотов надводных, подводных и воздушных, и, осознав это, сократили военные расходы в десятки раз и обратили высвободившиеся ресурсы себе на пользу. И мир стал другим! – Юрик всё с возрастающим интересом слушал Николая, а тот, увидев это, и понимая, что невольно увлекся и впал в патетику, прервался и попросил: – Чай поставь что ли! Хлебнуть с дорожки.

– А может чего покрепче? За пионера межвременных переходов, за первого времяпроходчика? А? Может, отметим?

– Нет, потом отметим, – отказался Николай. Мужчины посмотрели друг на друга и рассмеялись, а Николай продолжил: – Да, мир изменился! Представляешь, Русский Север и Сибирь с чистыми озерами, реками и лесами стали привлекательными, стали зонами комфортного проживания. А какие контрасты! Только подумай, на берегу Баренцева моря, на берегах Лены, Енисея, Амура огромные парки и оранжереи с пальмами, пиниями, кипарисами. Тут же сады, виноградники, ягодники, арбузы с персиками и ананасами. А за бортом минус тридцать! А? Каково?