Анатолий Медведев – Путь мага: Выбор, Долг, Любовь (страница 20)

— Без уверенного прикрытия собственной спины? Нет, друг мой, с пиратами в такие игры не играют. Ты единственный, из всех рабов, кто не вызвал бы подозрений, тем более, что ты человек боевой, решительный. Подумай сам — никто из тех рабов, что сидят в трюме, не рискнет сам выйти на палубу, не говоря уже о том, чтобы вести с капитаном торг за свою жизнь. Артанийцы чудовищно мстительные ребята, им волю дай, туго придется. А единственный лассонесец с захваченной посудины, это твоя баба, думаю, что наш капитан ее раскусит на раз, также, как и я.

— Моя баба?

— Да прекрати! Сказпл же, ложь чувствую!

— Я не про это. С чего ты взял, что она моя!?

— Исходя из того, что вы двое единственные не артанийцы с «Возмездия», а также то, что у вас похожие костюмы, это было не сложно. И если ты не перестанешь быть столь наивным, у нас могут возникнуть большие проблемы.

Ночью, едва большинство пиратов легло спать, мы с Харгом принялись за работу. Наше воинство лежало в трюме, и ждало только приказа выйти оттуда, хотя могли они ходить или нет, я не знаю.

Но сначала нужно было убрать тех, кто не спал. Я полез в воронье гнездо. Впередсмотрящий не заметил, как я подобрался к нему, и был убит бесшумно. Когда я привык убивать людей? Когда я спустился, Харг уже уложил пятерых и сбросил их тела за борт.

Самое сложное, и рискованное, то на чем можно оступиться в первую очередь, было позади — пора освобождать дееспособных рабов. Их оказалось не так много, как я рассчитывал, и мне начало казаться, что мы зря все это затеяли. Но Харг был уверен в себе. Он сразу же определил, кому в какую часть корабля идти, и как можно быстрее вооружал свою новую команду. Основные указания — ходить тихо, резать глотки, и никакой пальбы. Невольники, которые, казалось, едва-едва стояли на ногах словно ожили — в их глазах загорелась надежда, и они, не промедлив и минуты, отправились отправлять к Основателю тех, кто считал их товаром. Мы с Харгом возглавили эту процессию.

Я никогда не забуду этого, потому что такое нельзя забыть. Пираты спали в своих гамаках, до шеи было дотянуться не просто, и освобожденная армия принялась рубить на право и на лево, не обращая внимания, что делает, и сколько шуму поднимает. Но проснулись немногие, и их пробуждение лишь усложнило их смерть. По всей нижней палубе там и тут валялись отрубленные руки и ноги, крови было по щиколотку. Да и руки у нас с Харгом по локоть.

Капитан был разбужен, ему дали одеться, взять в руки оружие. Он вышел на палубу, в окружении новоиспеченных матросов, но Харг приказал не трогать его, и они повиновались. Подобная дисциплина сильно удивила меня.

— Шрам! Говорят, ты один из лучших фехтовальщиков в этих водах. Это так? — Харг чувствовал, что он здесь главный, и теперь может делать все, что душе угодно.

— Надеюсь, что так, — старый пират оставался спокойным и уверенным, словно ничего и не произошло, как будто обстоятельства, в которых он оказался, были для него каждодневным развлечением.

— Не откажешь мне в удовольствии разделаться с тобой?

— Что мешает нам снова стать друзьями — тебе командовать, а мне подчиняться?

— Заманчиво. Но мне неприятно иметь с тобой дело.

— Послушай, Харг, зачем вообще весь этот балаган? Не могу понять, чего ты хочешь добиться? Капитанского звания, как я смотрю, ты уже достиг. Чего же ты хочешь?

— Твоей смерти. Потому что ты торговец людьми. И я ненавижу тебя.

— Я не буду драться. Можешь просто меня убить, — с этими словами он бросил свое оружие на палубу, видимо уповая на благородство бывшего подчиненного.

Харг быстро вытащил пистолет, и с двух шагов всадил пулю в сердце Ширианского разбойника, и тот молча упал в море. Команда в полной тишине ожидала всплеска волн, а когда дождалась, на палубе поднялся невероятный крик и шум, кто-то палил в воздух, кто-то бряцал оружием.

— Эй, Харг. Нам еще нужно захватить «Возмездие». Похоже, там еще не поняли, что здесь произошло, поэтому можно просто спустить шлюпки, и вновь воспользоваться неожиданностью.

— Дерзай, — улыбнулся мой собеседник.

— Ты не пойдешь со мной?

— Нет, Гол, не пойду, сам понимаешь, я теперь капитан, и все такое, не могу покинуть корабль, сразу после того, как завладел им.

— Отдай приказ пятидесяти людям плыть со мной на шлюпках к «Возмездию».

— У меня нет стольких людей. Двадцать — пожалуйста.

— Пусть будет двадцать.

— С тобой приятно иметь дело. Куда держишь путь?

— Мне нужно в Хайринт.

— Далеко. Ты, конечно, кораблем управлять не умеешь? Я дам тебе карты, компас, пистолет, деньжат немного, — пират подозрительно засуетился, — А зачем тебе туда?

— Там случилась беда, мы плыли помочь. Может, сделаем это вместе, твой корабль там точно лишим не будет, заодно наберешь команду.

— Я бы с удовольствием, — отвел глаза Харг, — но мне нужно торопиться. Надеюсь, что сориентируешься и без меня.

Волны были приличные, и в шлюпке было страшновато. До «Возмездия» было недалеко, но этот путь остался в моём сознании на всю жизнь. До тех самых пор пока я не почувствовал под ногами палубу корабля, я пребывал в смятённом чувстве — с одной стороны я чувствовал силу, с другой — страх.

Когда мы поднялись на борт, то встретили там лишь нескольких пьяных матросов, которые развлекались уже который день после удачного захвата корабля. Капитан видимо спал. Они ничего не поняли, для них происходящее было мгновением, выдирающим их из небытия. Их было меньше, и они не оказали существенного сопротивления.

Больше всего на свете я боялся не найти Арну в трюме «Возмездия», я так торопился открыть трюм, в котором прятали команду, что сорвал непрочный замок рукой. Но мои опасения, слава Свенне, оказались напрасными — она была цела.

Капитан, а также весь офицерские состав, не считая Нэара, погиб. Кого картечь застала еще во время захвата судна, кто потерял много крови, и не смог выжить в жестоких условиях. Здесь было много печали — каждый на этом корабле потерял немало друзей. Но в пролитых слезах было и не мало радости, ведь каждый из них уже представлял себя проданным на невольничьем рынке.

Когда разобрались что к чему, и Нэар поклялся довести корабль в Хайринт, я подошел к борту, чтобы взглянуть напоследок на пиратский корабль, который доставил нам столько хлопот. Но «Дряная принцесса» скрылась в ночном тумане.

Глава 7. Хайринт

После всего произошедшего меня настигла неведомая болезнь. Я лежал в каюте, и не мог подняться. У меня в голове крутились все эти события, кровь, темнота, страх, дрянная еда, пиратский капитан… Постоянная головная боль преследовала меня, и я засыпал очень поздно, а просыпался рано, мучимый бессонницей. Арна старалась не отходить от меня, но она ничем не могла мне помочь, кроме того, что практически насильно впихивала в меня еду и вливала похлебками целебные отвары, из тех, что остались на судне. Она что-то ещё приговаривала пр ото что у нас всё получилась и что я вообще молодец. Моя тяга к приключениям куда-то улетучилась, и кровь на руках мерещилась постоянно.

Тетушка моей возлюбленной мне почему-то представлялась похожей на Арну, она являлась ко мне в моих непродолжительных снах, и отвергала нашу помощь. Каждый раз я просыпался от жара, и чувствовал облегчение, когда Арна прикладывала к моему лбу мокрые тряпки. Я чувствовал, как магия потихоньку покидает меня, что какое-то зло поселилось во мне, и я не в состоянии с ним справиться. Некоторые матросы навещали меня, благодарили за спасение. Все это проносилось передо мной и быстро и медленно, я абсолютно не запоминал порядок происходящих событий, и даже не заметил, что корабль останавливался на острове Барзнет, дабы пополнить запасы питьевой воды и продовольствия.

На четвертый день я поднялся и вышел на палубу, но почти сразу мне вновь стало плохо, и я едва не свалился за борт. Мне пришло в голову, что если я буду что-нибудь делать, бороться, то неведомая болезнь оставит меня. Я стал изучать документы, что хранились на корабле.

По карте выходило, что из Хайринта можно было попасть в Крикобор, поскольку именно там находились одни из пяти ворот, ведущие в проклятый лес Нитога. Другого выхода из этого перешейка не было, только если как-то вскарабкаться по отвесным скалам, и направиться в Керские равнины, но и там покоя было не найти, кочевые племена те еще весельчаки.

Я с трудом читал эти и другие похожие пометки на этой, весьма подробной карте. Весь остальной день отдыхал. «Возмездие» уверенно легло на курс, и уже спустя две трети месяца мы должны были оказаться на месте, тем более что опасность пиратства нам больше не грозила, мы вышли из вод Шириана, где хозяйничали эти банды, сразу как покинули прибрежные воды Барзнета. Ведь им не было смысла плыть дальше, там уже было нечего грабить. А поскольку шторма так же оставили нас в покое, команда пребывала, в отличие от меня, в прекрасном расположении духа.

Так прошла одна треть месяца, затем и вторая. Вскоре мы вышли к берегам Драгории, и причалили в большом порту Рунелгарн, чтобы в последний раз пополнить запасы, и отпустить часть команды на берег. В тот же день вечером, мы покинули этот порт, и отправились дальше, чтобы достичь Хайринта. Для этого требовалось еще три дня, которые пролетели так же незаметно. Арна, несмотря на то, что я почти поправился, продолжала волноваться за мое здоровье, и еще не один раз за путешествие я чувствовал сквозь сон, как она прислоняет руку к моему лбу.