Анатолий Дроздов – Невеста инопланетянина (страница 11)
Кир не успел пройти от дома санитарки и с десяток метров, как в голове буквально возопил системник:
«Опасность! Впереди засада!»
«Где? На кого?» – Кир удивился.
«На вас, в ближайшем переулке. У него оружие!»
«Уверен, что ждут меня?»
«Это абориген, с которым у вас был конфликт, и вы его избили. Приказ на ликвидацию?»
«Пусть дрон его парализует, а ты веди меня к нему – подсказывай дорогу».
Спустя минуту Кир свернул в ближайший переулок, где обнаружил у забора лежащего навзничь человека, которого дрон парализовал ударом электричества. Наклонившись, Кир рассмотрел его лицо. Системник не ошибся – тот самый уголовник. Поморщившись от перегара табака и самогона, Кир подобрал обрез, лежащий рядом с телом, и засунул оружие под куртку. Да, улицы пустынны, но вдруг кто выглянет, а тут писатель гуляет с оружием наперевес…
В машине Кир завел мотор, а пока тот прогревался, включил в салоне свет и разглядел обрез. Похоже, настоящее оружие. Он переломил двустволку и извлек патроны в латунных гильзах. Взял один, и лезвием ножика достал из гильзы пыж. После чего похолодел, увидев ниже восемь аккуратных шариков. Картечь… Его собрались убивать. Если бы не дрон, то он лежал бы на снегу, хрипя простреленными легкими и пятная его кровью. Да задница арахнида! Погибнуть так нелепо из-за какого-то конфликта с пьяным недоумком! Он, похоже, заблуждался насчет безопасности жизни в СССР и ругал системник, когда тот проявлял о нем чрезмерную заботу.
«Сис! – связался он системником. – Ты спас мне жизнь, спасибо».
«Это моя обязанность», – раздалось в голове.
«Прости за то, что я порой тебя не слушался. Ты оказался прав».
«Вам не стоит просить прощения у машины».
«Ты не машина для меня, а друг. Отныне буду обращаться к тебе так. Не возражаешь?»
«Как скажете, медик-инженер, – раздалось в голове, но Киру показалось, что он расслышал в голосе системника удовольствие. – Как поступить с убийцей? Не трогать его больше? Он очнется примерно через час».
Кир на мгновение задумался. Оставить эту сволочь без последствий? Он очнется и, не обнаружив своего обреза, найдет себе другой. Ну, ладно, Кир – его предупредит системник, но у Карины дрона нет. А эта тварь, вполне возможно, захочет отомстить девчонке, и Кир ее не сможет защитить.
«Приказ на ликвидацию! Смерть по естественной причине».
«Выполняю», – раздалось в голове, и Киру вновь послышались нотки удовольствия в голосе системника.
На полпути к своей деревне Кир остановился на дороге и, выйдя из салона, зашвырнул обрез в болото, покрытое сугробами. Туда же отправились патроны. Снег поглотил их. Весной растает, патроны и оружие погрузятся в воду, а после их засосет трясина. Кир не догадывался, что только что спас жизни двух женщин и одного милиционера. В ходе налета на сберкассу кассиры откажутся отдать мерзавцу деньги и вызовут милицию тревожной кнопкой. Тварь их убьет, а после вступит в перестрелку с приехавшим по вызову нарядом. Одного из милиционеров он снесет картечью, пока второй не выстрелит в разбойника из пистолета. Вот так все случилось бы, не повстречайся Кир с будущим налетчиком на танцах. Одна из линий в будущее оборвалась, и появилась новая. Но Кир этого не знал…
На следующий день он чувствовал себя тревожно. Труп наверняка нашли и могут вспомнить, что с этой мразью у Кира был конфликт на танцах. И драку их на улице, возможно, тоже кто-то видел. Чтобы связать два этих обстоятельства со смертью покушавшегося, большим умом обладать не нужно. Подкатит к дому милицейский «газик», оттуда выберутся сотрудники розыска и станут спрашивать, где он был, чем занимался ночью в селе Октябрьском… Из-за этих мыслей Кир вел себя рассеянно с пациентами, с трудом воспринимая их жалобы на боли в позвоночнике. Хорошо, что его компактный медицинский робот эмоций не испытывал, поэтому Кир никому не навредил. Закончив к полудню прием, Кир нехотя перекусил и начал собираться. Достал из шкафа белый халат, в котором некогда работал зубным техником, сложил его и сунул в сумку. Туда же забросил пару шоколадок, конфет, печенье в пачках.
– Куды ты собираешься? – поинтересовалась мать.
– В ФАП, помогать Карине, – ответил Кир. – Мы с ней вчера договорились. Если кто еще приедет со спиной, направь их в ФАП, я там приму.
– Ехай! – согласилась мать. – З Каринай – гэта добра.
В ФАПе Кир застал столпотворение. Если к нему больных на следующий день после Восьмого марта приехало немного, то к фельдшеру их выстроилась целая очередь. Для большинства людей сегодня выходной, но ФАП работал. В приемной пункта люди заняли все лавки, да еще стояли. Мужчины, женщины и дети.
– Здравствуйте, товарищи, – сказал им Кир. – Я медик и приехал помогать Карине Айковне. Позвольте, я пройду к ней в кабинет? Мне нужно пять минут, после чего мы быстро разберемся с этой очередью.
– Иди, иди! – загомонили пациенты. – Мы ведаем, что доктар.
– Я два часа уже сижу, – вздохнула женщина с мальчишкой лет восьми. – Надеюсь, так скорее будет.
– Не сомневайтесь, – обнадежил ее Кир и открыл дверь кабинета фельдшера.
Карину он увидел за столом, она писала что-то в истории болезни. Напротив, на кушетке, расположилась немолодая женщина в теплой кофте.
– Привет! – сказал Карине Кир. – Приехал помогать. Здесь найдется свободный кабинет?
– Найду, – Карина улыбнулась. – Привет. Немного подождите, – сказала пациентке. – Я скоро.
Свободный кабинет, как оказалось, размещался рядом. Карина открыла дверь в него ключом и завела помощника. Кир быстро осмотрелся. Стол, два стула, умывальник. На раковине – мыло, на гвоздике – вафельное полотенце – похоже, свежее. В углу – кушетка для больных, прикрытая коричневой клеенкой, напротив – застекленные шкафы с лекарствами и инструментами.
– Осваивайся, – предложила девушка. – Филиппович здесь принимал больных. Сейчас я принесу халат.
– Есть свой, – Кир отмахнулся. – Ты лучше дай тонометр и фонендоскоп.
– В шкафу лежат, – Карина указала, – как и другие инструменты. Найдешь. Истории болезни ты будешь заполнять?
– Да я не знаю, как, – пожал плечами Кир. – Не делал этого прежде. К тому же, наверное, и права такого не имею – я в ФАПе не работаю.
– Тогда возьми в столе листки бумаги, записывай имя, отчество, фамилию больного и год рождения. Диагноз и рекомендации. Я после все в истории перенесу. Все, занимайся, а я пошла – там люди ждут.
Карина выпорхнула, а Кир снял куртку и надел халат, после чего проинспектировал шкафы и удивился. У неизвестного ему Филипповича оказался богатый инструментарий для операций – скальпели, зажимы, расширители, иглы и хирургические нити. Плюс инструменты для оториноларингологии, включая и рефлектор лобный. Лекарств же – скудный выбор, но в достаточном количестве. Кир взял тонометр и, водрузив на шею фонендоскоп, выглянул в приемную.
– Кто тут по очереди? Заходите…
И покатилось. Поначалу, пока Кир не освоился с незнакомыми ему приборами, он тратил на больного много времени, но дальше понеслось. Манжету на руку пациента, накачиваем грушей воздух, мембранная головка прижата к артерии на сгибе локтя. Выпускаешь воздух и следишь за стрелкой на манометре. Первый удар в наушниках – давление систолическое, второй – диастолическое. Верхнее и нижнее, как говорят в народе. Так, женщина, у вас давление повышенное – 165 на 90. Получите таблетку каптоприла, положите под язык и держите, пока рассосется. Впредь принимайте самостоятельно, когда почувствуете себя плохо. В аптеке продается без рецепта. Следующий! Что с мальчиком? Температура, боли в горле? Измерим и посмотрим. Миндалины воспалены, но гнойников не вижу – обычная ангина. И температура 37,2. Сейчас я смажу миндалины раствором Люголя, а дома полощите горло отваром из ромашки – раз пять за день. На улицу не выпускать, пока боль в горле не пройдет. А то опять промочит ноги… Так, следующий, заходите…
В последующие два часа Кир принял полтора десятка пациентов. Увлекшись, он потерял счет времени, и очень удивился, когда вместо очередного пациента в кабинет зашла Карина.
– Случилось что? – спросил ее с тревогой.
– Ага, – Карина улыбнулась. – Больные закончились. Ты скольких принял?
– Да вроде восемнадцать. А что?
– Да без тебя я бы с ними до восьми сидела, – Карина хмыкнула. – Что делал?
– Вот, записал, – Кир протянул листки бумаги.
Она взяла их и пробежала текст глазами.
– Вскрывал фурункулы?[30] – вдруг ахнула. – Что, в самом деле?
– А что тут сложного? – пожал плечами Кир. – Режешь бугорок и удаляешь стержень с гноем. После того как рана стала чистой, смазываешь йодом и закрываешь пластырем с салфеткой. Делов-то.
– Так можно занести инфекцию! Я не рисковала. Советовала теплые компрессы, чтобы гной сам вытек.
– Это долго и небезопасно. При больших фурункулах возможен сепсис, если их не удалить. А мне больной попался сложный – высокая температура, слабость.
– Я бы отправила его в районную больницу.
– Когда бы он туда доехал… Он уже на грани был. А так больному стало лучше уже по окончании операции.
– Будем надеяться, что он поправится, не то меня с работы выгонят, – она вздохнула, – за то, что допустила постороннего к приему пациентов, а он кому-то навредил.
– Не беспокойся – не прогонят, – Кир улыбнулся. – Только спасибо скажут – меньше работы для врачей в больнице. Ладно, у тебя есть в ФАПе чайник и заварка?