Анатолий Лаблюк – Хуторянка 1. Демон (страница 2)

Тем временем Ирина и её дети наслаждаются жизнью в Эйфории, но её настроение омрачается, когда она становится свидетелем странного перфоманса, где девушка позволяет зрителям делать с ней всё, что угодно. Это заставляет Ирину задуматься о человеческой жестокости.

Однажды Ирина просыпается в круглой комнате без окон, дверей, пола и потолка. Голос, который она слышит вновь – объясняет, что её хотят «обратить» в патриота Эйфории. Ирина не возражает.

Когда до отъезда на родину остаётся месяц, Ирину приглашают в резиденцию правительства Эйфории для прощальной беседы. Там она встречает Анта, восседающего на огромном троне, и понимает, что её приключения» только начинается. Им придётся сталкиваться в будущем времени – неоднократно.

Ирина с детьми, по придуманной Эрешкигаль легенде – были похищены инопланетянами, и, внезапно возвращены на Землю – ничего непомнящими. Их задача – помогать людям, не раскрывая своего прошлого, так как Ант, вознамерился, после их возвращения на поверхность – уничтожить.

Эрешкигаль предложила им – переселиться в другие тела, чтобы изменить энергетические следы и избежать преследования.

Они столкнулись с трудностями доказательства их идентичности. У Оли, Никиты и Олега приёмные родители – спились.

Директор лагеря, не верит их рассказам. Подозревает – в них нет, ни капли правды.

Но Катя – о замене тел их знала. Эрешкигаль – об этом рассказала. И встретившись – почувствовала родственность – сестры и дочерей. Ответственно всем объявил:

– Это они, исчезнувшие 6 лет назад – родимые мои. Их, сердце моё приняло – затрепетало.

В финале этой книги, все участники истории были счастливы, рады воссоединению. Готовые начать новую жизнь, полную надежд и возможностей.

Олю, Олега и Никиту – Ирина признала своими детьми, зарегистрировав это – официально в ЗАГСе.

Часть 1

Глава 1. Знакомство

Привёл Мирон Васильевич Спазнал корабль в Аксай.

Как снег на голову – обрушилось известие… – Раздрай. Списали на берег – нежданно капитана. Кому-то – «помешал»? Пришла пора, освободить пост капитана?

Обидно было – не показывал. Себя, пусть через силу, но сдержал. Хотя, душу щемили – боль, обида, рана.

Один остался, без друзей – с кем много миль «прошёл» по рекам и морям. Теперь прощается. Ему – обидно. И его друзьям.

Не «помнили» былых заслуг, считая, что не нужен больше – нашли для этого предлог.

За что, толком – понять не мог…

Старпом корабль принял – благоговейно, словно – так было быть должно.

Не объяснить такое, если «не видит» горя. Чужое – далеко.

После починки небольшой, повёл его – по Дону вверх, по Волге, Ковже, Вытегре, Сварь, в Петербург – домой, к пункту приписки на Неве.

Не мог жить без большой воды – моря, реки. И, видя корабли, переживал – жить, видя те всё время – душу рвать. Решил, на небольшую речку – мелкую, несудоходную уехать жить, где кораблей, не может быть. Зато – рядом река…

По инту, объявление нашёл, – дом продаётся в хуторе – Нижнепопов у Белой Калитвы.

Приехал, осмотрелся.

Дом, как желал – на берегу реки, что радовало капитана.

Зайдя во двор, в дверь постучал. В ответ – молчание. Никто не отвечал из дома.

Открыв дверь, сразу в коридор вошёл. Не слыша голоса, почувствовал, что поступил неправильно – чужой зашёл без приглашения и разрешения.

– Час ранний. – Не ко времени?

Вдруг – разбудил, когда стучал. Им это – может не понравиться. И он, несолоно хлебавши – назад отправится.

…Чрез щель – за женщинами, не движущимися – спящими, бесстыдно наблюдал. Понял – подглядывал.

Желал бы подойти…, но нужен он красавицам? – Не знал.

Дошло, что он не прав.

В испуге, что заметят, себя заставил отойти от щели.

По-тихому ретировался.

Собачка подбежав, затявкала, чужого видя – прогоняла. Долг исполняла.

Раньше, случайно – не заметила.

Пошёл вниз к речке – от греха подальше. И заодно – немного успокоиться. Не ожидал…

Себя ругал – не позвонил…, их не предупредил, что вскоре во дворе появится.

Как обещал – приехал утром к ним – для полного ознакомления с покупкой предстоящей домовладения.

Природа постаралась – явно, к себе расположить – в русло спокойное, счастливое – направила внезапно, удивляя.

Судьба – на старости благоволила? – Исполнила желаемое.

Прослезила.

Берег – располагал для отдыха, и времяпровождения, был отделён кустами от домов соседских. Ими закрыт – от любопытных взглядов «неслучайных».

Запел соловушка, слух – услаждая.

– Идиллия – Мирон Васильевич, невольно восхитился. Такого совпадения – желаемого и реальности, не ожидая.

Он вспомнил женщин. Закручинился. Присел на бережке – в тоске. Видел тех лишь мельком – таких красивых, что был…, не в силах отойти от щели, но справился с собою…

Наверное, не опозорился. Его те – вроде не заметили. Ретировался вовремя.

Купаясь в речке, в воде прекрасной – на удивление прозрачной (привык к донской воде), чувствовал наслаждение от единения с природой – очищение.

Затем, решил прилечь на бережке, позагорать – в большое удовольствие, найдя душе покой, в благоговении.

Пригрелся в лучах солнечных, ласкающих его. Мечтая – здесь остаться, с хозяйками договориться – о купле этого участка – с домом у берега реки. И постоянно наслаждаться – покоем в девственной тиши.

Услышав голоса, решил – плевать на мнение тех обладателей; я старый, взять с меня им нечего – не стану одеваться.

На берегу лежать остался – не поднялся, невольно вспоминая – увиденное ранее.

Не шли с души – влекущие к себе красавицы. Воспоминание, несло томление.

Слыша – задорный смех, от удовольствия речной воды, он, любопытствуя – перевернулся. И обомлел.

Две женщины красивые – немного в возрасте, чуть больше – тридцати на вид, купались рядом с девочками. По-видимому – с дочерьми.

Внимания не обращали, на него, по сути – постороннего, словно тот был знакомым с ними – с одной большой семьи.

– Ретироваться поздно! – решил Мирон Васильевич. Они меня ведь видят.

Присел, поднявшись беззаботно. Сидел и, ими любовался – скрытно, надеясь – не обидятся.

Одна из женщин вышла и прилегла невдалеке, спросив, Вы – покупатель дома?

– Да. Мне понравился. Решил остаться. Здесь – так красиво и, Вы… не обижайтесь, мне приставать по возрасту – негоже, дополнили прекрасную идиллию.

Вышла вторая женщина – такая же красивая, и, с интересом посмотрев на постороннего – не зря здесь появившегося, без всякого стеснения – рядом присела.

– Вы – сёстры? – как бы невзначай, спросил Мирон Васильевич. Похожие – обе прекрасные.

– Прекрасные? – красавица лежащая спросила.

– Да! Это так, – Не комплименты! Их, и без слов моих – достойны. Вы сами это знаете – прекрасно. Это – лишь констатация того, что существует – вне нашей власти и желания.