Анатолий Мошковский – Заблудившийся звездолёт. Семь дней чудес. (страница 28)
— Будет.
— А ты же говорил…
— Двигатели будут сжигать больше топлива, и скорость уменьшится, но мы долетим…
Толя с Жорой и Алькой с трудом перетащили выключенную машину в отсек, кое-как разместили там, плотно прижав к стене, чтобы закрылась дверь.
Потом вернулись, дали Колесникову мазь, велели смазать ссадины и отправили в душевую. Потом приказали одеться. И Колесников покорно и как-то потерянно, как-то машинально повторял каждый раз:
— Помоюсь. Оденусь. Смажусь.
И выполнил всё. Только забыл смазаться. Не чувствовал боли? Его ссадины и ушибы чуть не силой смазал Алька, и Колесников даже не поблагодарил его. В серых глазах его прочно засела боль.
Толя стоял на вахте и смотрел в иллюминатор.
Он думал, что, наверно, роботы не проникли бы в звездолёт, если бы Колесников не выключил энергосистему корабля. Недаром же, когда они улетали с Земли, начальник космодрома велел им не выключать её. Но почему? Была в этом какая-то загадка…
Где-то впереди сияли и переливались огоньки маленьких зеленоватых звёзд, по правую руку светились голубым мерцающим светом какие-то туманности. Изредка чёрное небо сверху вниз прочерчивали огненные метеориты.
Сзади к Толе неслышно подошёл Жора.
— Между прочим, куда мы летим? — спросил он и тоже уставился в иллюминатор.
— Вперёд, — сказал Толя. — Мы летим вперёд.
— А может, назад? — Маленькие Жорины глазки наполнились хитростью и лукавством.
— Смотря от чего считать…
— А скоро мы куда-нибудь сядем? — Лукавство не покидало Жориных глазок. — На какую-нибудь ещё планету, ну, на которой, скажем…
— Никаких больше приземлений!
— Чего нам не надо бояться, так это
Толя сразу понял его и рассердился:
— Перестань! — и повернул голову в другую сторону. — Пошёл бы ты лучше поспал в своём отсеке…
— С удовольствием! — Весёлое настроение упорно не покидало Жору. — Да боюсь, что в мою койку улёгся ещё один робот… Как ты думаешь, они когда-нибудь спят? Отдыхают? Лечатся?
— Они проходят техосмотры, профилактические и капитальные ремонты, — сказал Алька, входя в рубку с пустым из-под мази тюбиком в руках. — Весь ушёл на Колесникова… Как только терпел? Всё терзается теперь, что не послушался голоса электронного устройства перед выходом…
Заблудившиеся
В рубку быстро вошла Леночка и спросила:
— Куда мы летим?
— Толя говорит, что вперёд, — сказал Жора.
— Остроумно. — Алька осмотрел всех, кто был в рубке управления, и проговорил уже другим тоном: — Лена, скажи, как выглядел тот человек в прозрачном кубе?
— Он выглядел ужасно! — сказала Леночка. — И мы должны спасти его! Он нам сумел помочь только советом, а мы ему должны помочь делом… Если бы вы видели, какой он худой и как они эксплуатируют и мучают его… Если бы не он, мы бы с вами давно погибли, а потом роботы обязательно прилетели бы на нашу Землю, чтобы покорить её, поработить всех людей и сделать так, чтобы у нас не росло ни одного дерева, ни одного цветка!
Толя с Алькой молча слушали.
— Мы должны немедленно возвратиться на Землю, всё рассказать, обезвредить эту планету, выключить всех её роботов! — продолжала Леночка.
— Узнав, как они устроены, по этому, которого мы везём в складском отсеке! — подсказал Жора и засмеялся оттого, что он оказался таким догадливым.
— Как ты считаешь, Алик! — посмотрела ему в глаза Леночка.
Алька опустил глаза.
— А ты, Толя, что скажешь на это?
Толя почесал свой рыжий от веснушек курносый нос и ничего не сказал.
— Он нас спас, а мы?.. — закричала Леночка. — Зачем только я согласилась полететь с вами!..
Жора так и вспыхнул от радости, раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его, плотно сжав губы.
— Немедленно — к Земле! — продолжала Леночка.
— Как же это… немедленно… — сказал Толя. — Ведь мы же ещё…
— Вы думаете только о себе! — накинулась на них Леночка.
— Стоп! — сказал Жора. — К Земле! Мы уже достаточно повидали. Мы возвратимся на вполне исправном звездолёте — в полёте мы даже дополнительно испытали его; мы привезём для учёных десятки пакетиков с неведомыми бабочками, альбомы с космическими этюдами и картинами, мы даже прихватили одного пленного робота с выключенной системой… И сами мы прибудем на Землю не совсем такими, какими улетали с неё…
— Глупо мы вели себя, — вставил Алька. — Ведь чуть не погибли…
— Со мной? Со мной нельзя погибнуть! — Полное, круглое лицо Жоры заиграло, залучилось смёткой и весельем. — Говорят, только сделав много глупостей, становишься умным, и ещё…
— К Земле! — сказала Леночка. — Толя, курс — к Земле!
— Пожалуй, — ответил Толя, вздохнув. — Где нам было лучше, чем на ней? Да и одним ароматом цветов мы не прожили бы…
— Никуда от своей планиды не денешься, — изрёк Жора, — землянам нужна Земля…
Толя решительно положил руку на штурвал. Но в какую сторону его поворачивать?
— А где она? — спросил Толя. — В какой стороне?
Толя посмотрел на звёздную карту, висевшую в рубке, на карту с сотнями звёзд, созвездий, звёздных скоплений и туманностей… Как выяснить, как узнать, в какой стороне находится их Земля?
— Альк! — позвал Толя и, когда Алька подошёл, тихо спросил: — Ты не знаешь, куда вести корабль?
Алька выпрямился и незаметно, чтобы не увидели Леночка с Жорой, отрицательно качнул головой.
— А звёздные карты ты не умеешь читать? — спросил Толя.
— Ты знаешь, что я умею делать, — уже не таясь, сказал Алька.
— А ты знаешь, что умею я, — тоже негромко сказал Толя, чтобы Алька знал, что и он, Толя, не боится это признать: не очень-то много он умеет делать. — Куда ж нам держать путь?
— Ведите корабль туда, — усмехнулся Жора и показал пальцем в иллюминатор. — Вон, смотрите, какая-то планетка подворачивается… А ещё лучше — призовите на помощь своего Колесникова! Он всё знает.
— Нет уж, на этот раз как-нибудь сами обойдёмся. Пусть отдыхает…
Леночка чуть не заплакала:
— Сами?
Толю так и обожгло изнутри.
— Ну конечно, Лен, полетаем, поищем и найдём Землю. Мы ведь помним её очертания, и нам не нужно никаких звёздных карт, пособий и справочников.
— Правда? — спросила Леночка. — Ну и хорошо, а я пойду посплю немножко. Едва на ногах держусь после всего…
Долго метались ребята от планеты к планете, и все были не те. Были разные, разные были планеты, но не было той, с которой они вылетели месяц тому назад. Не было — и всё.
Тёплая, обжитая, добрая…
Колесников к ним не выходил. Он, наверно, спал в своём командирском отсеке №1, оправлялся от всех страхов и переживаний.
— Не обойтись нам без него, — вздохнув, сказал Толя. — Колесников должен знать.