Анатолий Патман – Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (страница 23)

Что же, я тут же позвал своих помощников к повозке. Пусть они всегда будут со мной рядом. Николай Фёдорович уже отдал её мне в пользование. Ну, да, не могу же я всё время идти пешком. Тогда у меня сил ни на что не останется. И ещё мне надо позаботиться и о своих людях. Вон, пока и Барсуков был временно переведён в моё подчинение. Ну, он-то этому был и рад.

Тут к нам пришёл корнет Шереметев. До того он держался в стороне от меня, а сейчас, похоже, что Николай Фёдорович разрешил. Ну, далее такой уж строгой конспирации не требовалось, так что, уж с ним я вполне мог общаться и иметь дела. Не знаю, как у него далее сложатся отношения с Александрой, но пока моя любимая сестра явно благоволила к корнету. Ну, и она являлась, тем более, для него, подходящей партией. Уж я её люблю и в обиду не дам, и её выбор принимаю и уже принял. Поэтому мне и требовалось поддерживать с Владимиром хорошие отношения. Хотя, пока он, вроде, и не давал никаких поводов для отторжения?

— Да, Борис, заставил ты поволноваться всех!

— Что делать, Владимир, пришлось. Но могу заверить, что так уж опасно для меня не было. А здесь я уже под вашим присмотром.

Тут я сходу познакомил корнета со своими помощниками и румынами. Ну, Демьяна с Николаем он и так хорошо знал. Но и троица других явно внушила ему уважение. Ну, так, группа у меня была что надо! И группа сублокотенента выглядела ничего.

Далее мои помощники занялись обустройством на ночь, так им и себя в порядок надо было привести. Я-то спал в повозке, а они всю дорогу на своих двоих, да ещё, как солдаты, в полной боеготовности. Ладно, они, можно сказать, уже все взрослые…

— Ну, что, Мария, понравилось у нас? Теперь для нас, хоть мы больше живём в Санкт-Петербурге, эти места самые родные. Тут у нас и имения, и наши родные лежат, и Борис с Александрой здесь родились. Получается, что наши корни здесь. И ты тоже наша. Мы всегда будем рады видеть тебя и поможем всем, чем можем.

— Э, спасибо, тётя Арина. Да, мне у вас понравилось. И красиво, и спокойнее. Да, жаль, что тётя Софья, Екатерина с Агнессой и дядя Павел так рано умерли. Я всегда буду помнить о них. Жаль, что сейчас и Бориса рядом с нами нет. Когда он вернётся, я сразу же попрошу у него извинений. Он мой брат, и очень хороший! Папа и Мама тоже сожалеют, что у нас появились некоторые разногласия, и сильно желают, чтобы наши отношения снова стали хорошими. Мы же родственники, и близкие.

— Да, Мария! Мы все тоже желаем, чтобы наши семьи жили дружно и всегда поддерживали друг друга.

— Я вас всех, тётя Арина, люблю. И очень скучно без Бориса. Он и музыку, и песни интересные сочинял, но я не думала, что он может придумывать такие сложные вещи, как этот велосипед! Считала, что они немецкие. Надо же, теперь вы их даже здесь, в Киреше, начали выпускать! Вот Папа и Мама сильно удивятся. Они про это тоже не знали. Считали, что вы тут лишь матрёшки выпускаете.

— Ну, не только матрёшки, Мария. Ты же сама увидела, что там и куклы шьют. На второй фабрике будем собирать велосипеды. Сегодня первый и получили. Так что, скоро мы начнём торговать уже нашими велосипедами. А на заводе будем выпускать консервы! Ещё, может быть, жареную картошку и халву⁈ Тоже Борис придумал. Ну а пока, раз у нас всё хорошо, немного отдохнём!

Глава 14

Глава 14.

Тяжело в учении?

Мы с корнетом сразу же перешли к обсуждение своих и прочих дел. И ему было интересно узнать о моих приключениях, так и я мог много чего рассказать. Ну и о последних новостях узнать хотелось.

Вот слегка и поговорили. Правда, ничего такого Владимир не рассказал. Отряд Николая Фёдоровича больше в пути находился и много времени просто зря потерял. Сначала три их вагона в Москве несколько дней простояли, потом Курске. Далее их отправили в Киев, оттуда, через пару дней, куда-то под Одессу, но не в саму. Вот и помотались. Хоть как бы ничего и не делали, и устали, и всё надоело. Что делать, в воинской службе всё по воле начальства делается. Ладно, что хоть из Бухареста, хоть они и хотели слегка посмотреть и погулять в румынской столице, их быстро выпнули. И под Фратешты отряд не застрял. Вот под Зимницей они могли запросто простоять непонятно сколько, но тут уже я появился. И всё зашевелилось. Раз отряд был направлен в распоряжение бригады Ивана Федоровича, то его как бы туда и отправили. Правда, уже немного переиграли. А что отряд направили кружным путём, то в штабе русских войск как бы решили, что так безопаснее, и по дороге на Никополь слишком много войск. Ну, теперь нам осталось и самим быстрее добраться до Плевны, и дождаться прибытия и бригады, и самого полковника. Ну, надеюсь, у нас всё удачно сложится?

Так что, и я кратко довёл до корнета о нашем путешествии из Одессы досюда. Ну, уж ему доверять можно. Тем более, я уже и так кратко рассказал Николаю Фёдоровичу почти обо всём, что со мной произошло. Конечно, своих тайных помыслов не выдал, так и о части путешествия, конечно, в Симферополь, умолчал.

— Да, Борис, а ты, оказывается, интересно время провёл. Ещё и в Одессе погулял! И в Яссах был, и Бухаресте! — Ну, да, одно название, что был. Нет, в Одессе всё хорошо было. Жаль, что пришлось уехать. И Яссы чуть посмотрели и даже несчастных бандитов ограбили. А вот в Бухаресте, кроме железнодорожного вокзала, ничего не видели. — Ладно, позже подробнее расскажешь, что и как. Надо же, с кем только там не познакомился и даже сам румыном стал!

— Это невольно, Владимир. Пришлось применить своего рода военную хитрость. Ну, с сублокотенентом мы неплохо поладили. Он сейчас, само собой, узнает немного лишнего и позже всё доложит своему командование, но это не так страшно. Без румын уже никак. Если честно, я и так рассказал ему и другим румынским офицерам, ещё в Бухаресте, пусть уж Иван Фёдорович не обижается на меня, приписав получение этих сведений от него, о желательности отхода от действий сомкнутым строем, так как это приведёт к большим потерям личного состав, так и важности применения стрелкового строя. Тем более, во время атак, ещё и в неудобный местах.

— Э, Борис, и где ты нахватался таких знаний, даже военных? Да многие генералы и таких выражений не знают!

Ну, может, и не знают, зато они успешно наверх пробились и в истории останутся. Да, всё-таки много в мире несправедливости!

— Да, вот, Владимир, приходится крутиться и много чего изучать. Так что, если что увидишь и узнаешь, сильно не удивляйся. Мне же семью, свой род поднять надо. Я маме Арине всю жизнь в пояс кланяться буду. Если бы не она, я бы сейчас не жил. И милее Александры для меня никого нет. Ну, ладно, извини, Владимир, это я просто переволновался в последнее время. У меня ещё много новых задумок появилось. Вот как вернусь домой, ими и займусь!

Дай бог хотя бы их часть в жизнь воплотить!

— Можно было бы и сейчас вернуться, но ты же не станешь? — Тут я просто кивнул головой. — Но после того, как немного побудешь в Плевне, Николай Федорович, тем более, Иван Фёдорович, уж точно отправят тебе домой. Всё-таки у тебя и возраст не совсем тот, и Арину Васильевну пожалей. Ей будет тяжело, если с тобой что-нибудь случится. И Александра сильно по тебе грустит.

Тут мне уже при мысли о тёте Арине и сестре стало сильно тепло. И грустно! Всё же я не одинок на свете, и мне о ком, и обо мне кому есть заботиться. Так что, мне в любом случае надо выжить и вернуться домой в своим близким. Так и, да, прогрессорством надо заниматься. Не зря же я выжил, и память Бурлака мне досталась.

— Да, Владимир, обязательно вернусь. Сам, и добровольно. Просто пока ещё не всё с Плевной решилось. А мне хочется быть уверенным. А потом что я расскажу, если спросят, о Болгарии? Что даже до Плевны не смог добраться? Конечно, хотелось бы взять и Константинополь, но у меня под рукой армии нет. Лишь с пятёркой своих помощников мне этого не сделать.

Тут корнет звонко рассмеялся.

— Ну и мысли у тебя, Борис! Хотя, ваш отряд утром, оказывается, и так неплохо повоевал. Полсотни башибузуков положили.

— Нет, всего три десятка, Владимир. И то они бдительность потеряли, и мы их просто из засады расстреляли. Вот потому важно уметь хорошо стрелять. И поэтому мне хочется создать при отряде и группы метких стрелков. Залповая стрельба не всегда даёт тех результатов, что надо. Это и больший расход боеприпасов. Так что, больше применения стрелкового строя, всевозможных укреплений и меткая стрельба. Ну, насчёт применения гранат и мин ты и так знаешь. И ещё хорошая и своевременная разведка. Ну, на это уже ответственные лица имеются. Пусть штабы шевелятся! И снабжение получше наладят! А так, мне кажется, что надо шире применять новую тактику действий, к примеру, массированное применение кавалерии не только для разведки, но и дальних, и быстрых рейдов. Целыми корпусами и армиями! Но тут, сам понимаешь, понадобится больше конной артиллерии и лёгких орудий, само собой, и носимых, и разборных. И новая взрывчатка будет в самый раз.

— И румыны, Борис, сейчас обо всём этом узнают? Получится, что это Иван Фёдорович выдал тебе важные военные тайны, и уже ты всё сразу же сливаешь румынам. Кому-то из важных лиц, Борис, если дойдёт до них, всё это может и не понравиться!