Анатолий Мошковский – Заблудившийся звездолёт. Семь дней чудес. (страница 26)
Надо сказать, сказать обо всём ребятам, и в первую очередь Толе с Алькой… Но как скажешь, если этот зелёный, с порядковым номером 13 852 на металлической пластинке на груди, по-прежнему не спускает с неё глаз. Надо попытаться сказать, но не здесь, а на улице — там это легче. А для этого нужно пройти мимо трёх роботов, стоявших на страже у дверей. Но что будет, если они услышат? Они… они тогда могут сделать с ней всё, что угодно… Они ведь не понимают, что такое жалость…
Леночке стало холодно от одной этой мысли.
Всё в её голове смешалось, и она не знала, что делать, как поступить…
— Пожалуйста, пойдёмте. — «Её» робот показал рукой на выход.
И они пошли. И впереди — Леночка.
Страх разрывал её сердце. Надо было сказать ребятам, надо было, надо… Иначе все они погибнут!
И Леночка пошла ещё быстрей, чтобы оторваться от «своего» робота. Чтобы быть поближе к ребятам. Чтобы успеть шепнуть кому-либо из них, что нужно немедленно спасаться бегством и спасать свой звездолёт и не верить ни одному слову этих хитроумных машин в образе человека. Но робот придерживал Леночку за руку, ни на шаг не отпуская от себя. И конечно же, только потому, что подозревал: человек в прозрачном кубе раскрыл ей их секрет, и она теперь может рассказать всё своим товарищам. А робот не хотел этого…
Погоня
Они вышли на улицу, в грохот, шум и духоту этого бездушного, безлюдного города, в копоть, в сажу и скрежет сложных механизмов. И тут, поймав на себе Толин взгляд, Леночка незаметно поманила его пальцем опущенной левой руки. Толя всё понял и подошёл к ней.
— Они не люди, они роботы… — быстро шепнула Леночка. — Скажи всем… Надо спасаться, надо бежать на космодром…
Толя побледнел, и тотчас Леночкин робот, поняв что-то неладное, вежливо, не сильно сжимая своей механической рукой её руку, оттянул Леночку от Толи.
Но дело было сделано. Леночка смотрела на Толю. Она видела, как по-новому косятся его глаза на сопровождающие их машины, как он борется с собой, постепенно привыкая к тому, что только что услышал, проверяя, веря и не веря ей; как он косится на неё, Леночку, на её тоже, наверно, бледное, испуганное лицо и видит, как уверенно и вместе с тем боязливо держит её за руку эта машина в тщательно отглаженном зелёном костюме.
«Ну говори же, говори всем, не медли! — шевелила Леночка губами. — Иначе мы погибли». Она мимикой лица требовала от него этого, приказывала, торопила. Наконец Толя подозвал к себе Альку, потом Жору и что-то сказал им, впрочем, совершенно ясно — что. Лица их стали тревожными. Потом Толя незаметно отозвал в сторонку Колесникова и сказал ему то же самое. И вот здесь случилось непредвиденное.
Услышав Толю, Колесников внезапно повернул к нему лицо и с досадой ответил:
— Это неправда! Мы обязательно поживём на этой планете, а кто не хочет…
Робот, шагавший рядом с Леночкой, повернул к Колесникову голову и спросил:
— Чем вы так взволнованы? Вам нехорошо?
— Нет, всё в порядке… — и Колесников негромко спросил у ребят: — Вы, правда, думаете, что они не люди, а роботы?
— Уверены! — сказал Толя.
— Они говорят ерунду! — проговорил №13 852. — Не верьте им… Мы… Мы значительно умней, твёрже и организованней людей…
— Ага, значит, вы всё-таки не люди! — закричала Леночка и отскочила от робота, вырвав из его руки свою руку. — Вы проговорились… Ребята, бежим от них, они хотят перерисовать схему нашего звездолёта, чтобы покорять другие планеты! Они бесчувственные, бессердечные, жестокие машины!.. Бежим, бежим!..
И она побежала.
И за ней побежали Толя с Алькой и Жора. И даже Колесников бросился за ними, правда не сразу, не уверенный ещё до конца, что словам Леночки нужно верить. Лицо у него было очень озабоченное, даже угрюмое, и лоб по-взрослому разрезала вертикальная морщинка. Видно, то, о чём он думал, никак не укладывалось в его голове.
Между тем все пять роботов дружно припустили за ними с криками:
— Стойте!.. Не верьте ей!.. Мы люди!.. Мы такие же, как и вы!..
— Беги, Колесников, спасайся! — подгоняла его Леночка. — Они уже, наверно, разобрали на части наш звездолёт! Надо успеть!
Эти слова будто подхлестнули и окончательно образумили Колесникова, и он побежал по-настоящему, прижав к бокам согнутые в локтях руки. Но всё равно он был последним: не умел он бегать, как Леночка, или Толя с Алькой, или даже всё ещё толстоватый Жора, который мчался во всю прыть.
А сзади неслось требовательно и грозно:
— Не верьте ей, мы люди!.. Мы любим вас, мы очень, очень любим вас!..
Первой мчалась Леночка в ярко-фиолетовом комбинезоне; она то и дело беспокойно оглядывалась: Колесников сильно отставал от них, роботы почти нагоняли его. Их по-прежнему было пятеро, но где-то вдали, в конце улицы, на помощь им спешило ещё несколько…
Вдруг передний робот схватил Колесникова за ослепительно белый комбинезон и поднял, обняв обеими руками и приговаривая:
— Не надо бежать, не надо, мы любим вас, мы любим…
Колесников закричал, стал вырываться из прочных, на совесть сработанных механических рук. Он не сдавался. Пытаясь выскользнуть, он резко двигал плечами, дёргал головой, работал пальцами, отцепляя их руки.
Леночка остановилась, за ней остановился Толя, потом Алька. И уже после него, метрах в ста от них, — Жора.
— Что нам делать? — закричал Толя. — Они убьют его, растерзают! Надо помочь ему! — и кинулся к Колесникову.
Однако помогать тому не пришлось. Внезапно он вырвался, выкрутился, отделился от державших его роботов и с огромной скоростью побежал к ребятам. Был он уже в одних трусах и в синей изодранной майке с болтающимся на цепочке ключом, а роботы, оставаясь на месте, ожесточённо рвали на куски великолепный белый комбинезон, из которого Колесников выскользнул.
Ребята мчались дальше. Разорвав на мельчайшие клочки комбинезон, роботы снова побежали за ними. И опять Колесников, израсходовав все силы, начал отставать. Конечно же, меньше сиди он в автолётах и больше ходи по Земле, ноги бы у него стали покрепче, повыносливей…
Леночка опять бежала первая. Она то и дело оглядывалась: как бы снова не схватили Колесникова…
Сердце её отчаянно билось. Она дышала открытым ртом и слышала за собой топот ребят. Ах, как бы опять не подвёл Колесников…
Готово! Попался! Снова схватили его роботы; окружив, нагнулись над ним и, повернув к ребятам свои спины, что-то стали делать с их командиром.
— Ребята, Колесников погибает! — закричал Алька.
Они остановились, не зная, что предпринять.
Леночка посмотрела на выставленные спины роботов и вдруг вспомнила слова человека в прозрачном кубе, скинула туфли, чтобы не было слышно ее шагов, и, не в силах больше думать и рассуждать об опасности и страхе, босиком бросилась назад, к куче зелёных машин, склонившихся над Колесниковым, — из этой кучи время от времени высовывались дёргающиеся босые ноги их командира. Подбежав, Леночка провела рукой по спине крайнего робота — от лопатки до лопатки, и точно посерёдке её пальцы наткнулись на что-то твёрдое, круглое; нажала, и робот со стуком упал на асфальт. Леночка нажала кнопку другого, третьего, четвёртого, пятого, и все они покорно и мгновенно падали и вытягивались на асфальте. К Леночке подбежали остальные ребята.
— Что ты сделала с ними? — спросил Толя, поднимая за руку Колесникова; он был весь в синяках, с разодранными сзади трусами, без майки, но ключ от звездолёта всё ещё болтался на его шее.
— Я их выключила! — сказала Леночка. — У них есть кнопки-выключатели между лопатками… Запомните!
Колесников закричал:
— Я ненавижу их!.. Они бьют меня, а сами всё клянутся в любви!
Снова раздался стройный тяжёлый топот — к ним бежало штук двадцать пять роботов, и ребята кинулись от них, продолжая свой путь.
— А мы правильно бежим? — спросил Алька. — Я совсем не помню дороги.
— И я! — выдохнула Леночка на бегу. — Не обращала внимания…
— Я тоже, — бросил Толя, тяжело дыша.
— Считал ворон в небе? — подал голос Жора. — Этажи домов? Машины на улицах? Не огорчайся, я всё помню! Ехал с ними и запоминал… На всякий случай. Не нравились мне эти автоматические людишки… Мы не очень далеко отъехали от космодрома. Уже близко.
— Не снижайте скорости! — задыхаясь, потребовал Толя. — Не оставляйте Колесникова сзади!..
Они не знали, сколько времени бежали, — может, час, может, двадцать минут.
— Теперь направо! — командовал Жора, и они бежали направо. — Теперь налево и наискось, той вон улочкой!
И ребята слушались его, нажимали изо всех сил и убегали от громкого, ритмичного топота за спиной.
Вот и космодром — огромный, в гладких плитах, со зданием космопорта. А вон — звездолёт. Возле него и на нём копошится десятка три роботов в синих и чёрных костюмах: одни измеряют корабль метром, другие зарисовывают шасси и линии корпуса, третьи фотографируют, четвёртые, забравшись наверх, обвязывают звездолёт стальными тросами, чтобы отвезти его куда-то — рядом уже стоит огромная буксирная машина.
Дверь звездолёта распахнута.
Ребята стали бесшумно подкрадываться к кораблю. Однако в это время сзади послышался топот, крики преследовавших роботов, и ребята, не прячась, напрямую, бросились к звездолёту. Первый — Алька, за ним Толя с Леной и Колесников с Жорой.
Услышав крики своих, роботы у корабля обернулись, но…