Анатолий Хохлов – Генерал без армии (страница 4)
— Но если бы ты его не купил, погибли бы миллионы невинных стариков и детишек?
— Не купил, а угнал! Случайно забыв чемодан с деньгами в старом дирижабле. Вот такой я растяпа, но в итоге же все остались в выгоде. У детей и стариков чемодан денег. У меня новенький, модный дирижабль. У аферистов из империи Лесов, что едва не разорили маленькую страну рискованным заказом и разрывом контракта, полные штаны дерьма, которое можно выгодно инвестировать в агрокомплекс! Один хозяин портит праздник. Даже ядовитую железу мне перезаряжать не стал, а там на две недели всего энергии осталось. «Хочешь жить», сказал, «Успеешь».
— Все ясно. А по наглой лисьей морде за что получил? — крылатая указала взглядом на брызги крови, засохшие на рубашке оборотня.
— Заявил, что банк грабить слишком опасно. Что я в любом крупном городе дня за два-три нужную сумму спокойно наскребу. А он разъярился, и как врежет! Раб, говорит, должен исполнять приказ хозяина, а не заниматься самодеятельностью. Все лицевые кости мне раздробил, злыдень серый. Хорошо, что на мозгу у меня двухслойная броня, с амортизирующей жиловой подкладкой.
— Странная агрессия. Может это какой-нибудь особенный банк?
— Ага. Господин Хебимару в нем быстро-займ хватанул, тысячи на три, а потом его десять лет коллекторы прессовали. Нет, если серьезно, то хозяин бесится из-за того, что нас перестают считать террористической организацией. Ну воруем рабов. Ну грабим потихоньку богатеев, у которых сил отбиться не хватает. Кто этого сейчас не делает? Да, мы убили сотни тысяч. А спасли миллионы! Черный Лис становится богом жестокой справедливости и праведной мести, а не чудовищем. Понимаешь, Сумако? Великому владыке зла не нравится, что у него в подчиненных завелся самый настоящий герой. Мне теперь нужно срочно доказать миру свою плохость и злодейскость, поэтому я иду грабить банк, как самый настоящий разбойник.
— А я — твои крылья?
— Ну не на дирижабле же мне лететь за мелочевкой? На такой махине одно лицо везти, даже у меня наглости не хватит. Видела, какой он у меня теперь? Каюты с электричеством, мебель из драгоценной древесины и столовая на сто персон! Перепланировку в нем, конечно, сделать придется, нам на нем мешки с зерном и ящики с консервами возить, но пока отправляться с этим красавцем на дело, все равно что в императорском паланкине ехать в сельский магазин, ради кражи трех банок компота. Нелепо и стыдно. А ты у нас как раз еще целую неделю свободна. Я справки навел. Подбросишь до цели? Тут недалеко, с твоей скоростью — сутки полета.
— Без проблем. Хоть чем-то займусь, пока малыша Ваджиру заканчивают тестировать. Доган у него на подстраховке, а я… я вот тут скучаю и жду. Женская доля…
— Сочувствую. Пиши, значит, записку своему благоверному и собирай узелок с продуктами. Я по-быстрому до своего логова пробегусь. Предупрежу наставницу, сестру и подругу, что ухожу на задание. За одно заберу навигационное оборудование, да оденусь потеплее. Спина у тебя без остекления и подогрева, а снаружи мороз и вьюги. Мы, демоны, с холодом очень плохо совместимы. Вечно уши отмораживаю, надоело отращивать новые.
Страна Рисовых Полей, так же как и ее соседки, страны Волн и Горячих Источников, проиграли свои битвы больше двух сотен лет назад. Несколько раз покорно переходившие из рук в руки, ныне они находились в вассальном владении у империи Лесов, славящейся своей жадностью и наглыми махинациями. Обширные террасы рисовых чеков на склонах холмов давали обильные урожаи каждый год, миллионы тонн зерна уходили в страну Облаков за звонкое золото, но все доходы оседали в карманах имперских ставленников. Назначенных из метрополии налоговиков и управленцев. Жили здесь потому весьма небогато. Села выживали воровством и утаиванием, в городах процветала организованная преступность. Ни о каком техническом или культурном развитии не могло быть и речи.
Город Сикабе, располагавшийся в устье реки на побережье северного океана, был одним из центров торговли зерном, но кроме того, здесь же располагались старинные судостроительные верфи, выживавшие ремонтом военных и крупных транспортных кораблей. После недавних катастрофических поражений в морских битвах на востоке, империя Лесов лихорадочно пыталась восстановить флот и заказы на постройку кораблей получили все работоспособные верфи. В странах-колониях это было даже выгодно в связи с дешевизной рабочей силы и добровольно-принудительными инвестициями от местных кланов. Корабли империи ведь не только метрополию будут защищать? Грешно не пожертвовать на безопасность родной страны.
В Сикабе было заложено сразу четыре больших броненосца. На верфях суетились рабочие, расходные материалы и металл потоком текли на грандиозное строительство. Две недели назад, в город прибыло несколько эшелонов с корабельными бронелистами из богатой на металлы страны Камней. Теперь банк страны Лесов должен был переправить в банк поставщика груду упаковок с пачками денег, как оплату следующей поставки. На конвой с деньгами и приказано было напасть Черному Лису.
Сумако приземлилась в лесу, за несколько километров от города. Корио соскочил с ее спины на сухие прошлогодние листья с редкой и чахлой лесной травой. Внешне оборотень был похож на невзрачного полноватого мужчину средних лет, от облика мальчишки, которого знала Каджими, не осталось ровным счетом ничего.
— Твоя внешность слишком приметна, Сумако-сан. — пошутил он, скидывая с себя теплую одежду и простыми гимнастическими упражнениями разминая затекшее за время полета тело. — Дальше я пойду один.
— Может сбросить тебя с высоты, в центр города?
— Придется гасить скорость падения импульсами Ци. Понабежит самураев посмотреть кто там в небесах пятками сверкает, а что я им скажу? Привет, земляне, я с Луны свалился? Не поверят, гады, и отрежут мне что-нибудь жизненно важное. Что-то не хочется сегодня умирать, поэтому придется топать пешком.
— Тогда превратись в девушку, да покрасивее. — посоветовала ему крылатая химера. — Сам же говорил, что самураям сложнее рубить женщин и девочек.
— Не настолько сложнее, чтобы это удержало мечи в ножнах. Лазутчицу все равно сначала рубанут, а потом начнут рассматривать и умиляться ее симпатичности. Мне нужно в центральный город, за второе кольцо стен, а кем я туда буду пробираться, мужчиной или женщиной, никакой роли не играет. Сейчас проскользну за первое кольцо, добуду себе в нижнем городе какие-нибудь документы, прикинусь местным и утром спокойно потопаю в верхний город.
— Пригород вон, вообще без стен. Высмотри кого-нибудь там, сверни ему шею и скопируй внешность. Получишь сразу и человеческое имя, и легенду, и документы. Могу помочь уничтожить тело.
— В кого мне там превращаться? В алкоголика, бомжа, попрошайку или проститутку? А потом, в нижнем городе, санитарную обработку проходить от вшей и блох? Подхвачу какой-нибудь сифилис от тряпок, что потом подружке своей скажу?
— Тогда до утра потерпи, поймаем кого-нибудь, попредставительнее, на дороге.
— Тебе лишь бы вкусностей добыть. Побереги фигуру, обжора.
— Тоже мне, моралист недобитый. Не обязательно ведь хорошего человека ловить. У тебя демоническое зрение. Высмотри живодера, педофила или бюрократа. Я не из брезгливых, любого сожру.
— Ты-то сожрешь, а мне в этих уродов перевоплощаться? Тьфу, мерзость! Прекращай фантазировать, у меня давно есть отличный план, как проникнуть в город без всяких лицедейских фокусов.
— И как же?
— Военная тайна. Отдел стратегического планирования целый месяц разрабатывал то, как я с наступлением сумерек залезу в реку и рыбой заплыву в порт за первым кольцом стен, а ты хочешь чтобы я вот так взял и сразу все тебе разболтал? Не надейся! Завтра жди, как сделаю дело и выберусь за пределы города, пущу в небо огненные сигналки. Две больших, одну маленькую.
— Ну-ну, работай. Сейф только с собой не бери. И золото слитками тоже. Никаких тяжестей, одну бумагу!
— Хорошо. А ты не вздумай ни на кого напасть! Заметят тебя — поднимут тревогу. Многие знают, что Хебимару служит крылатая химера, и эта химера носит на дело Черного Лиса.
— Поняла. Не переживай, я хоть и чудовище, но не имбецилка. У меня здесь, — она указала на заплечный мешок. — Жратвы на сутки-двое. Ты главное сам поосторожнее. После побоища с бессмертным адмиралом и наших фокусов с кражей рабов, по всему миру в новостях только о тебе и говорят. Подлом, страшном монстре, Безликом Лжеце. Не щади людей. Они тебя не пощадят. На вашем лисьем человеколюбии два десятка малявок из разных выводков погорели.
— Знаю. — крепче сжав зубы, ответил лицедей.
— Знаешь. И те лисята знали. Но все едино попались. А погибали они страшно. Сама видела, как одному руки и ноги отрубили, выволокли на улицу и головой вниз, в бочку под водостоком…
— Хватит! — гневно прервал ее Корио. — Все, лети! Спрячься где-нибудь и жди сигнала.
Химера вздохнула, расправила крылья и, ударив во все стороны ураганами взбесившихся ветров, умчалась в небеса.
Внешняя стена, опоясывающая нижний город, была всего метра четыре высотой и служила, по сути, границей, за пересечение которой городскими властями взималась плата. Со стороны реки же защиты у города не было вообще никакой, если не считать пару постовых на угловых вышках у самой линии воды.