Анатолий Хохлов – Капкан для бессмертного адмирала (страница 24)

«Ошибаешься. Представить дико, но именно эти ненавистные маленькие существа, что вырабатывают так много отрицательного биофона и так смертельно бесят нас, могут стать теми, кто станет для нас спасением от бесконечного кошмара».

Безликий, стоя над сгорбившимся ходячим мертвецом, сделал отметающее движение рукой.

«Не мешай мне, собрат» — передал он мысль. — «Уйди с моей дороги, и, на этот раз, мы все обретем Тишину».

Акума Кэндзо захохотал. Издевательским и злобным смехом.

«Ты — наивный дурак, Безликий! Впитал все худшее из души своего носителя и заразился его глупостью! Смерть! Смерть всему живому!!! Смерть всем»!!!

Спина мертвеца разломилась по швам и высоко вверх поднялось слизистое белесое нечто, похожее на жирную, полупрозрачную пиявку. Омерзительный червь попытался броситься на стоящих рядом людей, с намерением захватить новое тело, но в зелено-золотом сиянии положительно заряженной Ци, упал и принялся извиваться, только силой веками копившейся ненависти и ярости удерживая свою форму от распада.

«Мне не нужна эта ваша… фальшивая Тишина»…

Корио вскинул руку и пальцы его сложились в щепоть. Ци, потоками бегущая по его телу, сконцентрировалась перед пальцами и сформировала короткий, острый клинок. Резким выпадом, он взмахнул рукой и вспорол «Духовным Клинком» тело червя.

Удар!

Ментальный вопль смертельно раненного чудовища, волной высвобожденных отрицательных энергий шарахнул во все стороны и повалил всех, кто был рядом. Ками развоплотился, люди скорчились от кошмарной боли и приступа невыносимого ужаса. Всего на одно мгновение, а затем… наступила тишина.

Мертвая и абсолютная, даже ветер, волны и пламя, казалось, были парализованы.

Но, конечно же, это было не так. Шок просто оглушил и ввел в ступор людей.

Преодолевая боль, Корио пару раз хрипло вдохнул и выдохнул, а затем посмотрел на неподвижное тело своего врага, поднял руки к озаренному заревом небу и… захохотал. Его хохот, полный злобного торжества, вплетался в треск пожаров, тяжелый скрежет металла изуродованных кораблей и рокот обрушающихся в пожаре строений. Сначала похожий на смех человека, он все больше и больше наполнялся кровожадным безумием, пока на своем пике не прервался так резко, словно кто-то разрубил мечом невидимую нить. Сломанной куклой, истощенный лис повалился на палубу, в последнем усилии перевернулся на спину и закрыл глаза, подставляя лицо сыплющемуся с небес пеплу.

— Я убил его. — прошептал лицедей. — Столько страха, столько ночных кошмаров, столько лет я прятался и убегал… но теперь, еще немного и можно будет… жить.

Лис глубоко вдохнул и выдохнул еще раз, наслаждаясь кратким мгновением покоя.

Очень кратким и мимолетным, грубо прерванным отдаленным рокотом очередного артиллерийского залпа.

Когда в стране Морей начался разброд, гражданская война и анархия, сильнейшие кланы расхватали земли и каждый установил на своей территории жесткую диктатуру. Кто-то захватил богатые рудами восточные острова, кто-то плодородные острова юго-запада, кто-то прибрал к рукам земли рыбаков и китобоев на севере. Клан же Минамура оккупировал столичный остров, с императорским дворцом, с портами, верфями и заводами. Законного правителя развалившейся страны зарубили в тронном зале, всех его близких и родственников вырезали, оставив в живых только малолетнего младшего сына. Но, конечно же, не для того, чтобы он мог вырасти и всем отомстить, а для того, чтобы его можно было иногда показывать народу и от его имени издавать нужные клану указы. Господин император ведь не откажется заверить документ отпечатком своего пальца? Конечно не откажется, ведь тогда его верные слуги не будут на него сердиться.

Первый марионеточный император скончался в возрасте сорока двух лет, от кровавой рвоты, но никто не огорчился, ведь с помощью медицины он успел оставить наследника. Крепкого, здорового мальчика, который, впрочем, к семи годам начал чахнуть и болеть так же, как и его отец.

Благородные дамы из клана Минамура, взявшего опеку над юным принцем, пичкали своего подопечного отравленными лекарствами и калечили психологически, чтобы марионеточный правитель не думал даже проявлять своеволие. Занимаясь интересными им делами, няньки заставляли мальчика целыми днями неподвижно сидеть в углу комнаты, сердитыми окриками и жестокими побоями пресекая любое непослушание. Никто не учил юного принца читать, писать и считать. Никто не обучал его ни политике, ни военной тактике, ни рукопашному бою. Зачем это все живой игрушке, от которой требуется только по команде прикладывать палец к бумаге? Мальчик рос изуродованным морально и физически. Бессильным, забитым и беспомощным. Яды, превратившие его в инвалида, были не необходимостью, а блажью перестраховщиков. Над молодым императором смеялись и глумились, а он сам, онемевший от нервного шока в семь лет, не мог защититься ни словом, ни делом.

Юная красавица, леди Юко, что была назначена бессильному императору в жены ради получения титула, гармонично вплелась в змеиный клубок. Ей, как и ее подругам, было уморительно смешно потешаться над немым дистрофичным инвалидом, в тридцать лет испуганно сжимающимся под любыми взглядами в его сторону и по гневному окрику послушно подставляющим трясущиеся руки под удары плетки. Любить и уважать своего мужа? Это плаксивое скрюченное чучело, которым помыкают все, кому не лень?

— В других странах великий дайме, это живое воплощение бога и потомок Единого Императора, — нарочито громко говорила она своим подружкам, стоя у кровати полумертвого правителя разрушенной страны. — А наш… на живодерне ведро с остатками от собачьего аборта выплескивать понесли, заглянули внутрь, а там — наш император!

Высокородные дамы заливисто хохотали, начисто забывая телевизионную болтовню о том, что после недавнего Затмения у демонов появился генерал. Черная лиса, которую очень-очень привлекают черные души и черные дела.

Тяжелый паровой броненосец «Исонадэ» изрыгал клубы черного дыма из трех широких приземистых труб и наращивал скорость, оставляя все дальше позади себя спешно развернувшиеся и удирающие транспортные корабли сопровождения. С трудом поспевая за могучим исполином, флагман теперь сопровождали только четыре старых броненосца и стайка шустрых паровых катеров-разведчиков.

Морской ветер трепал гордо и высоко поднятые сине-золотые флаги.

— Средний вперед. — скомандовал Амаго Мунэхиро, адмирал имперского флота. — Не нужно слишком отрываться, старичкам тяжело набрать скорость. Крепчаков на печати! Все по местам, боевая тревога!

Завывания сирен раскатились по кораблю, сотни людей спешно занимали свои места у орудий, надевали броню и вооружались.

«Исонадэ» был одним из трех новейших броненосцев, построенных в стране Песков по заказу Безликого Лжеца для страны Морей. В начале семидесятилетней смуты, многие специалисты промышленности и, в том числе кораблестроения, бежали на материк. В прибрежные города страны Песков, бывшей в те годы торговым и военно-политическим союзником островной империи. Теперь же, после того как Черный Лис убедил храмы раскошелиться на постройку флота, дети и внуки тех специалистов с большим энтузиазмом взялись за работу, соорудив для своей прародины несколько настоящих технических шедевров. Три броненосца поставлены на вооружение, еще двенадцать поступят в строй до конца года, а к моменту решения судеб мира, кораблей будет построено уже не меньше сотни. Достойная полного доверия команда, правда, набрана пока только на один.

Нужны люди. Много людей. А для того, чтобы люди пошли за новым лидером, нужна впечатляющая победоносная кампания. Например, разгром ужасного и непобедимого Кэндзо, с его побратимом, Куроганэ.

В первую очередь, нужно хорошенько разозлить демонов-пиратов и выманить их из неприступного убежища. Заставить штурмовать крепости и вести полномасштабную войну на чужой территории.

— Доклад от летучего разведчика! — доложил офицер связи. — Флот пиратов повторно обнаружен! Десять… десять тяжелых линейных кораблей!

— Десять? — адмирал нахмурился.

— Так точно, десять! В порту продолжается сражение, предположительно три или четыре боевых корабля находятся там!

— К пиратам подошло подкрепление, мой император. — адмирал обернулся к худощавой фигуре в расшитой золотом длиннополой мантии, что сидела на троне, установленном у дальней от обзорных иллюминаторов стены капитанского мостика.

— Никаких изменений. — ответил великий дайме страны Морей, слегка приподняв голову и глянув на адмирала из-под низко надвинутого на глаза капюшона. — Продолжаем атаку.

— Да, мой господин! — адмирал повернулся к офицерам. — Всем кораблям! Построение для атаки! Полный вперед! Начинаем маневр! Орудиям, зарядить осколочные! Бронебойные вторым номером! Приготовиться открыть порты! Крепчакам: энергию на нос по моей команде!

«Представляю, что творится сейчас у вас в головах». — размышлял Тэнно Садаясу, наблюдая из-под капюшона за действиями адмирала и офицеров. — «Одна мысль вертится: не слишком ли большой кусок мы вздумали откусить»?

Вот так, с ходу бросить вызов страшнейшему из врагов и напасть на самый грозный из пиратских флотов, это очень самонадеянно и даже безрассудно. Сколько мятежных кланов придет на помощь братьям-демонам? Сколько собственных солдат совершат предательство из страха и неверия в победу?