Анатолий Кондратьев – Записки старого моряка. Калейдоскоп воспоминаний (страница 18)

В это время года, в Северном полушарии лето, поэтому вплоть до Британских островов ожидалась благоприятная погода. И прогнозы не подвели. Всё так и случилось. Радостное, приподнятое настроение и предчувствие какого-то счастья, охватило моряков. Благодушие сквозило во всём. Забылись обиды и ссоры, накопившиеся более чем за полгода тяжёлой работы на промысле. На промысловой палубе моряки сварганили волейбольную площадку. Сделали самодельную сетку из дели (мелкоячейная сеть), и днём развлекались игрой, перебрасывая через неё волейбольный мяч, привязанный, на всякий случай, тонким шнуром (штертом, по-морскому) к конструкции судна.

На баке (в носу судна) из досок и брезента соорудили бассейн три на три метра для принятия ванн. Одним словом, к длительному переходу через южные воды Атлантики всё было готово.

Но, распорядок есть распорядок. Все матросы были разбиты на две группы, выделенные, в так называемые «рабочие команды». Одной, самой большой, командовал боцман – они занимались покраской надстроек и конструкций судна, «расхаживанием» и смазыванием крутящихся, завинчивающихся частей, «закисших» от постоянных солёных ветров и брызг Океана. Несколько моряков были выделены в помощь старшему мастеру добычи («майору», опять же, по-морскому, от слова major-старший) и приводили в порядок промысловое вооружение, проводя его ревизию. А, так как в Мурманске предполагался длительный ремонт с постановкой в док, то офицеры судна занимались также ревизией своих заведований и составлением ремонтных ведомостей. Вахтенные – несли вахты на мостике и в машине. Одним словом, делом были заняты все или делали вид, что заняты) … но, как правило, всё это происходило до 16 часов. Далее, когда жара спадала, моряки «выползали» на палубу. Часть команды лениво перебрасывала мяч через сетку изображая волейбол. Другие, на верхнем мостике загорали или беззаботно принимали ванны в самодельной купальне.

Опять, очередная вахта Кондаурова с 00.00 до 04.00 судового времени. Середина вахты. На мостике, как обычно в это время собрались основные действующие лица: третий помощник, которого Игорь сменил в 00.00 часов и которому не спалось после «трудной вахты», старпом – ему на вахту через два часа, он сменит второго штурмана и вроде как тоже нет смысла ложиться в койку, электромеханик – этому всё равно, у него график работ свободный, начальник радиостанции, также со свободным графиком работ, что означает – заняты целые сутки и могут выкроить время для сна в любой, удобный для них момент.

Все собравшиеся на мостике наслаждаются ароматным заварным кофе сорта «Арабика», 5 литровую жестяную банку которого им подарили советские военные моряки в Гаване. Атмосфера и обстановка располагала к неторопливой беседе. Океан, точнее, Саргассово море, пустынно. Абсолютная чернота субтропической ночи. Ночного светила нет. Только безбрежное звёздное небо с неизменным Млечным путём над головой. Кондиционер выключен и двери рубки с обоих бортов распахнуты настежь. Море, как и полагается в этих широтах, абсолютно спокойно, слышен только шелест рассекаемой форштевнем воды. И запахи! … Эти тропические пряные запахи казалось преследовали Кондаурова с самого выхода из Гаваны.

– Это только мне кажется или кто-нибудь тоже чувствует эти запахи тропиков? …Какая-то смесь непонятных пряных ароматов… Или это у меня уже крыша едет… – произнёс второй штурман.

Разговор стих и все будто принюхивались. Старпом даже вышел на крыло мостика.

– Нет, вроде что-то есть… Непонятно только, что именно… но вроде аромат какой-то… – произнёс электрон (сленг, – прозвище электромеханика).

– Это аромат счастья, предстоящего захода и отпуска – рассмеялся радист.

На некоторое время все затихли, предавшись своим мыслям. Постепенно неспешная беседа возобновилась. Заварили очередной кофейник «Арабики»…

– Между прочим, мы вошли в так называемый «Бермудский треугольник», господа… – произнёс Кондауров и сделал глоток крепчайшего напитка… – всякое здесь, говорят, случается…

– Да ерунда всё это. Я уже третий раз пересекаю его и ничего никогда необычного, и загадочного не видел. – досадливо промолвил чиф, занявший место в капитанском кресле у правого борта. – Пишут невесть что, …ерунду всякую…

Разговор плавно перетёк на тему загадочных, необычных случаев, происходивших с моряками и судами в море. Вспомнили и случай с «Марией Целестой» и легенду о «Летучем голландце» и много других таинственных происшествий в Океане. Тема была интересна всем.

Третий штурман стоял у экрана локатора «Океан» и переключал шкалы дальности радара.

– Серёга, что ты там щелкаешь? Или увидел, чего? Вокруг же никого… видимость, правда, как у негра в заднице, хоть глаз выколи… И Луны, вот на небе нет (было новолуние). Но огни судна всё равно увидели бы, если бы оно было… – громко и почти раздражённо сказал старший помощник. Третий помощник продолжал упорно всматриваться в голубоватую развёртку луча, обегающую экран радара по кругу.

– Да вы понимаете, …какая-то херня, … какая-то цель, …отметка на экране, …нет-нет, а проскакивает. Не могу понять, что за хрень… То есть, …то опять пропадает, … вот и сейчас пропала…

– Разыгрываешь, поди, … Специально, да? …По теме разговора, да? —

Сказал Кондауров, но всё-таки подошёл к локатору и встал рядом с третьим. Некоторое время он молча всматривался в экран прибора. И, вдруг, действительно увидел отметку цели. … Какая то «штука» перемещалась с левой стороны экрана в правую на дистанции около шести миль. Перемещалась довольно быстро, быстрее, чем судно, быстрее чем катер.

– Действительно, что это? – промолвил Игорь удивлённо, и взяв бинокль вышел на крыло мостика вглядываясь по азимуту в сторону предполагаемой цели. Он долго всматривался, но так ничего разглядеть и не смог.

– Ну, что там у тебя? Продолжает отбивать её? … Всё ещё есть? – Заглянул он в рубку, обращаясь к третьему штурману.

У радара столпились кучей уже все, кто был на мостике. Теперь главным был старпом. Теперь уже он переключал шкалы локатора и варьировал ручкой дальности.

– Ты понимаешь, действительно, что-то есть. … А у тебя что? Видел что-нибудь?

– Нет ни черта. В бинокль ничего не видно… Во, дела… Вот тебе и «Бермудский треугольник», … не бывает, …не бывает. А это что? Что это такое?

Под впечатлением недавно затронутой темы таинственного и невероятного в море и того, что сейчас моряки видели, с одной стороны на экране радара, а с другой, ничего визуально не наблюдали в натуре, обстановка на мостике становилась напряжённо-таинственной. С биноклями на крыльях мостика теперь уже стояли старпом и второй штурман, упорно обшаривая горизонт по ходу судна. У локатора их действия корректировал третий штурман, выдавая, время от времени пеленги предполагаемой цели.

Громко сработали задвижки кремальер, и в отворившуюся дверь рубки неожиданно изнутри поднялся на мостик капитан.

– Ну, и что здесь происходит? Что за столпотворение? Та-аак, все штурмана здесь, …что, чёрт побери, здесь вообще творится? Туда – сюда, туда-сюда, … топают и топают ногами, как стадо слонов на мостике у меня над головой (каюта капитана прямо под мостиком с правого борта). Может мне всё-таки кто-нибудь объяснит? – Окинул ходовую рубку недовольным взглядом. Спустя мгновение, капитан взял себя в руки и уже миролюбиво добавил – Кофе-то мне налейте, больно ароматно тут у вас пахнет…. – Ажогин воткнул в рот сигарету (заядлый курильщик) и выжидательно уставился на вахтенного штурмана. Кондауров объяснил капитану суть происходящего…

– … Вот так, Вячеслав Васильевич, здесь видно, а здесь нет. – рассмеявшись, закончил он.

Молча выслушав вахтенного, прихлёбывая из кружки кофе и затягиваясь сигаретами «ТУ-134» (был такой сорт сигарет в СССР), капитан подошёл к локатору. Как раз в это время отметка цели пропала.

– Надо же, Вячеслав Васильевич, это как специально. Называется «эффект адмирала». Это, когда все на корабле готовятся предъявить готовность к действию адмиралу. Когда всё до последнего момента происходило нормально, штатно. А когда дошло до показа, то, всё идёт не так… случается, однако.

Ажогин ещё минут пять пристально всматривался в экран радара, но так ничего не увидев, жестом потребовал себе бинокль. Долго всматривался в темноту горизонта, но ничего не высмотрев, вернул его на штатное место, и ничего не говоря, допив кофе, покинул мостик.

Моряки ещё некоторое время всматривались то в экран локатора, то в темноту субтропической ночи. Но всё, судя по всему, закончилось. Странная цель так больше и не появилась. Вахта второго штурмана подходила к концу. Начинался рассвет. Небо на востоке начинало понемногу светлеть.

– Ну, и что же это могло быть? – ни к кому не обращаясь, задал риторический вопрос старпом.

– Что это было, а? Как думаешь? – теперь уже конкретно спросил он Кондаурова.

– Не знаю, …смотри сам, …вот, объект двигался отсюда до сюда на дистанции шесть миль от нас – он пальцами показал старпому траекторию движения неизвестной цели на экране радара.

– Я по секундомеру засекал время его движения из одной конечной точки в другую. Получается, … его скорость 2500 км/ час.!!!…Что так может двигаться?! Я не знаю… Вот тебе и НЛО… А что же ещё? …Мммм, …Дааа, …загадка, мля, … однако.