Анатолий Дубровный – Битва в кружке пива (страница 2)

— Это он про когти рассказал? — Фыркнула младшая, — вот взяла у Грима его самогона, хотя Хранитель мне и так поможет.

— Да, ты деду понравилась — усмехнулась Альма, — И не только деду, вон и Грим, после твоей песенки про пьяного тролля собирался нанять музыкантов, чтоб они её разучили и исполняли здесь каждый вечер. И сам он её постоянно напевает.

— Лучше б он молчал, — поморщилась младшая девушка, — Его немузыкальный рёв трудно назвать пением. Хотя, ты права пользу с этого я поимела.

Усмехнувшись, девушка помахала трактирщику рукой. Грим тут же прервал свои откровения и, повернувшись в сторону кухни, что-то рыкнул. Оттуда выглянула подавальщица, глянула на трактирщика указавшего ей на девушек и скрылась на кухне. Через пару мгновений она вышла с подносом, на котором стояли миски с горячим рагу и большой кувшин эля[3], и понесла это всё девушкам.

— Да, не каждому Грим так старается угодить, — усмехнулась старшая девушка.

Когда девушки уже доели свой завтрак, тяжелая входная дверь распахнулась от сильного пинка и в трактир вошла колоритная парочка. Первый — высокий и могучий парень, не уступавший хозяину заведения размерами мышц, но явно превосходивший его в гибкости и подвижности. Второй — среднего роста красивый и атлетически сложенный. Одежда и вооружение говорило о принадлежности парней к «диким гусям»[4].

— Привет Альма! — Закричал меньший с порога, как только увидел девушек.

— Привет Франк, привет Дорн, — поздоровалась старшая девушка с подошедшими парнями.

— Альма, представь нас своей очаровательной спутнице — голосом опытного ловеласа проворковал меньший парень.

— В другой раз, — произнесла младшая, поднимаясь, — Мне пора.

Она наклонилась, поцеловала Альму, при этом стали видны рукоятки мечей в наспинных ножнах. Девушка взяла с лавки футляр с гитарой и направилась к выходу.

— Извини, сестра, — в спину уходящей девушке сказал меньший.

— Кто это? Тоже наёмница. Я её раньше не встречал, — обернулся он к Альме.

— Менестрель, а ещё вестник, Франк, — сказала наёмница, да Альма была наёмницей, причём одной из лучших.

— Но какая девушка! — Цокнул языком Франк, а не проронивший ни слова Дорн покраснел.

— Не вздумай так говорить ей, или заигрывать и приставать, как это ты умеешь в своём гусарском стиле, она тебя просто размажет, — глядя в след девушке, грустно сказала Альма.

— Да ну!

— Ты, что не понял? Она вестник! А кто такие вестники ты должен знать, не маленький ведь, — ехидно поддела парня девушка. Франк задумчиво посмотрел в сторону, куда ушла девушка-вестник.

Один из выпивох слушавших разглагольствования трактирщика незаметно кивнул своим товарищам и тенью выскользнул из трактира.

— И так, господа маги, что вы можете предложить нам в качестве магической поддержки в нашей борьбе с силами зла, — сказал король, оглядывая магов собравшихся в ярко освещённом солнцем зале совета королевского замка.

— Ваше величество, вы же знаете, что после Великой войны 2038 года, когда маги противоборствующих сторон применили Великое заклинание антимагии, заклинания боевой магии блокируются. Действуют только заклинания бытовой и целительской магии, да и то не все. — Поднялся со своего места ректор Академии Магических Искусств, самый сильный маг королевства.

— И что, ни кто до сих пор не может разблокировать это заклинание?

— Ваше величество, создание такого мощного заклинания истощило резерв всех сильнейших магов того времени, что и было причиной гибели не только самих магов, но и их лучших учеников. К сожалению, это привело к утрате многих знаний и нам приходится по крупицам восстанавливать самую малую толику тех знаний и умений. — Грустно опустил голову ректор.

— Но как же недавняя смена главы королевства зла, наша агентура доложила, что во время поединка магов имело место заклинание, мощность которого разрушило целую башню Чёрного замка.

— Да ваше величество, мы об этом знаем. Этот поединок был довольно странным. Во-первых, он не сопровождался возмущениями магического поля, что в принципе не возможно при противостояниях такого уровня. Во-вторых, очень странный побочный эффект заклинания — окрестности замка на три мили[5] в округе были, забрызганы дерьмом.

— Действительно странно, — хмыкнул король, — Но из погодных или бытовых заклинаний вы хоть что-то можете скомпоновать?

— Ваше величество, сил магов-погодников хватит только на небольшой дождик или рассеять тучи и предотвратить град. Утихомирить, а равно вызвать ураган у нас не получится.

— То есть, в лучшем случае у вас получится обеспечить нашей армии тень в жаркий день, — скептически заметил король, — Ну а бытовые заклинания? Ведь были уже попытки?

— Да, ваше величество, — поднялся граф Шембри, командовавший армией во время Илланского освободительного похода, — Как вы помните, во время похода, которым я имел честь командовать, была попытка проведения магической диверсии. Сорок шлю..., прошу прощения, куртизанок были магически заражены интересной болезнью и заброшены в лагерь противника. Каждый, кто гм, пообщался с куртизанкой, на следующий день должен был сильно ослабеть.

— Так ведь операция закончилась успешно, и потерь мы не понесли — кивнул головой король, — Так мне доложил начальник разведки.

— Не совсем так, — возразил граф Шембри — в результате ошибки эти шлю..., куртизанки были заброшены не в расположение командования вражеской армии, а на участок где стояли лагерем болотные гоблины [6].

— И что гоблины их... использовали? — С удивлением спросил король.

— Использовали, — ответил граф, — Но не по прямому назначению, гоблины их просто съели. И поскольку у болотных гоблинов сильно стадное чувство они поделили куртизанок на всех.

— Какой кошмар! — Сокрушённо воскликнул король, — Но мы же победили в той битве!

— Да, ваше величество, когда на следующий день орда гоблинов пошла в атаку, их всех прошиб понос.

— И они бежали с поля боя, или просто отступили?

— Нет, ваше величество, гоблины на такую мелочь не обратили внимание. А вот наши элитные части Гаринийских пикинеров не выдержали. Сама атака болотных гоблинов страшна, мало кто может её выдержать. Но вид идущей в атаку орды, и при этом поносящей во все стороны жидким дерьмом, пикинеры не выдержали, они бежали, бросая щиты и пики.

— Но мы же победили!

— Да, ваше величество, гоблины гнали пикинеров тринадцать миль. Пикнеры бежали не столько от страха, сколько от зловония. Но тринадцать миль сплошного поноса настолько обессилили гоблинов, что они просто попадали. Наши доблестные пикинеры вернулись и перерезали валяющихся гоблинов. Но многих из наших воинов пришлось выносить с этого поля боя, они сомлели от зловония.

— Потерь ведь не было? Ни кто ж не погиб.

— Да, ваше величество, потерь не было. Если не считать съеденных шлю.., гм, куртизанок. А лишившееся своей главной ударной силы вражеское войско отступило из Илланской провинции, не принимая боя.

— Этот единичный случай, ваше величество, только подтверждает невозможность использовать магии на поле боя, — вмешался ректор Академии Магических Искусств, — Ведь даже куртизанки готовые ради нашей победы поработать по своей основной специальности, не желают быть съедены во славу вашего величества.

— И это очень прискорбно, такое падения нравов и угасание верноподаннических чувств — заметил король, поморщившись от лучей заходящего солнца ударивших сквозь окна зала ему прямо в лицо, — Что ж господа без четверти полдень, подошло время смотра войск. Прошу участников пройти на поле парадов.

 Мрачный огромный замок, казалось, своей массой придавил все окрестности. Его высокие шпили будто бы рвали низко идущие тёмные тучи. С черных туч, время от времени, срывались яркие молнии и били в шпили замка. В центральной башне мертвенным, бледным светом светилось окно. В комнате, положив ноги на стол, сидел Чёрный Колдун [7], он был довольно молод, лицо его, можно сказать, даже миловидное, как это не странно, не несло следов страшных пороков и роковых страстей присущих его званию и должности. На столе стоял большой хрустальный колдовской шар, внутри шара страстно извивалась совершенно обнажённая фигура Лиссажу. Молодой Чёрный Колдун [8] с интересом за ней наблюдал. У стены в развратных позах стояли скелеты трёх обнажённых женщин. В дальнем углу стоял ещё один скелет, седобородого старца с крючковатым носом и злым выражением лица.

— Всё развлекаешься, — недовольным голосом проскрипел из угла скелет старца, — Нет бы, делом занялся, вон в Объединённом королевстве опять войска собирают, воевать ведь с тобой снова будут.

— А я им знамений предвещающих беду и сулящих неудачу накидал, должны испугаться, если голова есть.

— А если нет, если головы нет, так и не испугаются, да и отрубить нечего, хи-хи. И какие знамения ты им показал?

— Одно самое что ни на есть зловещее, — гордо сказал Колдун, — солнечное затмение. Когда-то князь Перемышльский не внял такому знамению и его военный поход на поломанов был крайне не удачен. Теперь при таком предупреждении не то, что полководец ни один рядовой воин с места не тронется. Ещё саранчу им на поля накликал, ну и ещё парочку, так, по мелочи.

— А проконтролировать? Погубят тебя твои безалаберность и разгильдяйство. Подумать только — моё наследие досталось худшему из моих учеников!