Анатолий Агарков – Псы Америки. Кристина (страница 9)
– «Тихо вокруг, только не спит барсук», – подошла, напевая.
Александр вздрогнул и оглянулся.
Ольга рассмеялась:
– Незнакомые ангелы опасней знакомых чертей?
Душна волгоградская ночь, и нет ветерка. Чуть слышно журчит вода у причала. И можно сказать – погода прекрасна, если бы не злые волжские комары. Но это же временная неприятность…
– Ты чего не спишь?
– А ты?
– О дочке думаю – как она там, в лапах свекровки-бабушки, старой и толстой крысы, завсегдатайки одесской помойки. Меня выгнала – сама-то справляется? Все-таки возраст уже не тот…
Где-то в камышах перекликались ночные птички. Над головой бесконечное звездное небо. Саша и Оля присели на маленькую скамейку и молчали, вдыхая ароматы ночи.
Потом Александр сходил к машине и принес гитару, которую прежде Оля не замечала в кабине.
Попробовав аккорды, спросил:
– Что тебе спеть?
– Что-нибудь русское.
И он запел с хрипотцой в голосе:
Оля, засмущавшись, ткнулась Александру носиком в плечо:
– Давай потанцуем…
– А музыка?
– Пусть играет в душе!
Они закружились по асфальту стоянки.
Минуту спустя, динамик, висевший над окошечком кассира, щелкнул громко, прохрипел что-то, и полилась мелодия вальса.
А когда закончилась, и Саша с Олей перестали кружиться, вдруг раздались рукоплескания – и водители конвоя, и охранники ЧОПа «Марс», и Светлана Львовна стояли за кругом света и любовались танцующей парой.
А Оля, никого не стесняясь, поцеловала своего кавалера и сказала:
– Саша, я такая счастливая… Как хорошо, что мы с тобой встретились!
И он был счастлив – наконец-то в его судьбе появился кто-то, кто не равнодушен был его душе.
В этот вечер они больше не говорили ни о чем. Обошлись без слов – все, что требовалось, сказали руки и губы…
И не до хохлов им было, обстреливающих Донецк днем и ночью. Пусть подождут – их время придет. Как и всех нациков Околицы, болтающихся в еще нетронутых войной городах, как некая субстанция в проруби. Ткнуть бы еще носом в дерьмо того самого Андрея, которого полукровка Оля почитала когда-то своим мужем. Да показать старой карге в Одессе, что сталось с её любимым чадом. Может, сдохнет ненароком от горя, стыда и злости!
А вообще, это нежности влюбленных людей перед вратами Ада, в который превратила война некогда цветущий край – если смотреть с другой стороны. По крайней мере, они не празднуют труса, а отдаются любовным утехам в сутках пути от границы…
На четвертый день пути в полдень конвой из восьми фур и микроавтобуса прибыл в Донецк.
Доехали. С Урала через всю европейскую Россию, оставив позади двух кастрированных и двух искалеченных «братков», до смерти перепуганного и немного покалеченного сафариста – любителя ездить с ружьем в подвыпившем состоянии.
Их уже ждали, встретили и проводили к местам разгрузки.
Водители на ходу прощались, не зная встретятся ли ещё.
За прибытием машин в город внимательно наблюдали не очень доброжелательные глаза. Этот факт показывал, что возможно не все было ладно в народной республике, ибо и сроки прихода конвоя в Донецк и сама информация о нем держались в строжайшем секрете, и были известны только узкому кругу лиц в правительстве ДНР.
И не надо быть кадровым офицером СБУ, чтобы понять, что русские привезли гуманитарную помощь населению города. А восемь большущих фур – пустые или с грузом ещё – для наводчиков на цели были лакомой информацией. Любопытные и настырные они не плохо рядились под измученных войной горожан.
Сразу же после того, как Саша поставил в указанном месте фуру под разгрузку, Оля собралась в дорогу. Она торопилась в город для поиска путей в Одессу. Надо прощаться…
Но спокойно поговорить им не дали. Действительно, не все было ладно в народной республике – завыли сирены воздушной тревоги. Сначала в одном районе, потом в другом – и вот весь город охвачен сигналами об опасности.
– Беги, прячься в подвале, – приказал Саша Оле.
– А ты?
– Моя судьба в моей машине – без неё я ничто.
Побежали грузчики к ближайшему дому.
– Вы слышали выстрелы? – окликнул Саша.
– Агент нациков только что застрелился. Его засекли, когда он передавал наводку на вашу машину. Хотели взять – он себе пулю в висок. Но сообщение, наверное, передал. Сейчас будет жарко здесь. Идемте в подвал.
– Мужики, возьми девушку с собой, она только что приехала со мной и не знает куда бежать.
Один из грузчиков подхватил Олину сумку.
– А ты?
– Я просто отгоню машину в сторонку. Вы разгрузили фуру? А дверцы закрыли?
– Кажется, да.
– Бегите! – Саша махнул Оле рукой, когда осколочно-фугасный снаряд, что-то сердито пробормотав в воздухе врезался в землю с большим перелетом от машины.
Огромный столб асфальта и щебня взметнулся в небо. Противно запели осколки, метя округу.
В меня пристреливаются – подумал Саша.
Проверил двери фургона и сел за руль.
Ещё раздались взрывы, но не в городе, а над ним – работала ПВО, перехватывая снаряды и ракеты, пущенные вражеской рукой.