Анатолий Подшивалов – Наблюдатель, часть II (страница 24)

Джоржи сообщил, что Владимир Александрович с четырьмя яполками, среди которых Кавалергардский и живет в казарме этого полка, так как является его шефом), там же находится штаб мятежников. Остаются Лейб-гвардии кирасирский и два стрелковых — Павловский м Финляндский. Артиллерии с боезарядами у них не, что радует, но есть четыре пулемета. Отдельно стоят Семеновский и Преображенский полки — ждут, чья возьмет. Но семеновцы было уже заняли Петропавловку и навели орудия на Зимний, тогда в Неву вошел «Память Азова» и прикрыл дворец бронированным бортом, одновременно наведя орудия на единственную сигнальную батарею Петропавловки (туда как-то доставили четыре ящика боевых фугасно-осколочных снарядов). Так что, окна комнат, выходящих на реку, закрыты мешками с песком и разместим мы тебя во флигеле — так безопаснее. Там же Ксения с детьми и Мария Федоровна — Сандро убедил жену и мать, что во дворце безопаснее.

Вчера и сегодня утром мне уже присягнули Сенат, МИД и русские послы в иностранных государствах, министерства. Полиция и жандармы также принесли присягу. Телеграф и почта и телефон в наших руках. Посланы мои представители во все полки и военные учреждения столицы — они собирают информацию для Сандро, а сам он сейчас у казаков — которых в Петербурге пять полков, включая Атаманский. Ночью у казаков была стычка с матросами, заставшими одну из полусотен за грабежом магазина (понятное дело, станичники «дуван дуванили»). В результате перестрелки один из казаков был убит, а начальник патруля ранен. Вот сейчас Сандро и «разруливает» процесс и с минуты на минуту, как он телефонировал из казарм, должен быть здесь. До начала совещания еще полтора часа, так что он успеет рассказать новости, а ты переодеться.

Пока промежуточные итоги выглядят следующим образом; из Первой кавалерийской лейб-гвардии дивизии пока колеблются Конно-Гренадерный полк, два кирасирских, Уланский, Драгунский и Гусарский полки. Благодаря отличным действиям командира пехотного гренадерского полка, генерал-майора Брилевича Александра Васильевича, его полк, так же как Измайловский и Московский выступили с оружием на стороне Георгия и утром вчерашнего дня принесли присягу. В настоящее время части этих полков расквартированы в Зимнем и Главном Штабе, охраняя их, а заодно держат под круговым обстрелом Дворцовую площадь. Прорыв со стороны Адмиралтейства и Миллионной исключен — там созданы две достаточно мощных группировки сил, подкрепленных полевой артиллерией. В Зимнем и рядом с ним одна из гвардейских артиллерийских бригад полного состава и со шрапнельными зарядами, отдельная бригада тяжелой артиллерии заняла позиции на набережной Невы и держит на прицеле фарватер реки, а также форты Петропавловки. Третья кавалерийская и третья стрелковая ливизии лейб-гвардии расквартированы в Варшаве, откуда, как всегда, известия запаздывают. Флоты и береговые части, включая усмиренный Кронштадт, но(за исключением Владивостока и Мозампо) уже объявили о своей присяге Джожи.

Выпуск всех газет и изданий, кроме правительственного вестника, прекращен. Сегодня Гвардейский экипаж должен был взять под контроль Государственный банк и Биржу. Частным и иностранным банкам наложен секвестр на все переводы за границу, внутри страны оборот свободный.

Что касается рабочих, то они укрепились на рабочих окраинах востока столицы. Судя по всему, у них до десяти тысяч вооруженных рабочих. В начале восстания это была большая сила и, если бы они были более сплочены, столица была бы в их руках. А так — это, в обще м-то разрозненные отряды без четкого центрального руководства и многие уже хотят сложить оружие. Есть два-двадесятка отрядов непримиримых эсеров и анархистов, общей численностью до тысячи человек. Они отлично вооружены и неплохо подготовлены к ведению уличных боев неведомыми военными инструкторами. Нам еще ни разу не удалось захватить в плен такого инструктора, но пару главарей мы взяли в плен и они рассказали, что такие были и готовили боевиков в Финляндии.

Кстати, финны прощупывали возможность отделения от Империи, так же как и поляки, но финским делегатам намекнули, что, как тоьлко финский корпус попытается покинуть казармы, линкоры разнесут пололовину Гельсингфорса, а потом разрушат железную дорогу на Петербург и, вообще возьмут контроль над перешейком. Это все Сандро постарался, он как прибыл, везде расставил патрули и летучие отряды на авто и пролетках, потом поехал на Балтийский завод, где закончил ремонт «Александр III». Линкор должен был уйти в Мозампо, но, к счастью, не успел. Отдельная проблема — казаки, которые сначала поддержали дядю, н. Сандро сейчас как раз и занимается ими, пытается перетащить на нашу сторону. Если это случится, то численный перевес будет у нас.

Вообще, ситуация с рабочими, инициировавшими восстание, выглядит наиболее неизвестной и непредсказуемой. Спросил Георгия, кто за этим следит и наблюдает ли вообще. Он ответил, что возложил это дело на Мишкина, но тот умчался к себе на завод и, похоже, что «усмиряет» оттуда, так как заявил, что на сегодняшнее совещание не приедет: мол, дорога опасная, боевики пошаливают.

Худший выбор, чем назначить робкого Мишкина на такое дело трудно представить. Пока он никто: ни промышленник, ни торговец, ни инженер. С рабочими говорить не умеет. Это потом, в ПМВ в реальной истории он станет лихим командиром Туземной («Дикой») дивизии, лично водившим свих джигитов в атаки.

Открылась дверь, и, сопровождаемый двумя адъютантами, в зал шумно ввалился Сандро. Был он в черном адмиральском мундире полного адмирала, с орденом Святого Георгия на шее. Выглядел он не в пример лучше племянника, несмотря на черную перчатку протеза и повязку на глазу, они, как раз, придавали ему вид лихого адмирала, грозы морей и уездных барышень, которые при виде народного героя должны были падать и сами укладываться в штабеля налево-направо.

— Ага, вот и спаситель испанского короля, — приветствовал он меня, а попутно соблазнитель прелестной испанской маркизы. Наслышан, наслышан… Поздравляю с законным браком, друг Саша!.

— Сандро было собрался обсудить прелести Марии Гвадалеста, но Джоржи ему не дал:

— Давай, рассказывай, что там казаки?

— А что казаки? Разве сам не слышишь?

С площади донеся рев тысячи глоток: ' Слава Государь, многая лета Императору и Самодержцу Всероссийском Георгию Первому!

— Ну \, порадовал ты меня, Сандро! — воскликнул Джоржи. — Ты нас спас сегодня!

Сандро высказался в том смысле, что надо выйти на балкон, поблагодарить станичников, что мы и сделали, окружив государя с двух сторон. Похоже, это был тот самый балкон, на котором застрелили Ники, но никто и вида не показал, что страшно. Мы появились все вместе и Георгий сказал только: 'Благодарю, станичники, за мной служба не пропадет! При этом он глубоко поклонился казакам, вызвав новый патриотический рев.

Потом, провожаемые хоровым пением а-капелла казаков, исполнившими, кто как мог, «Боже, царя храни», мы вернулись в зал, куда по приказу Сандро уже принесли кофе, бутерброды, нарезанную холодную телятину, сыр. Сандро попросил разрешения подкрепиться, а то он не завтракал и я тоже присоединился к нему.

После этого Великий Князь рассказал подробности нелегкого разговора, периодически перебиваемого, по его словам, высказываниями вроде того, что флотским много власти дали. Однако недовольных быстро поставили на место сами какаки: «Вон адмирал-герой весь израненный, а то что на войне дела? В Питере ошивался?». В конце концов, собрался Атаманский круг и приговорили: «Принести присгу Георгию», после чего полки строем, с развернутыми знаменами и полковыми иконами и хоругвями, пошли на Дворцовую. Впереди шли командиры полков, духовный причт и члены малого Атаманского круга казачьих полков лейб-гвардии. Дальше все прошло «как по маслу» Командиры выстроили полки, священники оформили принятие Присяги. После каждый поцеловал полковое знамя и приложился к иконе. В общем, теперь, пять казачьих полков на нашей стороне и шансов у дяди Володи больше нет.

Впрочем, пожалуй, нет их и у восставших — телеграф принёс сообщения о том, что Великий Князь Сергей Александрович ликвидировал мятеж в Москве, не задумываясь, разнеся артиллерией рабочую Пресню. Может быть, оно получилось излишне кроваво — похоже, что прозвище «Кровавый» теперь достанется ему, ведь вместе с разнесенными в прах баррикадами пострадали лачуги рабочих, но, что есть — то есть. Зато почти все оружие боевиками было сдано, удалось захватить и десяток инструкторов — как и ожидалось,, почти все они прошли подготовку за границей. Большинство зачинщиков рабочие сдали сами, правда, сделали это уже после того, как их задержали, иначе артобстрела можно было бы избежать. Зато в оперативности в наведении порядка Сергею не откажешь, а обидное прозвище, может, и не такое уж обидное, зато все будут знать, что его обладатель не перед чем не остановится, тем более, что, как выяснилось, все привычки и странности характера Сергея Александровича, связаны, на самом деле, с запущенным костным туберкулезом. Пока я приводил себя в порядок, то же сделал и Сандро (похоже, он и ванну успел принять) и вернулся в зал заседаний. Ну что же, мне пришили новые погоны, (без галунов отставника), все выгладили, сменили сорочку и начистили ботинки до зеркального блеска — и на том спасибо! Ордена, с помощью своего адъютанта, полковника барона фон Швальбе, Модеста Петровича, я прикрепил только российские.