Анатолий Казьмин – Канцелярия Кощея (страница 140)
— Кто такие?
— Под Силантием все бордели, а под Маркусом — опиумные курильни, — преданно глядя на меня, сказал мужик и добавил: — Были.
— Отмучались грешнички?
— Как есть, батюшка, отмучились. От рук твоих слуг верных и полегли.
— Вот и хорошо. А вы, значит и ни при чём? Белые и пушистые?
— Виноваты, батюшка государь, — поник головой мужик, — поддались на речи их прелестные, разум и помутилси.
— Виноваты, — кивнул я. — Это верно. Только… Ты вообще кто такой?
— Матвей я, царь-батюшка, бар у меня малый «Бес и дева» обзываетси. Помилуй, государь, не со зла мы, а тем паче не с целью супротив тебя пойти на бунт решились. Гады эти Силантий с Маркусом подбили, а мы и уши развесили.
— Да, Матвей, попали вы, бедные и невинные. Вот только против царя пошли, а значит — бунтовщики. А напомни мне, что с бунтовщиками в царстве Кощеевом делают? Вот то-то же.
Бунтовщики повесили головы, а я покачался перед ними с носка на пятку.
— Ладно, бандиты добрый я сегодня чего-то. Жизнь вам оставлю до поры до времени. И даже забегаловки ваши не трону только будете мне полгода все доходы свои отчислять до грошика. И не дай боги хоть копеечку кто замылить надумает…
— Спасибо, батюшка! — заверещали предприниматели от шоу-бизнеса, — да мы!.. Да что бы еще раз!..
— А сейчас, вредители, пойдете по всем злачным местам и выгребите всю денежку до последней медной монетки и в бухгалтерию снесёте. А потом девкам помогать останетесь. Ну а чтобы вам там скучно не было, я десяток рыцарей с вами отправлю, да со строгим наказом следить за вами, паразитами. Кому голова лишняя — можете попробовать украсть из собираемой контрибуции. Всё, пшли работнички.
Вот бы все мои проблемы так решались. Я в окружении рыцарей потопал в Канцелярию, а по пути уже увидел плоды своих проникновенных речей: две девицы самого разбитного вида протащили мимо нас к выходу окровавленный труп.
О кстати. Я же про банду могильщиков наверху и забыл. Сейчас мои верные скелеты и похоронят разом и живых и мертвых.
— Дизель! — заорал я и через минуту мой костлявый дружище стоял передо мной. — Яму роют?
Дизель кивнул и заклацал челюстью, выражая полный восторг.
— Покойничков снизу в этой яме и заройте. А провинившимся, как закончат штрафные работы, дадите по десять плетей каждому и отведете к Гюнтеру. Я его предупрежу, пусть использует на дворцовых работах, где нужнее будут. Всё, беги, родимый, да поскорее домой возвращайся — бесенята по мультикам скучают, а без тебя мы же, как без рук.
Время-то как пролетело незаметно с этими хлопотами. Я даже обед пропустил. Пришлось перед ужином перекусить быстренько пирожками да бутербродами, а на сладкое никакой сгущенки не было — выжрали всю. Я же говорил — экономить надо, а не раздавать направо-налево всем этим мелким обжорам! Поневоле под чай съел пирог со смородиной. Не сгущенка, конечно, но что уж поделать… А к ужину заявился Аристофан и ведь как чувствовал… Да что там чувствовал — точно знал и тут же подгрёб к себе поднос с карасями в сметане. Ладно, он из театра боевых действий, пусть подзакусит, а я и ветчиной да голубцами как-нибудь перебьюсь.
— Вкусно, босс!
— Угу. Покушал? Рассказывай, что там у вас?
— А можно пирожок, босс? Вон тот с творогом.
Михалыч подтолкнул бесу поднос с большим пирогом:
— Ешь, да доклад царю-батюшке делай, чай истомился Феденька по новостям.
— Угу… Чавк!.. Там, босс, чуди эти реально борзые. Калымдай говорит мол, северные чуди и то в натуре не такие понтовые.
— А глаза-то змеиные у них? Вызнали?
— Без базара, босс, вызнали. У себя под горой прячут фиг понять где. А нам шкатулку выносили с ними, показывали. В натуре две красные такие стекляшки.
— Эх, а чего ж сразу не отобрали-то? — покачал головой дед.
— Да мы же реально мирные, — Аристофан почесал пятачок, — как босс и приказывал. Типа на рожон не лезем и без дела никого не обижаем. Только… Михалыч, а что у тебя там в кастрюльке? Колбаски? А мне можно? А горчички?
— Аристофан, — не выдержал я, — что «только»?
— Только братва сильно на них обижается, босс. Днем кодла их к нам в лагерь приходила, пацанов на понт брала. Ребята терпят пока, без приказа морды не бьют. Майор говорит мол, реально тебе, босс, туда надо. А то мы конкретно понять не можем, когда в рыло заехать, а когда жопку поцеловать… Михалыч, а пива нет?.. Ну, давай чай тогда…
— Странно… — я подвинул бесу пряники. — Калымдай — офицер грамотный, сам разобраться не может?
— Да он, босс, на ушах уже ходит от борзоты ентой.
— А ты, Федька, — дед стукнул меня по лбу деревянной ложкой, — не ленись! Друзья твои, сотоварищи, в беде оказалися, а ты тут допросы Аристофану устраиваешь вместо того чтобы на помощь бежать!
— Ну, дед… — я почесал лоб. — Надо так надо, сейчас же и отправлюсь. Только ложкой зачем лупить?
— Могу и половником, — с готовностью предложил дед.
— Это… босс… — Аристофан погладил раздувшийся от еды живот. — Можно и завтра, в натуре. Один фиг ночью ента чудь под горой конкретно запирается.
— Вот видишь, дед, можно и завтра, а ты сразу половником…
— Для прохфилактики, внучек.
— Ну, значит договорились. Аристофан, иди дрыхнуть, вон засыпаешь уже, а мы к походу подготовимся.
Аристофан кивнул и поплёлся к себе в казарму, а я обратился к Михалычу:
— Что-нибудь надо нам с собой брать?
— А чего мы взять-то можем, внучек? Сабельку вострую, да топор побольше вот и всё.
— Чую я без конфликта там не обойдётся, деда, раз они такие наглые. Надо бы колдовского оружия поискать, а? Неужели тут у Кощея только сабли да мечи?
— Молодец, внучек, весь в меня! — засиял Михалыч. — А я ить и не подумал! Пошли на склад к бесу тому важному.
Виторамус открыл нам сразу, и едва я ввел его в курс дела, как он тут же пригласил нас проследовать за ним на колдовской склад. Сначала пожилой бес зарылся в большую картотеку, стоящую возле дверей:
— Так… обереги… обувь колдовская… ага вот, оружие. Вам же ничего громоздкого не надо, Государь? И разрушительной силы не самой великой… дворцы и города вам сносить не потребуется… Так… ну это для специалистов, колдунов первого и второго ранга, вам не подойдет… Ага вот, следуйте за мной, Ваше Величество.
Мы с дедом поспешили за Виторамусом между длинных рядов стеллажей, и отмахать нам пришлось, скажу вам, изрядно. У бедного Феденьки даже ножки заныли, а Михалыч ворчать начал и про шустрых извергов-бесов и про старость-не-радость. Знал бы — сапоги-скороходы одел. Или Дизеля запряг на ручках меня нести, он сильный, ему это раз плюнуть.
— Здесь, Ваше Величество, — остановился кладовщик. — Вот от сюда и до во-о-он того поворота нужные нам стеллажи расположены.
— Вот барахольщик, — ругнул я в полголоса Кощея. Стеллажи тянулись на пару сотен метров. Да в высоту — фиг доплюнешь до верха. Это всё тут перебрать, не один день нужен.
— Давай, Виторамус, помогай, а то мы здесь застрянем надолго…
— А вам как всегда срочно надо, — улыбнулся бес. — Понимаю, Государь. Какие параметры оружия у вас в приоритете?
— Ну-у-у… Небольшое, простое в управлении, хорошо бы с разными вариантами или силой поражения. Идеально — комбинированное с защитным колдовством.
— Комбинированное, это начиная с доспехов, Ваше Величество.
— Не ну их. Я разок походил в доспехах и больше не хочется. Мне вон и шлема хватает для придания себе облика махрового металлиста.
— Тогда только раздельные артефакты. Вот извольте взглянуть, Государь, — бес взял с полки медальон на медной цепочке. — Самое простое, потому безотказное средство. Активируется нажатием на медальон и так же, дезактивируется. В рабочем состоянии может находиться неограниченно долго без подзарядки.
— А от чего защитить может?
— Ударов десять точно выдержит.
— Хм-м… Ударов кого и чем?
— Да всё равно, Государь. Хоть мечом богатырским хоть скалой с неба.
— Да? Нравится. А десять только, как-то маловато будет…
— Тебе хватит, внучек, — заверил Михалыч. — И удрать успеешь и ответку дать.
— Ладно, беру, уговорили. Защита есть теперь оружие.
Вот с оружием мы застряли надолго. Я уже не раз подчёркивал — я не воин, не боец и управляться с оружием не обучен. Да и в бою настоящем побывать не довелось, а кто меня знает — охватит ступор или паника неуправляемая и всё. Поэтому мечи, топоры, ножи и прочее холодное оружие я отверг сразу. Посохи — это для монахов Шаолиня или для Гендальфа, мне такое нахрапом не осилить. Волшебные палочки тут тоже валялись, штук пять, наверное. Хорошие вещицы, многофункциональные, но как оказалось, для их использования надо было предварительно года три проходить обучение. Не вариант. Остановился я в итоге на боевом магическом колечке. Массивный такой перстень с круглым красным камнем в железной оправе.
— Смотрите, Ваше Величество, — разъяснял принцип работы Виторамус, — поворачиваете камень стрелкой на одно из трёх делений на оправе, сжимаете руку в кулак, прицеливаетесь, и еще раз сильнее сжимаете кулак, вот и всё.