Анатолий Кучерена – Хайп (страница 5)

— Павел Андреевич, не стоит. Мы с вами общаемся очень по-доброму. Не нужно переводить наши отношения в иную плоскость. Поверьте, вам самому будет неприятно. Я не хочу вас официально задерживать, водворять в камеру, вызывать на допросы. Я вижу по вам, что все это лишнее. Но порядок есть порядок. Я понимаю ваше состояние, но и вы поймите нас. Дело резонансное, ваш отец был крупной фигурой в бизнес-сообществе. Вы единственный наследник, к тому же находившийся в размолвке с отцом. Я знаю об этом. Нам крайне важно вывести вас из круга подозреваемых, понимаете?

— Почему вы все время говорите «мы», «нас»? — с неприязнью спросил Пол, разглядывая носки своих кроссовок, забрызганных грязью.

— Потому, что я представляю систему, — назидательно произнес Звягин. — Да-да, не нужно морщиться. Следственный комитет — это часть государственной системы охраны правопорядка и соблюдения законности в стране. Если нас не будет, наступит хаос. Все развалится. Преступники начнут убивать и грабить людей прямо на улицах, средь бела дня, в собственных домах.

Пол поднял голову и посмотрел в красные от недосыпа глаза следователя.

— Ну да, — сказал он и кивнул за окно микроавтобуса, на черные руины. — А сейчас ничего такого у нас не происходит.

Эксперты остались собирать улики, а Пол со следователем и парой крепких ребят — он понял, что это подстраховка Звягина — поехали на Арбат, в Главное следственное управление.

Когда микроавтобус уже катил по улицам Москвы, Звягин буднично сказал водителю:

— Саша, заверни на Щукинскую, в морг. Проведем опознание.

Там, в морге, в длинном холодном коридоре, залитом мертвенным светом кварцевых ламп, уставленном кушетками, накрытыми белыми простынями, Пол сломался. Он никогда не видел людей, погибших в пожарах, и не представлял, насколько это ужасно.

Пола вырвало несколько раз. Позывы все продолжались. Врач из морга, пожилой, усталый человек в очках, дал Полу ватку с нашатырем, потом предложил сделать укол, чтобы остановить рвоту.

— Не нужно, — прохрипел Пол, ставя подписи в актах опознания. — Выйти. Наружу, прочь отсюда, скорее!

На улице Пол долго пил воду из пластиковой бутылки. Следователь все понимал, прогуливался в сторонке, курил.

— Все. Можно ехать, — наконец сказал Пол, выбросив опустевшую полуторалитровую бутылку в урну.

— Что у вас с глазами? — с тревогой спросил Звягин.

— Я откуда знаю? — Пол пожал плечами.

В машине он достал смартфон, перевел камеру в режим селфи и посмотрел на себя. У него полопались сосуды в глазных яблоках.

Через час после приезда в Следственный комитет Мишель привез туда свидетелей — двух официанток, бармена, Жеку и зачем-то Веронику Званцеву по кличке Кастро, клубную проститутку.

— Пол, дружище, — виновато сказал он, избегая смотреть в красные глаза друга и компаньона. — Не нашел я твою Диану. Может, она телефон отключила?

— Может, — согласился Пол.

Они сидели в коридоре, дожидались окончания опроса свидетелей. Дело это было не быстрое. Мишель уже дважды сбегал за бургерами, благо буквально за углом находилось приличное заведение.

— Пивка бы еще, — доедая двойной биф-бургер, мечтательно произнес Мишель. — Ты юристу звонил уже?

— Какому юристу? — вяло спросил Пол, погруженный в свои мысли.

— Ну не знаю. — Мишель пожевал толстыми губами, подбирая слова. — Главному. Ведущему. У твоего отца наверняка целый юридический отдел был, так ведь?

— Зачем мне сейчас юрист? — спросил Пол.

— Ну не знаю, — повторил Мишель. — Положено так — про завещание спросить, про наследство. — Мишель с тоской посмотрел на обкусанный бутерброд и вздохнул. — Котлета у них зачетная, да? С поджаристой такой корочкой…

Пол стиснул зубы и несколько секунд смотрел на приятеля. Потом его опять вывернуло, прямо на новые ботинки Мишеля.

Покинуть «гостеприимные» стены Следственного комитета они смогли только под вечер. Пол, Мишель и Жека вышли на улицу и остановились на углу. Накрапывал мелкий дождик, было сыро и промозгло.

— Дай сигарету, — сказал Пол Жеке.

Жека послушно вытащил пачку. Пол уже протянул руку, но тут из дверей выпорхнула Диана и, стуча каблуками, торопливо побежала по тротуару, опустив лицо.

— Эй! — крикнул Пол, забыв про сигареты. — Подожди!

Мишель вызвонил девушку около восьми часов вечера. Ему пришлось долго ее уговаривать. Диана была сильно обижена и слышать не хотела ни о каком Следственном комитете. Но в итоге Мишель все же сумел уболтать ее, Жека съездил и привез. Теперь, дав все необходимые показания, девушка стремилась поскорее покинуть это место.

— Куда ты? — Мишель схватил Пола за локоть.

— Я… мне надо извиниться, — отрывисто бросил тот и поспешил за Дианой.

Она резко остановилась, вскинула голову.

— Что надо?!

— Ты это, прости меня, — избегая смотреть девушке в глаза, сказал Пол. — Я не подумал тогда, утром. В общем, был не прав. Не сердись. Ты клевая и очень красивая.

Диана криво усмехнулась и заявила:

— А ты козел!

Она обогнула Пола и поспешила к желтой «Шкоде». Хлопнула дверца, фыркнул мотор, и такси уехало.

Мишель подошел к Полу, похлопал по мокрому от дождя плечу.

— Что, извинился?

— Ну да.

— Она о тебе и слышать не желала, пока я ей сто косарей на карту не перевел, — сказал Мишель. — Хотела двести, но я объяснил, что похороны, то да се.

— Вот сука, — глядя вслед удаляющемуся такси, пробормотал Пол.

— Эй, вы со следаком-то закончили? — крикнул от стоянки Жека. — Можем ехать?

Пол кивнул. Звягин после разговора с Дианой действительно сообщил ему, что Следственный комитет официально «закончил доследственную проверку в отношении гражданина Мальцева Павла Андреевича и претензий к нему не имеет». О дальнейшем ходе расследования уголовного дела он может узнать по номеру, указанному на визитке. На этом они расстались.

— Так что с юристом? — напомнил Мишель.

— Погоди ты с юристом, — отмахнулся Пол. — Сначала похороны.

Три следующие дня Пол провел как во сне. Он что-то делал, с кем-то встречался, говорил, принимал соболезнования, произносил дежурные фразы, но внутри у него все словно заледенело. Пол воспринимал происходящее так, будто смотрел странный фильм, этакое хоум-видео с собой в главной роли.

Основные хлопоты по организации похорон взял на себя верный Мишель, ему помогали Жека и ребята из компании Пола. Но эти дни — вплоть до самих похорон и скромных поминок — полностью выпали из памяти Пола.

Единственное, чего ему по-настоящему хотелось в это время — бросить все и уехать под Истру, на аэродром, где он уже пару лет арендовал маленький чешский самолетик EuroStar SL, бело-синюю стрекозу с пучеглазой кабиной и красной полоской на хвосте.

Небо было тайной любовью Пола Смолла, о которой не знал никто. Он выучился, получил лицензию пилота-любителя и не сообщил об этом даже Мишелю. Почему-то тогда, два года назад, для Пола было очень важно, чтобы об этой его блажи и придури никто не узнал.

Наверное, потому, что небо и самолеты — это пришло из детства. У отца была большая коллекция моделей, они висели на лесках в его кабинете. Маленький Павлик приходил туда и разглядывал истребители Второй мировой, пассажирские самолеты шестидесятых годов, советские вертолеты и современные транспортники, пузатые, словно киты. Он наизусть знал названия и годы выпуска всех этих самолетов и на вопрос, кем хочет стать, когда вырастет, гордо отвечал: «Летчиком-испытателем!»

Прошли годы, все забылось. И вдруг, уже после измены отца, Джессики и всего, что произошло, Пол почувствовал необоримую тягу к самолетам, к настоящей авиации, к полетам и небу. Он записался на курсы, окончил их. Когда жизнь и работа доставали его и становились поперек глотки, Пол выбирался из Москвы, чтобы погонять свой EuroStar над подмосковными лесами и полями, качнуть серебряным крылом над Истринским водохранилищем.

Вот и сейчас ему очень хотелось послать всех этих статусных гостей в поминальных костюмах и их расфуфыренных «джессик» с черными вуальками на лицах в далекую и глубокую задницу, умчаться под Истру, залезть в EuroStar, дождаться от диспетчера заветного: «Взлет разрешаю!», выжать газ и потянуть рукоять управления на себя.

Но сейчас Пол не мог себе этого позволить.

Никак.

На следующее после поминок утро Пол проснулся от звонка. Накануне он не то чтобы напился, нет, во время застолья принял три положенные рюмки водки. После того как все приглашенные, в основном коллеги отца и друзья семьи, разъехались, они на троих с Мишелем и Жекой распили бутылку виски. Но отключить вызовы в смартфоне Пол все же забыл — и вот результат.

Он помедитировал несколько секунд над голосящим аппаратом, потом все же провел пальцем по экрану и хрипло буркнул:

— Да, слушаю.

— Павел Андреевич? — вкрадчиво осведомился мужской голос. — Доброе утро. Вас беспокоят из юридической компании «Дефенсор». У вас есть минутка?

— Если вы по поводу страховки, то идите в задницу, — зевнув, пробормотал Пол.

— Нет-нет, я позволил себе побеспокоить вас совсем по другому поводу. — Голос из вкрадчивого стал совсем уж каким-то елейным, льстивым и мерзким.

— Говорите, — заявил Пол, сел в кровати и поморщился от головной боли.

Все же виски вчера был лишним.