Анатолий Калинин – Ром. На цыганском языке (диалект русска рома) (страница 20)
Ёв тэрдо гадорэса, и на джинэлас со тэ пхэнэл лакэ.
– Нат, ада ту бэш адай, дро кашуко штэто. Ракх чужонэн грэн. И Настя тутыр…
Адай Егоро згвалтындя прэ латэ:
– Штылёв!
Нэ ёй уже не могла тэ штылёл.
– И правильнэс скэрдя, со угэя тутыр ко Мишкакэ Солдатову. Ту адай бэшэс, а ёнэ лэна бьяв тэ кхэлэн.
И адай же перегэя прэ Егоростэ:
– А тукэ, пхуро дылыно, мэ разве на ракиравас, со лэс тэ мангэс бесполезно? Дылыно и дылыно сан.
Адай тщедушно Егоро вырискирдя тырахатыр чюпны, Шелоро прыгнула дрэ бричка. Грайя дараса вздёрнули шэрэса.
Егоро пхэндя Будулаёскэ:
– Ту на холясов прэ латэ.
Бричка традыя, и Шелоро долго гвалтынэлас, махала вастэнца.
Ёв на холясыя. Джинэл, со дасаво ваш ромэскэ грай.
Пир табунна фэлды долго катилось эхо русско – романо бьяв.
По генералоскиро распоряжению бьяв кхэлдэ пал колхозоскиро счёто. И ключи нэвэ кирпично кхэрэстыр, со построили про краё посёлка, дынэ. Палэ бравинта кокоро женихо Михаило Солдатов традэлас про самосвало.
Секретарша на камэлас тэ мэкэл лэс ко прелседателё, нэ Михаило настоял, собы ёй передыя лэскэ лыл генералостыр. Председателё кокоро покхардя лэс дро кабинето. Прогиндя до шуныбэ лыл членам правления, и пхэндя:
– Эна, саво джиибэ! Дро марибэ мэ адъютантоса сомас лэскэ, а кана равно. И кон пхэнэла, со локхэс тэ рикирэс конно дивизия, или колхозо. А туса, Пухлякова, уже мардэ трин часы на сракираспэ.
Ман на чейно тэ сракирэс.
– А сыр тэ решинас пучибе пал курятнико? Не можем уже тэ дужакирас. Совнакунэ явэна парнорэ!
Михаилоскэ Солдатову пхэндя:
– Пало гвардейско привето передэ генералоскэ миро гвард парикирибэ. И пхэн, со пал бравинта чейно сыс англыдыр тэ бичявэл. Кана сарэ запасы кончинасас. Саво бикиндям, саво выпиям гостенца. Дякэ и пхэн Михаилу Фёдоровичу. Жаль мангэ тут тэ традав порожнякоса, нэ со тэ кэрав… – и ёв розлыджия вастэнца.
Михаило Солдатов объявил:
– На подчинэса, со бикнэса бравинта – на уджява адацир!
Председателё возмутился:
– Сыр ада «на уджява»? Эна, ту саво! Заседание камэс тэ срискирэс?
Михаило Солдатов уже мангэлас:
– Адалэстыр саро джиибэ зависит!
Председателё иронияса спучья:
– Сыр ада? Саво джиибэ? Конэскиро?
Михаило не мог тэ пхэнэл, со ада лэскиро бьяв, пал одова пхэндя:
– Ман пал не выполнение приказа ёв машинатыр оттырдэла.
Председателё засандяпэ. Доводо лэскэ посыкадяпэ убедительно. Ёв джинэл характеро бывшего командира казачьей дивизии.
– И оттырдэла. Пал невыполнение приказа. Ёв и англыдыр пиро шэроро никэдэ на гладинэлас. А сыр ту думинэс. Соб лавытка часы подариндя? Скицик километры адарик?
– Панчь-шэл.
– И одоцир панчь-шэл. А скицик топлива схачкирэса? Ту, Пухлякова, со?
– Ничи, Тимофеё Ильичё.
– Жаль мангэ тут, чаво. Если бы на джиндём тырэс начальникос, то утрадэсас бы порожнякоса. Нэ са екх, дуй бочка на дава. Кэ амэ дэш. И ада саструно НЗ. Вдруг чейно амэнгэ. Ухтыла про бьяв тумэнгэ и екх бочка.
Ёв размашисто начиндя резолюция прямо пир лыл. Ещё моло прогиндя лыл, и недоверчиво спучья:
– И со за передово ромнори одой палором джял? Одой и передово ром исы?
– Исы, – пхэндя Михаил, а кокоро дыкхэл про лыл.
– На роспрастандынэпэс? …Нат, ту, Пухлякова, не спеши. Кана адалэс орла отмэкава, и амэ туса закончим… Лэ. Ангил джя дрэ бухгалтерия. Ада адай. Росплэскирэсапэ. Палэ дро винно цехо… А бракована грайя кэ тумэ исы ваш колхозо, если амэ нагрянем про конезаводо?
Дро васт сыс только вэнгло лылэстыр. Чейно сыгэс получить саро, и ёв решительнэс пхэндя:
– Латхаса.
– Нэ, традэ. Только на думинэ проба тэ слэл! А то нанэ про бьяв, а ко рая попэрэса.
Михаило уже лыя портаскири васт, кэдэ председателё ещё спучья:
– Генерало, ракирэс, тумаро строго?
– Строго, – подтвердил Михаило.
– И тумэ лэстыр дарэн?
Лыл сыс дро васта, и Михаило сыс готово тэ ракирэл со угодно приятное адалэскэ манушэскэ.
– Дриван.
И Михаило закэрдя пал пэстэ порта.
Дыкхи лэскэ палал, председателё дёстыр засандяпэ. И адай же переячья:
– А кэ амэ кажно, кон камэл можинэл вломиться дро кабинето ко председателё. И позволяет пэскэ тэ трясинэс. Кажно кокоро пэскэ генерало. Демократия! Мэ тукэ, Пухлякова, русконэс ракирав. Бутыр нанэ конэс про птичнико мангэ тэ тховав. Или мангэ тэ закэрав правление, и тэ джяв тэ выбэшав цыплятэн.
– Куч, Тимофеё Ильичё, мэ согласно.
Председателёскэ посыкадыяпэ со ёв ошундяпэ.
– Со – то мэ тут, Клавдия Петровна, дадывэс нисыр не могу тэ полав. Кана адай ту отпхэндянпэ. Хай глос нанэ. Пхэн, пожалуйста, зоралэс. Ту со, передуминдян?
– Передуминдём, Тимофеё Ильичё.
– Эна и полэ тумари джювлякирэ порода. Нэ я радо.
Председателё даже выгэя скаминдэстыр.
– Г’ара бы адякэ. Если бы тумэ, Клавдия Петровна, всегда тэ явэн адасавэ. Кана мэ могу тэ явав спокойно пал яйценоскость, чяраибэ.
Рассуждая дро шунибэ, ёв ходинэлас пиро кабинето.
– Если со – нибудь чейно явэла вашо птичнико, ту, Клавдия Петровна, яв кэ мэ, на ладжя, дэвэсэ ли, ратяса ли. Нюру мэ разрешаю дро помощники тэ лэс. А про заочно сессия дро институто амэ ласа тэ мэкас… Со же ту ровэс, Клавдия Петровна? Эна и полэ тут, пал адава. Никон же тут би тыро согласиё тэ джяс не принуждает. Ту на ров.
– Мэ, Тимофеё Ильичё, согласно.
– Яв ёв армандыно, дасаво птичнико, собы лэстыр тэ ровэс! Чем убытки тэ терпинэс, мэ кокоро подхачкирава птичнико! Са екх паш винограднико нашты тэ рикирэс. Ёнэ и мури хан, и тэрнэ патриноря клюинэн. Если ту, Клава, не согласно…
– Мэ, Тимофеё Ильичё, кана прэ саро согласно.