Анатолий Бернацкий – Яды на Земле. В природе и жизни людей (страница 37)
Некий же доктор Валентини считал, что еще большей целительной силой, чем безоар, обладал камень, обнаруженный у одной породы свиней из Малакки – городе в Малайзии. Его называли свиным, или же малаккским камнем. Экспортировала этот камень в Европу одна голландская компания, которая продавала его по цене 135–175 голландских флоринов за штуку. Посредник же запрашивал за один камень 400–600 флоринов. А столь высокая цена объяснялась просто: ведь камень очень быстро излечивал от подагры, колик, ожирения и даже от желтухи.
Всеисцеляющий рог
За рога, имевшие такие размеры, платили огромные деньги. Например, в сокровищнице Медичи находился рог, оцениваемый в то время в 6 тысяч флоринов. Но, скорее всего, это был всего лишь фрагмент, поскольку в коллекции саксонского курфюрста хранился целый рог ценой в 100 000 имперских талеров. Конечно, рядовой гражданин вряд ли мог стать владельцем такого рога. Ведь даже его обрезки по цене не уступали золоту.
Но где же можно было применять кость животного, за которую платили столь большие деньги? Ответ прост: как и безоар, этот рог являлся очень эффективным средством против всех известных на то время ядов. Так, если в чашу или кубок, сделанные из рога, попадал какой-либо яд, он моментально терял свои токсические свойства, и напиток уже не мог оказать на человека свое смертельное воздействие.
А владелец ножа с рукояткой из рога тоже был защищен от всякой опасности, так как, когда он резал отравленное мясо, рукоятка ножа моментально покрывалась тонким слоем влаги. Безусловно, столь удивительное средство ценилось очень высоко.
Ну а теперь, наверное, пришло время узнать, что же представлял собой единорог, обладавший столь уникальным органом. Оказывается, никакой особой загадочности в этом животном нет, поскольку его достаточно подробно описали средневековые путешественники.
По их информации, он похож на лошадь, у которой посреди лба торчит винтообразный рог, длиной в несколько десятков сантиметров. Единорог – животное быстрое, сильное и очень жестокое. Он не страшится не только человека, ни других животных, даже таких грозных, как слон. Он обладает настолько тонким обонянием, что подобраться к нему на расстояние выстрела практически невозможно. Но в таком случае, как же добывают рог этого животного? Все очень просто: единорога ловят. Причем используя для этого… девственную девушку. Делали это по описанию одного средневекового автора следующим образом.
«Если девственница сядет в лесу, единорог подойдет к ней, его свирепость сразу пройдет, чистота девственного тела захватит его, он положит свою голову на плечо девушки и уснет. Охотники тогда хватают его, связывают и относят в королевский дворец, как чудотворную редкость».
Другой автор, некий Гашпар Мишкольци в своей книге «Чудесный зоосад» рассказывает еще об одном способе охоты на единорога, который в книге называется уникорнисом.
«Охотники поступают так: сильного, крепкого юношу одевают в девичье платье, смачивают ему платок приятно пахнущими аптекарскими средствами и оставляют в таком месте, откуда приятный запах по воздуху долетит до носа уникорниса. А сами охотники прячутся поблизости. Огромный зверь выходит и останавливается перед юношей, упиваясь его запахом, а юноша своим ароматным платком трет глаза уникорнису до тех пор, пока охотники приблизятся».
Естественно, после таких описаний возникает закономерный вопрос: кто, где и когда видел такое невероятное животное? Ответ ошеломляющий: единорога никто и никогда не видел. В основе таких «уникальных» описаний загадочного зверя находились в основном беседы с местным населением. Однако никто из авторов историй о единороге ни разу не представил рог удивительного животного вместе с черепом!
Откуда же возникли рассказы о единороге? Выяснить это вряд ли возможно. А уж сведений о том, что рог единорога однажды кого-то спас от яда, и вовсе нет. И если целебные свойства безоара можно хотя бы теоретически обосновать, то дать более или менее правдоподобное объяснение особым свойствам, заключенным в роге уникорниса, никто и не пытался. Что же касается самого рога, то, как выяснилось, он оказался просто-напросто гигантским клыком нарвала – морского млекопитающего семейства нарваловых.
Наука и антидоты
И произошло это в конце XVIII века. Причем ряд антидотов, созданных в этот период, существуют и поныне.
Прежде всего тогда были открыты противоядия, нейтрализующие ядовитые вещества, которые, вступая с ними в реакцию, образовывали нерастворимые в воде безвредные для организма соединения. Например, начиная с 1800 года, в качестве антидотов стали использовать карбонат кальция, гидрокарбонат натрия и окись магния. С их помощью обезвреживали в организме кислоты.
А в 1806 году немецкий химик К. Ф. Маркс для осаждения ионов бария предложил использовать глауберову соль и сульфат магния. Со временем для лечения отравлений были введены и другие химические антидоты: например, органические кислоты и йод против алкалоидов, сульфид железа против ядовитых металлов, гидрат закиси железа против мышьяка.
В то же время исследователи не оставляли попыток создания универсального противоядия. Такими антидотами объявлялись уксус, мыло, жженая магнезия, дубильная кислота, уголь животного и растительного происхождения. Среди этих веществ наиболее эффективным оказался уголь, обладающий сильно выраженными сорбционными свойствами. Экспериментальное же доказательство значимости угля как антидота было получено лишь в 1846 году.
А так как антидотные особенности угля связаны с его адсорбционной активностью, то успехи физической химии в начале минувшего столетия дали толчок к получению углесодержащих адсорбентов из различных веществ растительного и животного происхождения.
Но это были в основном противоядия, которые эффективны лишь тогда, когда яд из пищеварительного тракта не попал в кровь. Если же такое произошло, то, по крайней мере, до конца XIX – начала XX веков утверждалось, что в этом случае все средства борьбы с отравлениями бессильны. Поэтому создание и внедрение в практику антидотов, обезвреживающих яды после их проникновения в кровь и в различные органы, явилось важнейшим шагом в развитии антидотной терапии отравлений.