Анатолий Белоусов – Киберсант (страница 18)
Закипел чайник. Алексей Николаевич налил кипятка в большую железную кружку, опустил в нее пакетик с заваркой на веревочке, подергал его туда-сюда, чтобы лучше и быстрее заварилось. «Эх, как же мне не хватает компьютера и Интернета, – думал он, обводя заинтересовавшие его объявления в газете черным фломастером. – Через Интернет я бы нашел нужное жилье за десять минут, а тут, в газете, наверняка и информация-то уже устаревшая. Сколько я без компа, вторую неделю? А такое ощущение, словно несколько месяцев прошло».
Когда он приобретал свой первый компьютер, то, как и большинство пользователей-новичков, столкнулся с проблемой, какой тип ПК ему выбрать – десктоп, то есть настольный стационарный комп, или же только входивший тогда в моду компактный ноутбук? Отталкиваясь от соотношения цена-качество, выбор был сделан в пользу стационарного ПК. За те же самые деньги можно было разжиться более мощной машинкой. Ноутбуки в те годы стоили просто космических сумм. Кроме того, на персоналке сохранялась возможность апгрейдить ее по мере появления средств и необходимости. Ноут же воспринимался им как совершенно лишнее дорогостоящее пижонство. А вот теперь Алексей Николаевич пожалел о своем выборе. Будь у него ноутбук, не сидел бы он сейчас над мятой газетой, а вполне мог бы подключиться к Сети через телефонную линию котельной.
«Как ни крути, за Интернетом будущее, – размышлял Барский, потягивая ароматный чай и слушая краем уха заунывное хоровое пение, доносившееся из-за операторского пульта. Очевидно, Гошина пьянка со слесарями входила в свою финальную стадию и в скором времени можно было ожидать отбытия последних к себе в слесарку. – В ближайшие годы все переместится в Интернет. Не знаю, доживу ли лично я до того, что описывает Лукьяненко в своем “Лабиринте отражений”, но вот музыка, видео, банковские платежи и многое другое точно будет скоро оцифровано и виртуализировано. А уж как круто было бы зарабатывать через Интернет или непосредственно в Интернете! Прямо из дома, сидя в трусах за монитором и колотя пальцами по клавиатуре».
Он допил чай, сполоснул кружку и вышел в котельный зал. Слесарей, как и предполагалось, уже не было. Пустая бутыль из-под самогона валялась на столе среди объедков, раздавленных помидоров, обглоданных костей и прочего мусора. Гоша громко храпел, лежа на диванчике, а дверь в котельную стояла распахнутой настежь. Покачав головой, Алексей Николаевич закрыл дверь, прибрался на столе и, растолкав напарника, оттранспортировал его наверх, на ту самую лежанку. До утра оставалось совсем немного, и он решил вздремнуть на диванчике хотя бы два-три часа, так как, сдав смену, намеревался отправиться в город.
Погоду в конце этой осени швыряло из крайности в крайность. И если с вечера был небольшой плюс, с крыш текло и капало, то к утру ударил морозец. Столбик термометра опустился до -5 ◦С и дорогу покрыл гололед. К счастью, новые ботинки Барского были на толстой резиновой подошве, благодаря чему на льду они демонстрировали вполне приемлемую устойчивость. Кроме того, уже подсуетились коммунальные службы, большинство тротуаров были посыпаны песочком. Так что Барский вышагивал по тротуару вполне уверенной походкой, хотя и кутался в пуховик от пронизывающего резкого ветра.
Навстречу ему тек нескончаемый людской поток. С хмурыми озабоченными лицами люди спешили на работу. Раньше, когда Алексей Николаевич возвращался с ночной смены домой, вид их производил на него двоякое впечатление. С одной стороны, он в чем-то сочувствовал этим несчастным. Что предстоит им? Торчать целый день в душном офисе или цехе, не выспавшимися и раздраженными. Однако другая его часть откровенно злорадствовала. Всем, кто попадался навстречу, предстоит девять часов ада, тогда как сам он свою работу уже закончил. Осталось только добраться до дома, принять прохладный душ и рабочее для всех время суток провести в обители Морфея. Красота, да и только!
Теперь же, когда самого главного элемента всего этого благолепия, то есть дома, у него как раз и не было, на окружающих людей он смотрел если не с завистью, то по крайней мере без прежнего чувства превосходства. Да, им только предстоит пережить этот новый рабочий день, но вечером все они вернутся в свои дома, буду сидеть в мягком кресле перед телевизором, а затем улягутся спать в чистую мягкую постель. А что ожидает его? Снова шумная котельная, снова короткий тревожный сон на грязном диванчике, снова пьяные слесаря и кочегары.
– Брр!.. – Он поёжился и ускорил шаг, отгоняя от себя эти невеселые мысли.
Жалеть себя сейчас было нельзя. Категорически нельзя! Жалость к себе делает человека слабым, а ему именно в этот смутный период его жизни требуются силы. Много сил! Как духовных, так и физических. «А вот для восполнения последних неплохо было бы немного подкрепиться, – решил Алексей Николаевич и завернул в беляшную. – Много покупать не буду, только пирожок с мясом и стакан чая. Этого вполне хватит, а ближе к обеду вернусь на базу, там уже и поем нормально, сразу на два или три талона».
Перекусив, он отправился в центр города, куда изначально, собственно, и собирался. Там, возле отреставрированного храма (бывшего кинотеатра, который еще раньше, до революции, был опять-таки храмом), не так давно открылось заведение, гордо именуемое «киберкафе». Явление для провинции принципиально новое. Возможно, в Москве и Питере подобные заведения и существовали уже с середины 90-х, в Глахове эта диковинка открылась лишь год назад.
Придя на смену практически вымершим к двухтысячному году видеосалонам, интернет-кафе быстро захватывали города и веси. В Глахове Барский знал как минимум три таких точки, но та, что располагалась в центре, была ближе всего, именно в нее он и двинул. А то, что по пути зарулил в беляшную, так это потому, что приставка «кафе» была именно приставкой, речевым оборотом, не более. Еды в этих заведениях почему-то не продавали. Опять же, возможно, это специфика именно провинции, но так уж оно повелось, так исторически сложилось. Купить пепси, кока-колу и даже пиво в киберкафе было можно, а вот даже самого завалящего бутербродика или беляша, увы, нет.
Оплатив талончик на тридцать минут, Алексей Николаевич присел за самый дальний компьютер и первым делом проверил свою почту. Писем нападало чуть меньше, чем в период его двухнедельного загула, но все равно предостаточно. Полезных сообщений он в этот раз не обнаружил, а вот среди спама наблюдалось аномальное количество сообщений с предложением присоединиться к программе Golden Stream. О том, что это такое, Барский знал уже достаточно давно. Банальный лохотрон, финансовая пирамида в ее самом классическом, незамутненном виде. В свое время он сам повелся на эту аферу. И пусть денег потратил на нее не так уж много, времени и сил убил совершенно катастрофическое количество. Результат, разумеется, был нулевой.
Суть данного лохотрона заключалась в следующем. Жертве отправлялось письмо, рассказывающее об истории успеха некоего Миямото Ичикавы, который якобы и изобрел данную чудо-программу. Иногда эту «программу» называли RMI, иногда Golden Stream (и тогда уточняли, что это более продвинутая версия RMI). Обещали золотые горы при минимальных затратах времени и усилий: «
Далее мозг жертвы начинают зомбировать при помощи математики:
«