Анатолий Казьмин – Канцелярия Кощея (страница 6)
— Охти ж мне!
Михалыч взмахнул руками.
Китель забрякал медалями.
Маша недовольно оторвалась от книги и пихнула локтями бесенят.
Бесенята проснулись, недовольно заверещали и спрыгнули с дивана.
— Михалыч, ты уж прикинь, что там нам с собой взять надо, хорошо? Мы там с шамаханами работать будем, для них и мундир этот, для авторитету. А потом еще и по городу ходить придется, тоже одежда нужна для этого. И мне и Маше.
Маша недовольно зашипела, демонстрируя острые клыки. Ага, клыки у неё тоже были выдвижные. И крылья, кстати тоже.
Маша была сербской вампиршей. Или вампирессой, как там правильно? А, не важно.
По-настоящему звали её Марислава — очень милое, на мой взгляд, имя, но сама она представлялась на французский манер Марселиной, и из вредности я тут же окрестил её Машей, на что она первое время фыркала и шипела, а потом ничего, успокоилась и отзывалась уже нормально.
Была она высокой девушкой лет двадцати. На вид, конечно. Как потом оказалось, ей уже давно перевалило за полторы сотни лет, ну у вампиров такое дело обычное.
Очень худая, с окрашенными в иссиня-черный цвет длинными прямыми волосами, с всегда сильно подведенными бровями и ресницами, да еще и нарисованными темными кругами вокруг глаз, Маша, в своем кожаном черном костюме из брюк и жилетки смотрелась классическим представителем готов. И запусти её в какой-нибудь ночной клуб для готов в моё время, она бы ничем не выделялась там среди этой странной публики.
А вот в Лукошкино в таком прикиде показываться, точно не стоило. Представляете себе, к примеру, весь такой патриархальный, старинный древнерусский рынок, с бабами и мужиками, с купцами и приказчиками? А вот теперь поставьте посреди этого рынка Машу во всей красе. Представляете? Я — нет.
— Маша, ну ты же у нас умная девушка сама понимать должна, что в этой всей коже тебе Лукошкино не видать. А ты мне там нужна будешь.
— А монсеньор Кощей в курсе?
— Монсеньор как раз и приказал.
Маша вздохнула и загрустила.
Она состояла на службе у Кощея и вынуждена была подчиняться его приказам.
Сама к Кощею на службу она не рвалась, но достав вредным нравом своих соплеменников, а главное — старейшин вампирских кланов, была выслана из Европы в дикую Русь якобы для повышения квалификации и обмена опытом, так сказать, и попала по контракту в услужение Кощею сроком на три года.
Наш Темный властелин обрадовался, увидев её и тут же начал проводить над ней массу опытов и экспериментов, мечтая превратить её в идеальное оружие смерти.
Надо сказать, что Маша и так не была пай-девочкой из какого-нибудь там пансиона для благородных девиц. Нет, будучи вампиром, она обладала стандартным набором для самого разнообразного и скорейшего умерщвления нежелательных для себя особ. Ну, знаете, все эти там полёты на гигантских крыльях как у летучей мыши, сила как у десятерых дюжих мужиков, острые и длинные зубки, выпускаемые по необходимости, опять же выдвижные когти, ну и прочие вампирские штучки.
И вот эту машину смерти, хоть и довольно миленькую на вид, Кощей и решил усовершенствовать, доведя её способности просто до фантастических. Вот только, как часто у него бывало, то ли поспешил Кощей, то ли не в ту мензурку толчёного змеиного зуба сыпанул, то ли рука со стаканом дрогнула и коньяк в зелье попал, а может и сушеные жабьи головы второй свежести попались, не знаю. Но вместо супер-Маши, появилась на свет Маша-вегетарианка. Не растеряв своих способностей, она теперь на дух не переносила кровь ни человеческую, ни какую другую и приходилось ей питаться только овощами да булочками. Зато и солнечного света теперь перестала бояться, да и в церковь заходить могла, уж не знаю только зачем вампиру бывать в церкви.
Быстро познав радости тортиков, пирожных и прочих девичьих антидепрессантов, Маша стала настоящей сладкоежкой, благо из-за особенности физиологии о фигуре ей беспокоиться не надо было. Хотя, на мой вкус, лишние пять-шесть килограммов, ей бы не помешали.
Возвращаться на родину Маше не имело никакого смысла, засмеют же, вот и осталась она у Кощея на окладе, изредка помогая ему в его черных делах. И надо сказать, с работой она справлялась отлично, хотя, как меня потом предупредил Кощей, сама за работу не хваталась и лишних приключений на свою… хм-м-м… голову, так скажем, не искала.
А все эти булочки, ватрушки, да блины с вареньем повлияли неожиданным образом и на её характер. А может это Кощеевы опыты так сработали, не знаю. Но потеряла Маша значительную часть своей вредной вампирской сущности, взамен приобретя томную такую лень и романтически-мечтательное настроение. В коем она обычно и пребывала в свободное время от работы, сидя у нас в кабинете на уютном диване с очередным рыцарским романом в одной руке и очередным пирожком в другой.
Ценил я Машу не только за то, что она внесла разнообразие в наш мужской коллектив и даже не за то, что была она превосходным бойцом. Главным достоинством Маши, на мой взгляд, было то, что она являлась полиглотом. Зная основные европейские языки и множество диалектов, Маша стала для меня незаменимой помощницей в дешифровке тайных писем, присылаемых от Кощея, которыми он стал заваливать нас буквально же на следующий день.
— Месье Теодор, — Маша захлопала ресницами, — мне вовсе не обязательно быть с вами в городе. Я могу вас прикрывать и с той стороны крепостных стен. Буду следить за передвижениями войск, разведывать отходные пути…
— Маша, не капризничай! Пойдешь со мной в Лукошкино. Сделаем из тебя настоящую русскую красавицу.
— Ш-ш-ш!!!
— Ну а я что? Это же Его Величество приказал.
— Ш-ш-ш!
— Вот сама ему и скажи. Маша! Перестань капризничать! А я тебе мешок яблок куплю на рынке. Вку-у-усных…
— Ш-ш-ш?
— Обещаю, обещаю.
— Ш-ш-ш.
— Хорошо и ведро груш.
— Ш-ш-ш!
— Маша, не борзей! Марш за одеждой!
— Ш-ш-ш…
Вот и поговорили. Ну как с этой капризной девицей работать, а?
Помахав на прощание Дизелю, мы заперли дверь Канцелярии и гордо направились к выходу из дворца.
Гордо-то гордо, но я что-то сразу загрустил по Дизелю. Привык уже к нему. Зато отдохну от этого постоянного скрежета и скрипа.
Кстати это тоже Кощей придумал, как компьютер без бензинового двигателя запускать. На скелетно-механической тяге!
Я ему, когда рассказал о проблеме с бензином, Кощей отложил в сторону черный меч, которым измельчал какие-то травки, высыпал их в котёл и говорит:
— Хм-м-м… Ну-ка, пошли посмотрим, подумаем.
Пришли мы в зал с вагончиком, Кощей отодвинул так и стоящего часовым скелета и уверено уже так в вагончик залез.
— Дай-ка горючее твоё глянуть.
Я открыл канистру с плескавшимся на самом дне бензином и протянул ему.
Кощей понюхал, поскрёб пальцами лысый череп, снова понюхал, плеснул немного бензина в ладонь, лизнул и снова почесал голову, сбив корону на бок.
— Знакомое что-то, не пойму никак.
— Это из нефти делают, Ваше Величество. Только нам эту технологию ну никак тут у вас не осилить. Там довольно сложный процесс.
— А самогон не годится?
— Увы, Ваше Величество. Но если есть хороший очищенный, — сразу осознал я перспективы, — мне бы литра три хотя бы — контакты протирать. А то весь мой спирт уже того… Выветрился.
— На складе закажешь, — отмахнулся Кощей. — Мда-а-а… Значит, льёшь её сюда, — он показал на двигатель, — он крутит тот вал, а от него уже работает вон та штука?
— Ага. Генератор. Если вал крутиться будет да быстро, то и всё заработает тогда.
— Крутиться-вертеться, — Кощей, заложив руки за спину, задумчиво раскачивался с носка на пятку. — А если самому крутить?
— Пупок надорву, Ваше Величество. Это же надо всё время крутить не прерываясь, да с одной скоростью.
— Да уж, хиловат ты, Федя, — он окинул меня взглядом, — не сдюжишь. А вот он сдюжит.
И Кощей кивнул на стоящего в дверях скелета.
Я пожал плечами. Не уверен. Это же какой запас сил нужен, чтобы несколько часов подряд одни и те же действия проделывать?
— Гюнтер! — заорал Кощей да так, что я схватился за уши.
Через полминутки, в дверях показалась фигура во фраке.
— Ваше Величество?
— Михалыча сюда, живо!
Я тогда как раз с моим дедом и познакомился.
Гюнтер исчез и буквально через пять минут вернулся в сопровождении маленького такого сморщенного старичка самого простецкого вида.