Анатолий Кондратьев – Записки старого моряка. Калейдоскоп воспоминаний (страница 19)
На следующий день старший механик выпросил-таки разрешение капитана лечь в дрейф и заняться неотложным профилактическим ремонтом. Он давно уже просил кэпа остановиться примерно на четыре часа и «поковыряться» в машине. Делать то было нечего. Раз надо, так надо. И вот, на широте 30° N «Алексей Генералов» в 11.00 судового времени застопорил ход и лёг в дрейф.
Работа в машине закипела. На авральные работы были брошены все механики и мотористы. Остальные члены команды, пользуясь моментом, обратились к старпому с просьбой разрешить купание в Саргассовом море, когда ещё представится им такой случай!
Чиф, в свою очередь испросив разрешение капитана, приказал боцману подготовить и спустить парадный трап с правого борта до воды, с тем, чтобы люди могли относительно комфортно спускаться в воду и подниматься на борт. Также, на всякий случай, спустили дежурную шлюпку. Старшим в катер отрядили второго помощника. Катер, по разумению капитана, должен был, во-первых, быть готовым оказать, если потребуется, помощь купающимся, во-вторых, отпугивать акул, если бы те вдруг появились вблизи дрейфующего судна. Хотя вероятность встречи с акулами в открытом море была и минимальна, но меры предосторожности всё же, необходимо было принять. С этой же целью на верхнем мостике были выставлены наблюдатели, вооружённые биноклями. В их обязанности входило внимательно осматривать воды вокруг траулера и вовремя предупредить купающихся о появлении характерных треугольных плавников.
Дело сделано, катер в воде, трап спущен. Купание началось.
Сколько радостных возгласов, счастливого смеха, громких криков наслушался голый по пояс Игорь, патрулирующий на катере чуть поодаль от природной купальни. Он внимательно наблюдал за людьми и окружающей обстановкой вокруг. Всё было спокойно.
Молодые, здоровые моряки купались, плескались, не заплывая далеко от спущенного трапа. Наиболее смелые прыгали с борта в воду, примерно с высоты 5 – 6 метров. Акул вокруг не было, но опасность пришла, откуда не ждали.
Игорь обратил внимание на характерные «гребешки» физалий, или, так называемых, «португальских корабликов». Выглядят эти «кораблики» внешне безобидно, и даже, привлекательно. Эдакие, морские обитатели, с «парусом» (поэтому и «кораблики») на поверхности воды.
Далее приводится информация из Сети об этих интересных морских животных:
«На самом деле, „парус“ – это пузырь, пневматофор, а внутри него находится смесь газов, такое свойство физалий позволяет им держаться на плаву. Кстати одним из веществ, содержащимся в сифонофоре является весьма токсичный угарный газ. Далее вниз от пузыря идут отростки – зооиды, похожие на щупальца медуз. „Португальский кораблик“ – это не один организм и не медуза, а целая колония полипов, каждый из которых выполняет определённые задачи, но, тем не менее, все организмы работают слаженно. Ловчие щупальца – улавливают жертву, стрекательные клетки – парализуют, пузырь способен удерживаться на плаву и не тонуть, есть также полип, который поглощает пищу и размножается. Для купающихся они, несомненно, представляет реальную угрозу, так как резко увеличивается число людей, поражённых стрекательными клетками физалий. Человек при контакте с физалией получает сильный ожог. К счастью, яд физалий для человека не смертелен, однако, он приводит к падению кровяного давления, учащению пульса и нередко к потере сознания».
Игорь предупредил об осторожности купающихся моряков и, кажется, вовремя. Один из них – матрос палубной команды, заметив красивый «парус», коротким энергичными «саженками» устремился к опасности. Игорь громким криком остановил его.
Появление физалий изменило планы. Загнав командами всех купающихся на борт, Игорь сам окунулся с борта катера и на этом сезон купаний в открытом море был закрыт, от греха подальше. Но искупаться в Саргассовом море успели все без исключения моряки «Генералова», даже механики, трудившиеся во главе с дедом в недрах машинного отделения. Те, также по очереди отметились в знаменитом море.
Кстати, вопреки громкому названию и информации, почерпнутой из приключенческих книг, больших зарослей водорослей-саргассов моряки так и не встретили. Попадались отдельные, хилые экземпляры, длиной 10—12 метров и только. А таких полей густых и плотных водорослей, в которых увязали бы корабли, как в романе Александра Беляева «Остров погибших кораблей» моряки, так и не видели.
Ремонт был закончен и траулер продолжил свой путь по направлению к проливу Ла-Манш без приключений и, к всеобщему удовлетворению, без штормов. Лето не обмануло моряков. Первые признаки плохой погоды они ощутили только уже у самого входа в пролив. Повезло, однако.
Что ещё вспоминается морякам, ходившим в рейсы в отдалённые районы промысла, так это сеансы связи с берегом. Которые надёжно обеспечивал радиопередающий центр Мурманского Тралфлота. Это сейчас, прости господи, всякие там «Вайберы», «Скайпы» и прочее, а тогда каждому судну выделялось определённое время и сроки на радиотелефонию с берегом. Такое время было выделено и БАТу – «Алексей Генералов». Моряки на борту знали о времени начала и заранее записывались у радистов, подавая им номера телефонов, по которым могли связаться со своими родными и близкими, не только в Мурманске, но и во всех городах Советского Союза, если на момент сеанса на берегу была возможность дозвониться до них. Со слов работников радиоцентра, Игорь знал, что магические слова – «С вами будет говорить море», действовали безотказно. Всегда такую связь с другими городами пропускали вне всякой очереди. Оно и понятно, везде ведь работали люди!
Моряки шли на заход в инпорт, а затем домой в Мурманск и хотели получить последние перед заходом наказы родных им людей, что из подарков привезти им из-за границы. Кроме того, чем ближе был дом, тем с большим нетерпением моряки ожидали встреч, это Кондауров и сам ощущал на себе. Ему хотелось уже прямо завтра, нет, сегодня обнять жену и дочь.
В день предстоящих телефонных переговоров нетерпение объятий родных ему людей ощущалось Игорем буквально на физическом уровне, как будто они были здесь, рядом, и невозможность сделать это сию минуту раздражало и угнетало штурмана. Да, это и была одна из оборотных сторон длительных рейсов и долгих разлук. Поэтому на связь с домом стремились попасть все. Начальник радиостанции был завален заявками моряков «Генералова». Он по-честному предупредил, что именно в этот день не все сумеют переговорить. Время, выделенное их судну, ограничено. Часть заявок удовлетворит в следующий раз.
Время сеанса наступило. Частота мощного судового радиопередатчика была настроена на волну Мурманского радиоцентра.
Моряки столпились в закутке рядом с радиорубкой. Толпа была плотной и мест всем не хватало. Двери помещения были широко распахнуты для притока свежего воздуха. Особенность такой связи в том, что моряк говорит с берегом в телефонную трубку, а ответ приходит в том числе и через динамики, так что переговоры слышат все, кто рядом. Кроме того, переговоры судна с берегом слышат все суда, настроенные на эту частоту. Сейчас заканчивались переговоры другого тралфлотовского судна, находящегося на промысле в районе Намибии. Но вот, настало время и «А. Генералова».
«Генералов», … Алло! Алло! «Алексей Генералов», …ответьте Мурманскому радиоцентру, … как меня принимаете? Приём?!
Далее последовала более точная настройка на частоту и переговоры начались. Моряки говорили с домом, … сменяя друг друга. Толпа за открытой дверью слушала и шёпотом комментировала диалоги, понимая, что точно также обсуждать будут и их.
Вот, рыбмастер занял кресло перед радиопередатчиком. Номер телефона был передан ещё раньше на радиоцентр. В трубку и динамики шли долгие гудки. Явно, что на той стороне, на берегу никого не было. Трубку телефона там, на берегу никто не снимал. Переговоры так и не состоялись. Разочарованный, грустный и озадаченный он покинул радиорубку. Разница во времени с Москвой составляла для этого района шесть часов, то есть, если на судне было 17 часов, то в Мурманске – 23.00 мск.
– Где же она шляется? … Где её черти носят в это время? – бормотал себе под нос рыбкин (сленг – морское прозвище рыбмастеров).
– Да не расстраивайся, друг, может, собаку пошла, выгуливать… – подбадривали его ожидающие своей очереди моряки.
– Да нету у нас собаки, блин… Ну, я ей устрою, суке такой, … ну будет знать.
– Да не бери в голову, может у подруги засиделась. Да мало ли что, не огорчайся, всё образуется.
Каждый из очереди примеривал такую ситуацию на себя, и от чёрных мыслей лица моряков суровели и грустнели. Да, уж, не весело, товарищ. Когда тот уже прошёл и не мог слышать, боцман произнёс:
– Вот, поэтому, когда прихожу с моря, всегда стараюсь точно указать точное время прихода, не хочу, сука, непредвиденных сюрпризов дома.
Вот такие переговоры «Моря с берегом»! … Бывает!
Ладно. Судно пришло в Абердин, как и запланировали, без приключений. Погода до последнего благоприятствовала морякам. Только у самого входа в Ла-Манш ветер посвежел, появилась волна. Но, дело сделано. Атлантику проскочили, слава тебе, Господи и Святой Николай!
Два дня стоянки в порту, беготня по магазинам. По приходу из увольнения на берег разбор в каютах «колониальных» товаров. Демонстрация друг другу, обсуждение, примерка новых вещей.