Анатолий Матвиенко – Спасти детей из 42-го (страница 28)
Телефон работал, но набранный городской номер приёмной председателя привёл на металлобазу. Мобильный генерала ответил, но детским голосом. Чертовщина…
Что-то изменилось. Не кардинально, но достаточно, чтоб городские и мобильные телефоны стали другими. Что накозепорил треклятый Авгидор⁈
Успокоив дыхание, Олег набрал телефон справочной Минской городской сети, уж он-то остался прежним, и спросил телефон КГБ республики. Там существует круглосуточная служба по приёму звонков граждан, если что — перенаправят.
— Майор госбезопасности Олег Дмитриевич Синицын. Личный номер… Нахожусь в чрезвычайной ситуации. Необходимо немедленно доложить председателю Комитета о проблеме в операции «Ратомка».
Пауза. Потом недовольный голос:
— Нам неизвестен сотрудник Синицын. Гражданин, зачем вы хулиганите?
Он бросил трубку. Потом поднял и набрал свой домашний. Длинные гудки. Отбой.
Вышел на веранду, вдохнул холодный воздух. Вернулся за Зиной.
— Нет связи с КГБ. Меня не знают. Кто-то из евреев остался в прошлом. Похоже, наворотил дел. Эти держат гараж на мушке и грозят начать стрельбу, если попытаемся снова уйти туда и его вернуть.
— Кошмар!
— Давай действовать. Разбегаемся. Я — к себе домой. Ты — в магазин, там есть лоток с газетами. Пробуем узнать, что произошло в нашем мире не так. Или слишком так. Встречаемся здесь у Андрея через 40 минут.
Комсомолка натянула куртку и короткие осенние сапожки в мановение ока, крутиться полчаса перед зеркалом для выхода ей не нужно. Взяла с собой Карла на поводке — в присутствии множества малознакомых и враждебно настроенных людей он облаялся бы. А вдруг кому-то из израильтян вздумается войти в дом справить нужду? За целостность человечьего организма тогда поручиться нельзя.
Олег вернулся первый, обнаружив, что посёлок почти не изменился, но на месте его дома стоит огромный особняк, за забором играют чужие дети, даже не попытался войти внутрь. Местечковые евреи из прошлого все снова собрались у автобусов и что-то стихийно требовали — под рёв малышни, кудахтанье кур, блеянье коз. Гэбисты из числа организаторов встречи безуспешно мучили свои телефоны, оставшись и без обычной связи, и без интернета.
По небу проплыл большой пассажирский самолёт, явно снижающийся на посадку. Четырёхмоторный винтовой! Что, россияне уже успели запустить на минские рейсы Ил-114?
Олег тряхнул головой, отгоняя наваждение. Ил-114, о котором столько трубили СМИ как о грядущем прорыве в деле замены импорта на отечественные самолёты, лишь двухмоторный. Значит, наступил ренессанс винтовой авиации, сравнительно тихоходной, но экономичной. Или, чёрт побери, эпоха реактивных лайнеров минула Беларусь⁈
Наконец, вернулась Зина и протянула целую стопку газет.
— Представь, моя кредитка не определяется! А наличные не взяла. Пробовала упрашивать, продавец дал за спасибо непроданные вчерашние.
На студёном ноябрьском ветру, не чувствуя холода, скорее — ударивший в голову жар, Олег развернул первую газету.
Независимая Республика Беларусь существует. Хоть это… Но, увидев статью на второй полосе, понял, что оставленный в прошлом киллер выполнил план по убийствам арабских политиков в полном объёме, не зная цену, которую его народ будет вынужден заплатить. Майор опрометью бросился к гаражу.
Там, основательно озябшие, евреи и белорусы хранили статус-кво. Разве что стволы пистолетов, пулемётов и винтовок не столь настойчиво смотрели в лоб «товарищей по оружию».
— Моше! Твои и Авгидора родители жили в Израиле в 1953-м году?
— А что? — серен в их излюбленной традиции ответил вопросом на вопрос.
— У других твоих людей — тоже?
— Примерно у половины.
— В таком случае вы только что убили своих родителей и более миллиона других евреев. Больше удавалось одному лишь Гитлеру. Молодцы. Поздравляю!
Израильтянин, опустивший было пистолет, снова начал поднимать руку. Другие евреи тоже моментально переключились с гаража на Олега, их лица не предвещали ничего доброго, разумного, вечного. Кроме «вечная память» покусившемуся на святое.
— Читаю: «Президент Беларуси… да, у нас президент тот же, иначе быть не могло, в стране всё стабильно как Баальбекская платформа, поздравил президента Палестинской Народной Республики Абдуллу Юсуфа со 100-летием со дня рождения его отца, первого президента палестинского государства Хасана Юсуфа, национального героя и самого уважаемого лидера арабского мира». Далее историческая справка о том, как герой Юсуф в 1953-м году после прогремевшей серии убийств еврейскими боевиками политических фигур в странах Ближнего Востока сколотил антиизраильскую коалицию, которая стёрла сионистское государство с лица земли, последних уцелевших евреев вывезли из Хайфы корабли Королевского флота Великобритании. От себя добавлю: в тот год советские и китайские военные увлечённо долбили американцев в Корее, те не остались в долгу, всем было не до Ближнего Востока, — Олег сунул газеты Вейцману и Айзекману. — В 1953-м в Израиле уже жил миллион евреев?
— Примерно полтора… — выдавил из себя полицейский, развернувший газету дрожащими руками.
— Значит, минус полтора миллиона. Сменились какие-то элементы программного обеспечения сотовой связи, наверно, в разработке ПО участвовали израильтяне, оно другое. В КГБ меня не знают, как и я — нового председателя. Но Президент — тот же. Пусть он принимает решение что делать дальше. Или не делать вообще ничего. Ваших местечковых отвезём в Бобруйск, вас самих устроим физруками в школах, у всех хорошо с физподготовкой. Ни на что более ответственное вы не годитесь.
Вейцман больше не угрожал пистолетом. У твердокаменного мужика натурально тряслись губы.
— Открывай портал! Остановим Авгидора.
Андрей подбоченился рядом с майором и пожал плечами. Он прекрасно знал инструкцию: непременно снова вернуться в прошлое, чтоб возвратить в настоящее любого, там застрявшего, если его отсутствие вдруг обнаружится после закрытия портала. Мог позволить себе любую дерзость, поскольку без его ладони машину времени не запустить, и лениво бросил:
— Менее часа назад ты угрожал всех нас убить, если мы попробуем забрать твоего брата назад. Что тебе дальше взбредёт в голову — даже товарищ ХЗ не знает. Обождём, а пока попытаемся связаться с Администрацией Президента.
Моше едва не рыдал.
— Ты же слышал из газетного: у него прекрасные отношения с Палестиной! Вдруг не согласится? И у вас приказ: всегда и всех доставлять обратно. Любой ценой. Даже трупы!
Олег решил прекратить комедию-драму.
— Хорошо. Портал откроем. Куда он направился?
— В деревню Дрогиново, в километре у дороги на Осиповичи. Там должен добыть одежду, переодевшись в гражданку, и далее действовать по обстоятельствам. Идти собирался через лес, оставаясь невидимым для дрона. Переправьте нас туда, мы найдём его и остановим.
— Э, нет, — не согласился майор. — С меня вашей самодеятельности хватит. Израильский отряд сдаёт оружие и ждёт. Ты тоже сдаёшь, но идёшь с нами. Тебя брат послушается быстрее.
…Они обнаружили Авгидора только через два часа блужданий в прошлом. По каким-то причинам тот отступил от согласованного с Моше плана и выбрался на дорогу из леса километров на пять севернее, ближе к Минску. Остановился, когда его полукольцом окружили полтора десятка человек с МП40 наизготовку, а вперёд вышел брат.
— Всё кончено. Твоё вмешательство в историю привело к неисчислимым бедам. Читай!
Он протянул ему газету из будущего. Того самого будущего, в котором Израилю нет места. Авгидор пробежался глазами по тексту. Криво усмехнулся.
— Спасибо. Значит, Хасан Юсуф — первоочередная цель. Посторонись, я пойду дальше.
— Нет. Ты никуда не пойдёшь. Возвращаемся.
На лице Авгидора нарисовалась брезгливая гримаса.
— Мы с тобой об этом говорили, ты не верил… Не верил, что гои возьмут в заложники остальных наших солдат и вынудят тебя раскрыть мой план, помогать им… Газета? У вас в будущем было очень много времени, да хоть месяц, чтоб найти соответствующую бумагу, распечатать. Думаешь развести меня как последнего шлимазла?
— Авгидор… Клянусь тебе памятью наших родителей… Нам надо вернуться в 2026-й год!
— Не вернусь. И ты — тоже.
Он молниеносным движением выхватил «вальтер» и выстрелил в Андрея, дежурившего у закрытого портала.
[1] 7 октября 2023-го года — день крупнейшей террористической акции ХАМАС против населения Израиля. 9 августа 2020-го года — день выборов Президента Республики Беларусь, после которого начались массовые выступления несогласных граждан, пресечённые силовыми структурами.
Глава 13
13.
Точное попадание при стрельбе не целясь, навскидку, а то и на бешено мчащейся ковбойской лошади, возможно лишь в кино, Авгидору не оставили даже шанса на случайность. Он нажал на спуск, падая навзничь, пронзённый пулями из десятка стволов. Бронежилет не помог ему, брошенный где-то по пути, тем более он не закрыл бы голову.
Моше опустился на колени перед распростёртым телом. Не рыдал, ничего не говорил. Только тихонько раскачивался, наверно — читал про себя молитву.
Трогательно, но у дороги, где часто проезжают немцы, небезопасно.
Олег перекинул МП40 через плечо.
— Панихида окончена. Берём тело и забрасываем в портал.
Брат усопшего не помогал и не мешал. Только снял пилотку и собрал в неё землю, пропитавшуюся кровью убитого. По их канонам, еврей должен быть похоронен полностью, вытекшая кровь — также часть его материальной оболочки.