Анатолий Гусев – История и современность (страница 2)
Заснул немедля – очень уж устал —
И видит сон, в нем пробудивший страх
Со стороны Руси идет пожар,
Который Рим со всех сторон объял,
И мчится преогромный волкодав
В сопровожденье множества собак;
Он, граф, сидит под деревом в кустах
И до смерти напуган видом пса,
А тот наносит лапою удар,
И падает Гильом к его ногам.
Так говорится в «Песне», это именно об этих рутах.
Другая часть рутов постепенно переселилась на восточный берег Восточного моря – так тогда называлось Балтийское море. Они поселились по реке Нева и южному берегу Ладоги. Тогда и был отвоёван у славян город Альдейгьюборг.
И руги с новым местом не прогадали. У Альдейгьюборга сходилось два пути: один, малозначительный, «Из варяг в греки» и другой, главный, «Из варяг в персы». Оказалось, что проще сидеть у истоков двух дорог, и взымать с проезжих деньги, чем бороздить на своих драккарах Восточное море в поисках добычи.
В городе производили из стекла разноцветные бусы, так называемые «глазчатые» и меняли их у туземного населения на меха. Туземцами бусы очень ценились, как средство от сглаза. На стекляшки скупались меха в огромном количестве и увозились в город Болгар, там, где река Волга впадает в великую реку Итиль, или хазарский город Итиль, расположенный в дельте одноимённой реки, недалеко от моря, или ещё дальше вплоть до Багдада.
Альдейгьюборг процветал. Через него шли на Восток рабы из Западной Европы, мёд, воск, меха, а обратно серебряные арабские дирхемы, имевшие хождение по всей тогдашней Европе. На Волге, чуть севернее того места, где позже возникнет город Ярославль, руты основали поселение. Это позволяло им контролировать путь на Север.
Но у арабов началась междоусобица и поток серебряных дирхемов прекратился. И путь «Из варяг в персы» потерял своё значение.
Зато путь «Из варяг в греки» вышел на первое место.
Из Балтийского моря в Чёрное можно попасть не только через Неву, но и через Даугаву, она же Двина. Там, где путь выходил к Днепру, руты основали поселение. Поселение можно смело назвать Прасмоленском, Смоленск появился чуть севернее вверх по Днепру. В руки рутов перешёл северный участок пути «Из варяг в греки».
Численность рутов росла. Лишние люди уходили в грабительские походы по пути «Из варяг в греки». Они грабили южный берег моря и не только южный. Хозяйничали так, что греки стали называть море Русским.
Как же руты стали русью? В общем всё просто. В то время множественное число обозначалось звуком «с» на конце слова, в отличие от современных скандинавских языков и собственно немецкого. Один – это рут, а если два, три и т.д., то это рутс. Славяне спрашивали рутов: «Кто вы?», и те отвечали примерно так: «Vi er ruts». Сочетание «тс», произнесённое слитно, даёт звук «ц». У славян окончание множественного числа звучало, как краткое «Е», потом этот звук обозначался буквой «Ь». И слово «рутс» зазвучало как «рутсе». Звук «Т» исчез. И краткое «Е» исчезло, но смягчило звук «С», и получилось «Русь».
Одному из правителей Альдейгьюборга, по имени Рюрик, повезло. Он сумел захватить власть в землях и́льменских словен, а через какое-то время завоевал часть земель чуди и племени кривичи. Земля вокруг Альдейгьюборга не входила в его владения, но она ему была и не нужна. Ему нужен был богатый плодородный юг и путь «Из варяг в греки».
Рюрик и его потомки создали огромную державу под названием Русь.
Город Альдейгьюборг с окрестностями отошёл Швеции, но вскоре в качестве приданного их получила Ингигерда, дочь шведского короля, когда выходила замуж за князя Ярослава Мудрого.
Город стал называться Ладога, а много позже – Старая Ладога.
Княгиня Ольга
Равноапостольная великая княгиня киевская Ольга, в крещении Елена.
В общем, это почти всё, что о ней известно. Известно, что ездила княгиня в Константинополь, об этом сообщает василевс Константин VII Багрянородный (Порфирогенет) в своём трактате «О церемониях», известно точно, что умерла она в середине июля 969 года.
Не известно, где она родилась и когда, неизвестно и кто её родители. Более того, неизвестно даже её имя. Есть предположение, что первоначально звали её Прекраса. Ольга – это женский вариант имени Олег. Замуж за князя Игоря её выдал Вещий Олег. Связь очевидна. Кем он приходился Ольге? Может быть, братом, но, скорее всего, отцом.
К имени в те давние времена подходили серьёзно. Считали, что имя воздействует на судьбу. Олег (Хельге) значит «святой», и Ольга (Хельга), соответственно, тоже «святая». И сына своего Игорь и Ольга назвали Святослав, что означает «святой человек». И, кстати, имя повлияло на судьбу: княгиня Ольга действительно стала святой, что не скажешь о двух великих воинах: Вещем Олеге и Святославе. Возможно, что на самом деле они дед и внук. Князь Игорь, муж Ольги, по большому счёту был неудачником.
Родилась княгиня Ольга, скорее всего, под Псковом. Именно там, чересполосно жили славяне племени кривичей и скандинавы из племени русь. Мать её, наверное, была славянкой, и находилась Ольга в славянском окружении, а иначе, почему она дала своему первенцу славянское имя?
Претендуют на место рождения княгини и болгарский город Плиска и прикарпатский Плеснеск. Их понять можно – это честь считаться земляками такой великой женщины. Но откуда там, где жили исключительно славяне, взялось скандинавское имя «Ольга»?
По легенде Ольга познакомилась со своим будущим мужем в лесу под Псковом. Игорь гнался за оленем, олень переплыл реку, а князя на тот берег переправила на лодке девушка с веслом. И это была Ольга. Князь сразу же воспылал к ней любовью и стал приставать. Но девушка твёрдо его осадила. Это князя не охладило, а наоборот, раззадорило, он воспылал страстью и женился на ней. Красиво. Но что делала девушка одна в лесу?
Как бы там ни было, но Игорь и Ольга поженились. Ольга забеременела, а Игорь ушёл на войну с Византией, где потерпел сокрушительное поражение. Одно его утешало, что родился долгожданный сын Святослав.
А Игорь опять ушёл в поход в 944 году на Византию и опять неудачно и был вынужден подписать не очень выгодный для Руси мир. Два раза ходили за шерстью и два раза возвращались стриженными. А тут ещё вернулся Свенельд со своими людьми. Они откололись от войска Игоря ещё в первом походе при атаке огненосных кораблей греков на ладьи русов. Судьба занесла их в Закавказье на реку Кура в город Бердаа, где они очень хорошо порезвились. Они бы резвились и дальше, если бы не повальная болезнь, пришлось возвращаться. Их ограбили хазары по пути домой, но, всё равно воины из дружины Свенельда вернулись богачами. «А мы наги и нищи», – упрекала дружина Игоря. А тут новая напасть. Возвращаясь из второго похода на греков, войско Игоря встретило печенегов, которые собрались идти в Болгарию. Князь отпустил с ними желающих из своего войска. И вот они вернулись и тоже с добычей.
«А мы наги и нищи!»
Дружина зависит от князя, но и князь зависит от дружины. Игорь обратил свой взор на ближнее зарубежье, на древлян. Они живут в двух шагах от Киева, а в общественной жизни не участвуют и в походы на греков не ходили, а, значит, должны возместить потери княжеской дружине.
Дружина Игоря вторглась в древлянские леса. Воины обогатились, и возвращались в Киев довольные. Игорь решил погулять с малой дружиной ещё. Древлянам это не очень понравилось. Они разбили дружину Игоря, князь попал в плен. Древляне согнули две берёзы, привязали к ним князя и отпустили. Деревья выпрямились и разорвали тело князя. Ольга стала вдовой.
Древляне решили поступить по-справедливости. Они у неё отобрали мужа, они ей и предложили нового. «Выходи, княгиня за нашего князя Мала». Ольга отказалась. Власть над огромным государством пришла ей в руки. Зачем её отдавать кому-то?
Летопись рассказывает страшные сказки о деяниях Ольги после гибели мужа. Было ли это правдой? Вряд ли. Вряд ли Ольга была такой кровожадной и вряд ли древляне были такими глупыми и наивными.
Но Ольга с помощью Свенельда и Асмуда разбила древлян и круто расправилась с боярами древлянскими. Зачем? А затем, что мало взять власть, надо её ещё суметь удержать. И Ольга показывала бывшей игоревой дружине, что если что, то она крови не боится.
Но власть держится не только на страхе, а ещё и на порядке. И Ольга взялась обустраивать землю. Теперь по её приказу, заранее оговорённую дань свозили на погосты – специально отведённые для этого места, где её принимали, подсчитывали и распределяли. И эта система, придуманная Ольгой, просуществовала долго. И, даже, когда внуки Ольги, а затем и правнуки резали друг друга за власть, порядок не порушился, государственная машина, созданная княгиней, работала исправно.
Княгиня Ольга прекрасно понимала, что главные скрепы для удержания земли – это общая единая вера. И она крестилась, личным примером показывая людям путь к свету, не делая никакого насилия ни над своей совестью, ни над совестью народа. То, что княгиня Ольга крестилась в Константинополе, и её крестным отцом был сам василевс Константин VII Багрянородный не более чем красивая легенда.
Крестилась Ольга, скорее всего, на Подоле в церкви святого Ильи. И взяла в крещении имя Елены. В чаяниях своих, она надеялась, что её сын Святослав очертит копьём границы великого города на Днепре, как Константин Великий очертил на Босфоре границы Нового Рима. Но надеждам не суждено было сбыться. Сын Святослав наотрез отказался креститься, не захотел быть вторым Константином, а предпочёл быть первым Святославом.