анатолий казаков – Профессия по призванию. Вторая книга. (страница 10)

В медицине фальшивая забота о ближних, больных и немощных происходит несколько другим образом.

Звонит женщина из Германии, и твёрдым голосом, полностью уверенная в своей правоте, заявляет:

– Нужно срочно сегодня навестить мою маму. У неё больное сердце. Сделайте кардиограмму и померьте давление. Завтра я перезвоню.

Что это было? Неслыханная наглость или кто-то решил просто пошутить? «Скорая», понятно по названному адресу съездила, дверь не открыли. Если то была просто шутка, можно забыть и успокоиться. А если нет? Дама уезжает за тридевять земель и перекладывает заботу о своей больной матери на скорую помощь. Как-то очень некрасиво получается.

На второй день знонок повторился. Женщина разговаривала уже более резким тоном. Она требовала, чтобы «скорая» во что бы то ни стало попала в квартиру и осмотрела её маму. Как, её не волнует. А если этого не произойдёт, то её очень влиятельные родственники снимут с нас три шкуры.

Не знаю, как на счёт трёх, по-моему, с нашей нищей конторы даже одну шкуру содрать сложно.

Поступает вызов на железнодорожный вокзал. У кого-то стало плохо с сердцем. Выезжаю в составе кардиологической бригады.

На вокзале нас проводят в помещение для обслуживающего персонала. Сидят двое мужчин в кожаных куртках. Один, помоложе, показывая на второго, говорит:

– Он в прошлом году перенёс предынфарктное состояние. Сегодня весь день боли за грудиной. Надо осмотреть, укол сделать.

Подхожу к якобы больному, спрашиваю:

– Что вас беспокоит?

Этот тип, вместо нормального ответа, медленно поднимает на меня глаза и заявляет:

– Да, на кой х… ты мне нужен.

Дальше диалог.

– Ваш товарищ сказал, что у вас больное сердце. Сейчас боли в груди беспокоят вас?

– Я тебе ясно сказал, что ты мне не нужен. Тебя, что послать, чтобы ты понял?

– Может, мы будем оставаться взаимно вежливыми? Я сюда не по своей инициативе приехал. Человек, сидящий рядом с вами, утверждает, что вы нуждаетесь в медицинской помощи.

– Да, ты достал меня! Ты мне сначала вагон найди! Потом я буду с тобой разговаривать.

– Не понял, что за вагон? И почему я должен его вам искать?

Тут вмешался напарник:

– Вагон у него пропал с товаром, найти не можем. Может, хотя бы кардиограмму ему сделаете? А то в прошлом месяце его чуть инфаркт не хватанул. Скорую помощь вызывали.

– Надеюсь, ваш товарищ понимает, что розыск потерянных вагонов не входит в функциональные обязанности врача скорой помощи?

– И, даже кардиограмму не запишите?

– Как же я смогу записать ему ЭКГ, если он меня к себе не подпускает?

– Ну, придумайте что-нибудь.

– Что? В наркоз его ввести?

Больной: – Я тебе введу! Так введу, на всю жизнь запомнишь! Не валил бы ты отсюда по-хорошему, пока в сознании.

Нам, студентам медицинского института, один очень уважаемый профессор на лекции говорил:

– Доктора, запомните. Больным нужно верить, но не доверять им полностью. А если вас вообще не хотят видеть, вы не должны настаивать на своём присутствии. Во избежание конфликта и жертв с вашей стороны, вам лучше удалиться.

Следуя словам очень уважаемого мною профессора, я сделал именно так, как он в своё время советовал.

Не раскрывая сумок и чемоданов, бригада, сказав на прощание вежливое – всего хорошего. Повернулась спиной к мужчинам и не спеша удалилась.

Не знаю, нашёл ли разорившийся бизнесмен свой вагон, и как дальше вело себя его больное сердце. Больше в тот день на станцию нас не вызывали.

В этом случае вполне понятна забота напарника о больном товарище. Я не согласен с ним лишь в одном – перед тем, как дёргать бригаду, неплохо было бы посоветоваться с больным.

Часто бригады вызывают для транспортировок тяжёлых больных из дома в стационар, а также из стационара в другой профильный стационар. В этих случаях всегда нужна договорённость с врачами тех лечебных учреждений, куда переводится пациент.

Всегда нужно созваниваться с врачами принимающей стороны. Бывает так, что все пометки, подписи и телефоны в направлениях, сопроводительных листах и переводных эпикризах оказываются липой.

Если так поступают родственники, их можно понять, как проявление заботы о ближнем с одной стороны, и желание избавиться от надоевшей хрони, с другой. Для врача, когда он сталкивается с подобным обманом и идёт на поводу наглецов, последствия ничего хорошего не сулят.

Что удручает больше всего, такое враньё практикуется и у врачей стационаров.

Приезжаешь в непрофильное отделение. Со слов местных врачей совершенно случайно к ним попал пациент с другой нозологией. Тебе на руки дают переводной эпикриз. В нём указано вроде бы всё. Весь комплекс обследования, диагнозы, фамилия врача, согласного принять больного, телефона нет. Спрашиваю: – Почему? А просто забыл узнать. В таких случаях вероятность фифти-фифти, что никакой договорённости нет. В последние годы моей практики я не брал пациента в салон, по полчаса и больше вызванивая нужного доктора. Возможно и зря, но столкнувшись два-три раза с наглой ложью коллег, перестаёшь кому-либо доверять.

***

Поздно вечером приезжаю в глухую деревню. Почти сразу находим нужный дом. Фонарей на улице нет. Но, в доме в одном из окон горит свет.

Кое как дошлёпал в своих г…одавах по грязи от дороги до калитки. Стучу. В ответ только собачий лай. Перелажу через невысокий палисад, постучал в освещённое окно. Через пять минут отдёргивается занавеска – на меня смотрит злая, старая, небритая много месяцев физиономия. Что-то говорит, широко открывая рот. Но, через двойную раму не слышу ни одного слова.

Показываю пальцем на свой скоропомощной УАЗик и на надпить «скорая помощь» на куртке. Дед махнул рукой, как мне показалось, в сторону калитки и задёрнул занавеску.

Логично полагая, что старый дал мне знак, чтобы я шёл к воротам и подождал, когда он наконец, выйдет и откроет мне калитку, осилив палисад, подхожу к воротам.

Стою, жду. Пять минут, десять, дед не выходит. В голову лезут дурные мысли. Может дед по дороге завалился и помер? Пройти во двор? Судя по громкому собачьему лаю, за забором бегают две или три огромные псины. Порвут на британский флаг, как пить дать. Что делать? Вызов не ложный. Пациент дома. Можно развернуться и уехать, а если ему нужна помощь? Решил снова лезть через частокол палисада.

Перелез, и как в прошлый раз постучал в окно. Занавеска отдёрнулась. В окне появилось взлохмаченная дедова физиономия, Выражение лица – злее прежнего. Снова старый широко открывает рот и опять я ничего не услышал. Зато на душе облегчение – живой, ну, и, слава богу. Возможно, не желает меня видеть или замок заклинило? Не может бедолага из дома выйти. Главное, пациент жив. Не будет всем говорить, что «скорая» не приезжала.

Спокойно, с облегчением на душе, ловко перепрыгнул через уже ставший родным палисад. Иду к УАЗу, открываю салонную дверь, ставлю на пол авто сумку и кардиограф.

Тут, собачий лай становится громче. Оборачиваюсь. В открытых воротах стоит тот самый злой, обросший щетиной дед. Смотрит на меня дикими, как мне показалось в свете огней моего УАЗа, глазами. Открывает рот. На этот раз до моего слуха прекрасно доходит каждое сказанное им слово:

– Слушай сюда сволочь! Ещё раз приедешь, собак спущу.

От неожиданности я немного опешил, не всегда пациенты с первой минуты называли меня сволочью. Но, быстро придя в себя, говорю:

– За что такая нелюбовь. Я вас вижу в первый раз в жизни и надеюсь, что в последний. Зачем вызывали скорую помощь?

– Я не вызывал, На х.., вы мне нужны. Дочь вызывала. Не дождётся сука, когда я помру. Да, она раньше меня сдохнет. И своим передай, чтоб больше не ездили. Порву всех!

Думаю, ни хрена себе встреча. У меня от такого бурного проявления любви и эмоций, аж, в висках застучало. Говорю водителю:

– Давай, дёргаем отсюда, пока этот дед себя контролирует. А то точно собак спустит. Ищи потом правды и компенсации за моральный и материальный ущерб. Дедуля-то похоже полный неадекват.

Уехали мы оттуда, даже не попрощавшись. Думаю, наша невежливость старого не сильно расстроила. Больше в той деревне мне бывать не приходилось.

Этот случай стал для меня и моих коллег, которым я поведал о пережитом, уроком – не нужно навяливать свои услуги там, где тебя не хотят видеть.

Да больному может потом стать плохо, так плохо, что он вообще покинет земной мир. Но это его выбор. Он взрослый человек и вполне отдаёт себе отчёт в том, что творит.

Никогда не нужно уподобляться придурку и грубить ему в ответ. Проще просто повернуться и, не прощаясь тихо по-английски уйти.

Такие люди, ненавидящие весь белый свет, обречены. Злость и ненависть ко всему живому пожирает их изнутри. Накапливая в своей душе негатив, они, в конце концов, выгорают как личности, им незачем становится жить на земле.

Их конец всё ближе. Они ждут его, как возможность избавления от своих страданий. Бог им судья.

Гл. 10 C’est la vie

В Берёзовском районе находятся несколько пансионатов для пожилых людей или как их ещё называют в народе – дома для престарелых.

Любому человеку, даже ребёнку ясно, что пожилые люди в силу своего преклонного возраста, нуждаются в постоянном уходе и заботе со стороны родственников. Мало кто из тех, кто перешёл рубеж в 70 или 80 лет, сохраняют ясность мышления и способны в полной мере обслуживать себя. Как правило, у них в этом возрасте процветает деменция, склероз, выползают наружу и начинают беспокоить другие болячки накопленные за долгую жизнь.