Анатолий Хохлов – Генерал без армии (страница 31)

— Зараза… — диверсантка спешно потерла силовую схему и сунула ладонь к уху. — Код три!

— Код четыре. — прозвучал у ухе голос Мицуо. — Один-два, быстро ко мне! Торговый зал магазина «Интерьер».

— Поняла. Сейчас буду.

Этот магазин был одной из заранее условленных точек встречи. На входе у него была установлена только слабенькая сигнализация, обойти которую при взломе замка не представляло никакой сложности.

Дзюнко поспешила к условленному месту и уже через пару минут вошла в гостеприимно открывшуюся дверь. В зале, среди стендов с обоями, плиткой и занавесками, ее уже ждали. Трое хорошо знакомых ей бойцов из диверсионных групп.

— Что случилось? — новоприбывшая сразу же поспешила к общему лидеру, Мицуо, но тот, спокойно улыбнувшись, указал кивком головы ей за спину.

Дзюнко, почувствовав чье-то присутствие, резко обернулась и отшатнулась в испуге, увидев бесшумно появившуюся позади нее молодую женщину в сером пальто с незатейливым узором.

— Это Кицунэ Корио. — сказал Мицуо, сделав пару шагов к побледневшей соратнице. — Та самая Черная Лиса. Она нашла меня, мы переговорили и решили друг другу помочь.

— Я никогда не сотрудничала с Народной Освободительной Армией, — сказала незнакомка. — Но общий враг… он объединяет. Вашу страну грабит великая империя Лесов и вы хотите отвесить им хорошего пинка? Со мной они тоже были крайне недружелюбны и невежливы. Пора вручить ублюдкам нашу общую ноту протеста.

— Мы атакуем врага, но для тебя есть особое задание, Один-два. — сказал командир диверсантов, при посторонней, конечно же, избегающий называть подельницу по имени. — Ты вернешься к нашим, и передашь послание сегуну. Армия уже должна подойти к границе леса. Сумеешь прорваться за стены?

— Да, конечно. Они вокруг нижнего города все дырявые. — Дзюнко, нисколько не желавшая сражаться и подвергать свою жизнь опасности, почувствовала глубокое облегчение. Как же удачно она замутила интим с командиром! Теперь он позаботился о ней и будет радоваться, что любимая в безопасности.

В магазин вошло сразу четверо бойцов-диверсантов из разных групп и Дзюнко не удержалась от радостно-ехидного взгляда в их сторону. Этих-то придурков Мицуо точно ни с каким особым заданием из города отсылать не будет. Эти будут воевать и рисковать шкурами, в союзе с чудовищем добывая для Дзюнко победу!

Опутанная чарами лисы и утонувшая в гендзюцу, она не видела влажных пятен на штанах подельников и не чувствовала вонь испражнений, что были очень распространенным побочный эффектом при общения людей с демонами.

Тяжелый запах крови заполонил воздух над площадью казней. Крови животных, но чувствуя ее, закованные в сталь верховые монстры самураев дрожали от невыносимой жажды убийства, разевали клыкастые пасти и роняли на мостовую обильную голодную слюну.

Восемь портативных прожекторов спешно установили на крышах зданий, включили их и перекрестили лучи на жмущихся друг к другу, завывающих от ужаса и плачущих рабах.

Бой барабанов, тяжелый и угрожающий, гремел над подготовленным полем боя. Призывал врага, указывал ему, куда следует стремиться, чтобы принять грозный вызов владыки этих земель.

— Семь минут. — сказал наместнику один из телохранителей.

Лорд Сабуро посмотрел на быстро растущую толпу людей, собирающихся позади трехкратного кольца самураев.

Семь минут с момента окончания его речи. Достаточно ли он дал времени Черной Лисе? Она уже здесь, среди этих самоотверженно любопытных ничтожеств?

— Господин, — вышел на связь лейтенант городской стражи. — Обнаружена молодая женщина, подвергшаяся нападению Черной Лисы. Обычная горожанка, кассир из продуктового магазина. По вашему приказу, передана Единству. Сейчас составляется описание украденных у жертвы вещей и одежды.

— Пострадавшая жива? — лорд Сабуро сощурил глаза, блеснувшие злобной насмешкой.

— Да, конечно, господин. Даже не ранена.

«Конечно»?

Глаза наместника заблестели еще насмешливее. Единство Культуры из кожи вон лезет, очерняя лис своей пропагандой, но даже эта лицедейка, старшая и опаснейшая из всех ей подобных, не считается в народе способной на убийство невинного человека. Гнилая чернь придумала себе культ доброй богини, защитницы и спасительницы. И что еще смешнее, они эту богиню себе буквально создали. Теперь лиса не сможет не ответить на его вызов, иначе на миллионы и миллионы фанатиков обрушится тяжелейший груз разочарования.

Жажда любви людей приведет сюда лису. Она придет и примет удар. От Сабуро и от реального мира, в котором молот раскалывает голову независимо от того, кем ты себя возомнил. Да, безликая бестия прикончила несколько сильных монстров и бандитов. Но те ее противники не были заточены на убийство демонических отродий. Один-единственный боевой жрец, которым была усилена поисковая группа городских стражей, доставил лисе серьезные проблемы. Здесь же, вокруг площади, собраны все духовные силы севера Рисовых Полей, жрецов-эмиссаров из империи и Единства Культуры.

— Десять минут. — сказал телохранитель.

— Третье кольцо оцепления, на позиции! — скомандовал лорд Сабуро. — Поглазеть на расправу собралось достаточно дурачья. Обожатели и сторонники лис? Или просто идиоты без чувства самосохранения? Не важно! Как только лиса появится, отрезать им пути отступления! Пока толпа здесь, серый страж не сможет применять масштабные ниндзюцу.

— Она до сих пор не проявила себя. Готовит для нас что-нибудь?

Может быть. А быть может она давно уже стоит в этой толпе. Колеблется и сомневается. Разглядывает настороженную ловушку и боится совать голову под нож гильотины.

Очень даже вероятно. Можно даже гарантировать, что так и есть. Но кто она, во всем этом многотысячном сборище?

Пора сделать эту ночь еще чернее. Девчонка, подросток, старик… без разницы, в каком обличье разгуливает лиса. Какую бы маску она ни нацепила, сейчас ей придется высунуть нос из толпы.

Наместник медленно поднял руку.

Секунда. Еще одна. Третья…

Угрожающий грохот барабанов сменился раскатистой мелкой дробью и земля под ногами рабов задрожала.

С лязгом и скрежетом, под мостовой пришел в действие тяжелый механизм. Три квадратных сегмента, равно удаленные по периметру внешнего круга, разделились надвое каждый и поползли в стороны, открывая в мостовой три прохода, уводящих глубоко под землю. Утробный рык скрытых во тьме чудовищ заставил толпу и самураев оцепления попятиться. Воины сомкнули щиты, частоколом выставив в специальные прорези стальных пластин короткие цельнометаллические копья. Мера безопасности, на случай если одна из обезумевших тварей порвет цепь или сломает ошейник.

— Готовьтесь, солдаты! — твердыми окриками ободряли самураев командиры. — Если Пожиратель попрет на вас, убивайте не раздумывая!

По земле, от зияющих чернотой тоннелей к отверстиям у края внутреннего круга были протянуты тяжелые стальные цепи, целостность и прочность которых обязательно проверялась перед каждым подобным актом устрашения. Сейчас, эти цепи поднялись и натянулись. Из тоннелей зазвучало лютое рычание, хлопки бичей и истошный визг пополам с хриплым завыванием. Такое могли бы издавать только придушенные кандалами обезумевшие звери, одержимые жаждой вывернуть металл и порвать в клочья своих мучителей.

— Что? Что это? — рыдая и сжимаясь в комок, Миоко теснее льнула к молодому парню в черно-белой лакейской ливрее. Тому, кто нес ее на руках и отпустил только сейчас, когда начался последний акт кошмарного представления.

— Всего лишь несчастные животные. — Раб-лакей скрежетал зубами, по его лицу текли слезы, но он твердо стоял на трясущихся ногах и даже сжимал кулаки, словно действительно готовился к драке с неведомым подземным ужасом. — Обычные звери, изуродованные нашей, человеческой злобой.

Сощурив глаза и подняв голову, раб развернул плечи. Звеня цепями, он взял девчонку и переместил ее себе за спину, заслонив собой и ее и остальных приговоренных. По крайней мере, с этого направления.

Лорд Сабуро, резким рывком, опустил руку.

Ржавые цепи загрохотали, скользя по желобам, земля задрожала от тяжелого топота и из тоннелей вырвались три безумных кошмара. Когда-то, это были боевые кони, размерами схожие с бегемотом или носорогом, но никак не с ездовой лошадью. Три огромных альфа-самца, лидеры табуна и сильнейшие из им подобных. Любой самурай был бы счастлив стать хозяином такого монстра, но проблема в том, что усмирить и показать свое главенство подобному коню запредельно сложно. Альфы убивали любого, кто смел к ним подойти. Убивали своих сородичей, принявших главенство людей. Бесконечно бунтовали и жаждали только одного — свежей крови.

Расплатой за бунтарство становился показательный поединок с генералом самураев, неизменно убивавшим коня, или обращение в живое оружие жестокой казни. Во втором случае, коня замуровывали в яме-тюрьме, избивали и морили голодом, уничтожая у кровожадного зверя остатки рассудка. То, во что он при этом превращался… нельзя было показывать людям со слабой психикой.

Огромные живые скелеты. Торчащие ребра и мослы, покрытая шрамами облезлая шкура с клочьями грязной, свалявшейся шерсти. Бесконтрольно излучаемая Ци, фиолетовая от смешения синего и алого, поднимается и пляшет над телами обезумевших монстров словно ужасающее призрачное пламя.