Анатолий Хохлов – Генерал без армии (страница 29)
Миоко слабо застонала. В голове царил туман, все тело болело, а судорожные позывы к рвоте крутили желудок. Девочка попыталась шевельнуться и с удивлением осознала, что кто-то несет ее на руках.
На руках? Неужели… неужели ее спасли?!
Воспоминания о недавнем прошлом были подобны ударам плети. Страшные люди, внезапно появившиеся рядом, когда Миоко, болтая с подружками, шла утром в школу. Подружки, в крепкой хватке бандитов, чужие руки, обхватившие ее саму и жестокий удар парализующего дзюцу, бросивший сознание девочки во тьму.
Темный и душный ящик, в котором очнулась Миоко после нападения. Веревки на руках и ногах, кляп во рту. Двухдневное путешествие, во время которого измученных пленников только один раз выпустили из ящиков, чтобы дать им воды и немного пищи. На этой остановке Миоко увидела своих подруг и полтора десятка других пленников, мальчиков и девочек разного возраста. Таких же как она перепуганных и беспомощных, одетых в желто-серые робы лабораторных подопытных. Бесполезно плакать, бесполезно умолять отпустить. Одну из малолетних пленниц, задохнувшуюся в ее ящике или просто умершую от страха, оттащили в сторону и закопали, как околевшую собаку.
Темный трюм дирижабля и снова ящики, но на этот раз уже ненадолго.
Миоко думала, что их украли наемники нелегальных лабораторий, как расходный материал для экспериментов, но все оказалось еще хуже.
Черный рабский рынок.
Пленников доставили в роскошный особняк, где выпустили из ящиков, вымыли и накормили.
Жутковатого вида врачи осмотрели доставленных подростков и сделали несколько фотографий для рекламных буклетов. Уродливый мутант, скорее всего, чтец памяти, поочередно посмотрел каждому в глаза, после чего пленникам были возвращены одежда и личные вещи.
Товар проще продать, если он выглядит хорошо.
Аукционы. Первый, второй, третий…
Покупатели, мужчины и женщины, в роскошных нарядах и украшенных золотыми узорами масках. Жуткий звериный блеск в их глазах, тяжелое дыхание. Речь аукциониста, расписывающего характер и достоинства внешности товара. Назывались имена и возраст детей, город и страна, откуда их доставили, имена и статус родителей, место учебы, школьные клубы. Без стеснения озвучивались детские фантазии продаваемого ребенка о любви и отношениях, разглашалось буквально все, что могло спровоцировать покупателя поднять цену.
Миоко ждала и молилась, что бы стражи закона или какой-нибудь герой ворвались в это царство ужасов, по ночам она плакала и звала маму. Но никто не пришел на помощь. Миоко была достаточно взрослая, чтобы понять, почему. Она видела, в каких домах проходили торги, видела закованную в сталь стражу и золото с бриллиантами, которыми были усыпаны покупатели. Некоторых гостей она даже узнала, ведь маской сложно спрятать лицо, если ты постоянно маячишь на экранах телевизора. Высшая аристократия. Политики, владельцы крупнейших предприятий и целых отраслей промышленности. Благородные лорды и леди, взбесившиеся от своих баснословных богатств.
Герои, способные бросить вызов таким силам, существуют только на страницах журналов и в кино. В глупых сказках, пустых мечтах слабых людей о мстителе и защитнике.
Когда Миоко купили, девочка уже перестала надеяться снова увидеть папу и маму. Она — живая игрушка в руках сумасшедших, которым можно все. Изуродовать ее, изнасиловать, отравить наркотиками. Чем новые хозяева вскоре и занялись.
Но кто же несет ее на руках?
Неужели… ее все-таки спасли?
— Очнулась? — прозвучал дрожащий и сбивчивый голос молодого мужчины, почувствовавшего, что девочка на его руках шевельнулась. — Зря. Ох, зря ты это сделала…
Что-то с силой дернуло мужчину, несшего Миоко, и он замолчал.
Лязг металла и грохот сапог. Тусклые фонари, черное небо. Безумная каша из серого света и мечущихся теней. Нет, это не спасение. Что-то страшное происходит. Но… что? Куда их гонят стальные чудовища, судя по грохоту, сплошной стеной движущиеся справа и слева от толпы бегущих перепуганных людей.
Центральная площадь верхнего города, на пересечении сразу шести улиц.
Великолепное место, казалось бы, для расположения супермаркетов, театров или ресторанов, но кроме нескольких административных зданий, здесь располагалась только база сил закона. Праздничные гуляния и шествования тоже обходили это место далеко стороной. Почему? Потому что здесь, в огороженном цепями круге, висели прибитые к столбам источающие зловоние трупы. Трупы убийц, лесных бандитов, бунтарей и дураков, навлекших на себя гнев великого наместника.
Здесь же, по особым случаям, два-три раза в год, проходили показательные массовые казни.
— Взяли! — самураи, закрепившие цепи на вершинах столбов, резко рванули, повалили их и поволокли прочь, вместе с трупами. — Быстро, быстро!
В центре круга, в специальные выемки, были расторопно установлены небольшие металлические столбики, ставшие опорой для цепи, обозначившей границы малого внутреннего круга. Шесть сотен самураев в тяжелой боевой броне, со щитами и при полном вооружении, встали по периметру внешнего круга. Еще три десятка солдат, окриками, рывками цепи и ударами плетей, загнали во внутренний круг полторы сотни людей, участь которых была незавидна.
В стране Рисовых Полей, как и во всех других странах социально расслоенного востока обитаемого мира, с рабами обращались зачастую хуже чем с животными, превращая их в подобие обычных каторжников, но получившие приказ от благородной леди Минако, торговцы провели особый отбор.
Среди двух сотен людей, которых загнали за ограждение из цепи на столбах, не было больных, заморенных или сломленных. Это были домашние рабы. Те, что содержали в порядке жилье и прислуживали богатым господам. Вольные наемники требуют большую зарплату? Заплатите один раз и получите в пожизненное пользование хорошего повара, швейцара или лакея, служанку для леди, учителя и воспитателя для хозяйских детей.
Разумеется, в домашние рабы не набирали агрессивных, ожесточенных и злобных людей. Наоборот. Мягкость, послушность и добродушие приветствовались.
— Шикарно, шикарно! — Наместник Сабуро, закованный в сталь с головы до ног и восседающий на громадном боевом коне, любовался на окруженную цепью толпу перепуганных людей. — Златохвостая Кицунэ передала своему черному братику память о доброй мамочке и заботливом дедушке? Премного благодарен. Теперь, вот эта визгливая биомасса, — великолепнейшая приманка для нашего народного мстителя!
— Пожиратели подведены к тоннелям, господин! — доложил, прискакав, еще один верховой самурай.
— Великолепно!
Ухмыляясь, наместник отстегнул стальной наличник и поднес ко рту передатчик. Сотни рупорных громкоговорителей системы оповещения, установленных на столбах и стенах зданий, разнесли его слова по всему городу:
— Граждане страны Рисовых Полей, жители и гости нашего города! Вчера ночью, Безликий Лжец, Черный Лис Корио, появившись среди нас, вздумал бандитствовать, нападать на стражей и угрожать законной власти! Эта наглая, самоуверенная грязь наивно верит, что может творить беспредел в доверенных мне землях? Думает, что может кого-то запугать? Очень удачно, что у меня в тюрьмах накопилось две сотни фанатичных лисопоклонников, влюбленных в фальшивую богиню и молящихся на нее! Сегодня, сейчас, на главном перекрестке верхнего города, все они будут жестоко и беспощадно казнены! В знак моего презрения к лисьим угрозам! В знак ее бессилия и идиотизма веры лисьих фанатиков! Приглашаю всех стать свидетелями гибели сумасшедшего дурачья, а самой лисе бросаю вызов! Ты запутала этих людей своей лживой болтовней, увлекла на смерть и оставила в руках врага! Брось дураков, подожми хвост и беги, трусливая нечисть! Прими их кровь на свое имя! Или же иди сюда. Иди сюда, и посмотри мне в глаза, фальшивая богиня! Покажи нам всем свою истинную цену! Сотвори для тех, кто в тебя верит, одно из своих невероятных, божественных чудес!
Город замер в шоке и трепете, а наместник, довольный произведенным эффектом, убрал передатчик.
— Господин! — закричал один из рабов, растолкавший других обреченных и выбравшийся к самой цепи. — Господин!!! Я не фанатик! Я слышал о лисе, но никогда не был ее поклонником! Пожалуйста, пощадите!!!
Сабуро снял с седла плеть, что была скручена во множество колец, но в его руке тотчас развернулась словно живая змея и взметнула хвост высоко в небеса. Резкий рывок к цели, рывок назад. Хлесткий удар обрушился на лицо раба, в миг разорвав кожу и мышцы до самых костей.
С истошным воплем человек отшатнулся, закрыл изуродовано лицо ладонями и скрылся среди остальных рабов, жалобно завывших и заплакавших.
— Готовьте сцену! — взмахом руки, наместник отдал приказ нескольким людям, держащим в руках большие, тяжелые ведра. Слуги, по приказу самураев сбегавшие до скотобойни и только что вернувшиеся, выбежали вперед и принялись расплескивать свежую кровь по камням вокруг рабов. У слуг тряслись руки и подгибались колени, они прекрасно знали что здесь сейчас произойдет. В ужасе, они спешили выполнить свою работу, чтобы скорее убраться от этого места как можно дальше.
Ворота верхнего города Корио прошла спокойно. На проверке у жилых кварталов было потеряно очень много времени, но если бедняжка Момоэ и успела очнуться от лисьего шокера, то нажаловаться самураям еще не успела. Или нажаловалась, но те не успели передать на пост приметы преступницы, описание украденных вещей и данные из документов. Или передали, но самураи оказались тайными сторонниками лисы, и сделали вид что не заметили ее.