Анатолий Гусев – Между прошлым и будущим (страница 13)
– Ты, ты! – пытался сопротивляться Валера, – ты мою бабу! Ты кто? Ты кто? Ты … её! Да?
Он назвал Гену нехорошим словом, матерным, слово это, как-то Гене не понравилось, покоробило, и он ударил Валеру левым кулаком в печень, а правым, не выпуская ворот рубашки, ещё раз в челюсть, потом провёз его по стене и кинул через левое колено за себя. Валера ударился о пол спиной и, по инерции, ещё и головой, но тут же вскочил на ноги, оглядел всех ненавидящим взглядом. Гена стоял в решительной позе, сжав кулаки, заплаканная Люба медленно поднималась по стене, у обломков ноутбука рыдал Сёма. За стеной, слыша шум драки, причитала Таисия Кузьминична.
– Да пошли вы все! – злобно произнёс Валера.
Он направился к входной двери, надел ботинки, погрозил кулаком в сторону Любы:
– Ты, тварь, ещё наплачешься у меня!
Открыл дверь и, громко хлопнув, закрыл её за собой.
Гена оглядел поле боя, вздохнул и сказал:
– Ну, что? Представление окончено, гроза прошла. Мы тоже, наверное, пойдём?
Люба посмотрела на него испуганными глазами, дотронулась двумя пальцами до рассечённой губы и произнесла:
– А вдруг он вернётся? Останься, пожалуйста. Часов в восемь уйдёте, он уж точно не вернётся.
– Хорошо, – согласился Гена.
Тут подошёл расстроенный Сёма с обломками ноутбука и спросил:
– Дядя Гена, а его починить можно?
– Нет, Сёма, нельзя.
– Не расстраивайся, сы́ночка, – сказала Люба, – мы тебе новый купим.
Мальчик отдал матери обломки ноутбука и грустно поплёлся в свою комнату.
– Рано ему ещё ноутбук, надо было ему приставку какую-нибудь попроще купить, – сказал Гена.
– Надо было. Валера перед Новым годом премию получил, вот и купил. Так вы останетесь?
– Папочка, я не хочу, – сказала жалобно Анжела.
– Пойдём мы, Люба. Телефон знаешь, если что – звони.
Отец и дочь, взявшись за руки, шли домой.
– Почему он такой злой, муж тёти Любы? – спросила Анжела.
– Не понравилось ему, что мы в его доме, – вздохнул Гена.
– Но мы же по делу?
– Не поверил.
– Почему?
– Не знаю.
На следующий день Геннадий и Любовь встретились на детской площадке.
– Ну, что Валера? – спросил Гена. – Звонил?
– Звонил. Потом пришёл, ноутбук принёс.
– Молодец. И ты его пустила?
– Он мне муж. Как я его не пущу?
– Понятно. И секс был великолепный?
– Да.
Люба опустила глаза вниз и покраснела.
– Ты так и будешь с ним мучиться.
– Валера хороший, ты просто его не знаешь.
– Конечно, откуда мне его знать?
– И как ребёнку без отца?
– А я? Тебе и Сёме со мной было бы лучше.
– Не знаю, наверное, но Валера отец Сёмы, компьютер ему новый купил.
– Ноутбук.
– Какая разница, Сёма очень рад.
Наступило неловкое молчание, они смотрели в разные стороны, друг на друга смотреть было невыносимо. Наконец Гена решился:
– Дочь, – позвал он, – пойдём домой, мне кое-что срочно по компьютеру сделать надо.
Гена смотрел в окно на детскую площадку. На скамейке сидел Валера с бутылкой пива. Неделю уже приходит, а Люба дома сидит. Гена и Анжела сюда, на эту площадку, уже не появляются, а ходят на другую в соседний двор.
Между прошлым и будущим
Чёрный внедорожник кружил по Замоскворечью, выруливая на улицу Большая Ордынка. Вёл его Иван Быков, ему чуть за сорок, он крупный сильный мужчина, сумел пережить лихие девяностые, сколотить не хилый капитал и теперь он владелец и директор небольшой, но процветающей фирмы. Жена Ивана, Кристина, сидела рядом на пассажирском сидении и смотрела в окно. Кристя не на много младше мужа, но выглядит лет на десять моложе: Иван на красоту жены денег не жалел.
Они оба из одного маленького городка в Волгоградской области. Первым приехал Иван, освоился, обжился, потом привёз Кристину. Она догадывалась, чем занимался Иван и что это за «бригада» такая, но делала вид, что не знает. А когда Иван обзавёлся легальным бизнесом, вздохнула с облегчением. Они вместе владели фирмой и дела вели вместе.
Любил Иван свою Кристю, любил с самого детства, она это знала и этим пользовалась. Сколько раз Иван говорил, что будет твёрд со своей женой, но она подластится и он таял.
Второе сентября, дети в школе, Иван с Кристиной едут в офис.
Впереди купола храма Папы Римского Климента, Кристина повернулась к Ивану.
– Вот сколько раз проезжаем мимо этой церкви и каждый раз меня охватывает волнение, внутренняя дрожь, как будто меня с этой церковью что-то связывает. Что-то такое, переломное в моей жизни.
Иван остановил внедорожник у храма.
– Давай выйдем и посмотрим, что там тебя связывает. Действительно, сколько раз проезжали мимо, а внутри ни разу не были.
Кристина кивнула, соглашаясь, накинула лёгкую косынку на голову, и они вышли из машины.
Храм поражал внутри своим великолепием и пространством. Они прошли к центру церкви, народу было мало, только что кончилось богослужение. Кристина дрожала всем телом, Ивану тоже было не по себе.
– На экскурсию, молодые люди?
Иван и Кристина дружно оглянулись, перед ними стоял священнослужитель, кто он по церковному чину, они, конечно, не знали.
– Да. Сколько раз мимо проезжали, а внутри не были, – смущаясь сказал Иван, – а что это у вас вокруг церкви как бы крепостная стена?
– Так и есть, – ответил священник, – здесь была стрелецкая слобода, пока их Пётр I не выселил. Вокруг храма был острожек, маленькая крепость, предпоследняя перед Кремлём. Последняя была на Балчуге вокруг храма святого Георгия. Отсюда, от этого храма и началось изгнание поляков из Москвы. Он тогда, правда, был деревянным.
– Храм был деревянным, – прошептала Кристина, – на улице полуденное солнце, а здесь полумрак, горят свечи, пахнет воском.
– Пахнет воском, горят свечи, – повторил за женой Иван странным голосом, – и кровь на полу, и покойники…
– Да, – удивлённо произнёс священник, – так, наверное, и было. У вас хорошее воображение, молодые люди. Сначала поляки отбили острожек у наших, потом наши отбили его у поляков, убитые, конечно, были. И к вечеру наши выгнали солдат пана Ходкевича, польского гетмана, из Москвы. А вы муж и жена?