Анастасия Завитушка – Инстинкт Выживания (страница 8)

Невыносимая боль в плече заставила распахнуть глаза.

– Ай! – она застонала, со страшной скоростью вернувшись в реальность. Она прижала к ране ладонь. Это не сильно-то и помогло, скорее психологически. Зато отрезвило и она поняла, что оставаться здесь нельзя, если они до сих пор рыщут, то обязательно придут сюда.

С трудом она поднялась и неосознанно, крепко сжимая фотоаппарат, двинулась вперёд. Она шла и шла, а в голове пульсировала одна и та же мысль: "К дороге! К дороге!" Словно там её ждало спасение. В какой-то момент, боль в плече стала такой сильной, что по лицу поползли слёзы, зато наконец-то к ней пришло осознание: "Тебя только что чуть не убил собственный муж! А ты хочешь вернуться к нему в лапы. К дороге нельзя! Позже." Верно, к дороге она сможет повернуть в любой момент, а пока нужно притаиться. Может быть придёт спасение… Ведь не бывает так, что человека никто не будет искать. А кто тебя будет искать? Мама умерла. Друзей и знакомых в общем-то нет. А близкие… Близкие оказались убийцами. Сабина вновь вспомнила, как мимо уха просвистела пуля, когда она делала снимок оленей. Это было сравнимо с тем, если бы ей выстрелили в спину. До конца своих дней, она как сейчас будет слышать этот звук.

Умом она конечно понимала, что чем дальше она пойдёт в лес, тем сложнее будет найти дорогу. В голове маячила надежда, повстречать живого человека, того путника с собакой или кого угодно. С этими мыслями она уходила в лес всё глубже и глубже.

Сабина шла неспешно, держась здоровой рукой за раненое плечо, стараясь смотреть сразу во все стороны. Она прекрасно понимала, что помимо преследующей опасности, есть ещё и дикие звери, но думать об этом пока не хотела. Она хоть и выросла в деревне у бабушки, находиться один на один с природой… неизвестной, пугающей, сейчас ей было жутко и страшно.

Пристрели эту суку! То и дело проносилось в сознании. Ей до сих пор казалось происходящее сном. Отчаянно захотелось вообразить, что всё окружающее лишь чья-то больная фантазия и она сейчас вот-вот очнётся и всё будет, как прежде хорошо. Она дотронулась до раненого плеча и с силой надавила, так, что аж в мозгу потемнело, а сквозь материю вновь проступила тёплая кровь. Ей было до слёз больно, но требовалось это сделать, чтобы понять, что никакой это нахрен не сон и не фантазия!

– Всё, соберись, тряпка! – приказала она себе. – Ты вернёшься к дороге, а дальше будешь действовать по ситуации.

Но тут же в ответ в подсознании загорелась картинка; она выходит на дорогу и видит как за ней выкатывает машина Влада. У него в руке ружьё, а Марина, высунув башку, в окно орёт: "Пристрели эту суку!"

Пройдя ещё немного, она остановилась, облокотившись о ствол старого кедра, присела, чтобы дать ногам передохнуть и попыталась собраться с мыслями. Естественно нужно выйти к дороге, здесь даже думать нечего. Но необязательно выходить прямо на дорогу. Можно двигаться в параллель и следить за автомобилями. И тогда рано или поздно, она вернётся в город. Ей вдруг вспомнился учитель географии. Он тогда-то был уже старым – престарым, а сейчас… Валерий Семёнович, так его звали, любил поболтать о путешествиях, особенно о своих. Но как-то раз разговор зашёл о заблудившихся в лесу людях. Сабина помнила, как они почти весь урок обсуждали эту тему, но единственное, что она точно запомнила, это то как Валерий Семёнович сказал: "Если вы заблудились в лесу, оставайтесь на месте и вас найдут."

Пристрели эту суку!

Эх, Валерий Семёнович, знали бы вы при каких я только обстоятельствах оказалась в этом грёбанном лесу, вы бы уж точно мне такого не посоветовали…

Она заставила своё тело встать и вновь пойти. Оставаться на месте сродни самоубийству. И пока в её голове звучал истеричный голос Марины, она усердно заставляла себя думать о том, что теперь предстоит сделать, когда она выберется отсюда. Если... если выберешься, то и дело поправлял внутренний голос, за что она его просто возненавидела.

Как только она выберется из леса, она пойдет в полицию и точка. И по-другому не будет. Пан или пропал.

Сабина нехотя представила, как бежит в полицию, рассказывает эту душещипательную историю, а после появляется Влад, по-актёрски изображая радость её появлению. Он вполне может выдать её за душевнобольную. Купить нужные справки. Сказать, что она заблудилась или намерено сбежала. Короче, ей виделся только самый наихудший вариант развития событий.

Тогда остаётся только вернуться и залечь на дно. Может это и не самое лучшее решение, но зато так она сможет остаться жива. Правда неизвестно сколько она протянет без денег и без работы. Хотя почему это без работы. Можно устроится не официально. Ей даже необязательно называть настоящее имя. Да, скорее всего так она и поступит.

Возможно изменит внешность, перекраситься-то уж точно придёться. Это немного вселило в неё надежду. Правда ей некуда было возвращаться; мамину квартиру они ведь продали, но у неё остался ещё бабушкин дом, который стоил копейки, поэтому Влад не хотел заморачиваться с его продажей, мол больше на документы потратим, еже ли получим за сам дом. Сабине оставалось только одно, надеяться, что Влад за много лет забыл об этом доме. Но обольщаться не стоит, ведь она не была там после смерти матери и прошло очень много лет. Дом мог разрушиться или его могли разграбить, хотя если там по-прежнему живёт соседка Людмила, то с домом всё будет отлично, в этом Сабина не сомневалась. От воспоминаний о прошлом и маме, вновь захотелось плакать, правда слёз уже совсем не осталось. Как же это несправедливо, что болезнь приходит, не спрашивая и забирает хороших и добрых людей. А всякие твари будут жить до самой старости припеваючи.

На эту тему Сабина не раз размышляла и этот вопрос сродни тому "В чём смысл жизни?", или "Что есть истинное счастье?". Вариаций ведь множество. Но проживая, возможно не столь долгую жизнь, чтобы обрести какое-либо понимание, Сабина пришла к выводу, что добрые люди больше склонны к переживаниям и за каждый промах, мысленно сами того не желая, наказывают себя. А люди, которые специально сотворяют ужасные вещи, не чувствуют за собой никакой вины, поэтому живут долго и счастливо. И возможно поэтому иной раз эффект бумеранга, про который все талдычат на популярных форумах, не работает. Вот пример; обычный мужчина, ехавший на своём автомобиле с ночной смены, отключился на пару секунд и сбил ребёнка на пешеходном переходе. Ребёнок умер в реанимации. Мужчина этот самый простой, как и все, окончивший школу в своё время, повстречавший милую девушку с которой у него возникла взаимная симпатия. Любовь, дети, семья, работа, обыденность. И вот те на. Случилась самая страшная беда. Мужчина этот не смог пережить произошедшее, ведь из-за него погибла десятилетняя девочка. Его свалил инсульт через полгода. А значит он всё это время провёл в самых страшных переживаниях. И вот вам другой пример; её муж, по чьей вине погибло сразу двое человек, один из которых был новорождённый. Чувствовал ли он свою вину? Сабина никогда не видела. Она действительно этого никогда не замечала. Лишь иной раз пыталась оправдать его попойки, попыткой совладать со своей совестью. Но если у человека её нет, то и совладать ему не с чем. И он и вправду никогда ничем не болел. Поэтому никакого эффекта бумеранга не будет, только если…

Сабина услышала какой-то звук, похожий на треск старых веток и, не глядя, снова бросилась бежать, но теперь каждое резкое движение отдавалось болью в плече, поэтому бежать долго она не могла. Уже через минуту такого бега, пришлось отказаться от этой идеи, понадеяться на милость судьбы и просто идти дальше. Она шла и шла, растворившись во времени. Ей всё чудилось, что ещё немного и она выйдет к дороге. Так в жизни она ещё никогда не ошибалась.

Глава 9

Сколько прошло времени определить было сложно. Ей даже было трудно сообразить сколько примерно времени прошло с того момента, как они выехали и до того, как приехали в лес. Может часов шесть. Она взглянула на небо. Всё было затянуть серыми облаками, по солнцу не определить. Ну ничего скоро станет ясно, когда на лес лягут сумерки. А ведь здесь темнеет скорее, чем в городе, это тоже нужно учитывать.

Она успокаивала себя тем, что скоро выйдет к дороге и всё будет хорошо. Ещё немного, ещё чуть-чуть. Но чем дальше она шла и чем больше непроходимей становился лес, тем осознаннее она понимала, что движется не туда. Ладно, даже если она движется не в ту сторону, она же в любом случае куда-нибудь придёт. Люди же есть повсюду. Нет, Сабина, это же сибирская тайга, расположенная на многие тысячи километров с непроходимыми участками, где ни бывала даже нога человека. Но она всё продолжала себе твердить, лес не может длиться бесконечно, лес не может длиться бесконечно… И когда она начала узнавать знакомые пейзажи вокруг, она чуть вновь не пустилась в бег от радости. Похоже что она вновь вышла к Оленьей Заставе. Это хорошо! Очень хорошо. Правда ведь? Но надо быть начеку. Где-то здесь дикие звери. И это я сейчас не про животных.

Она ничего не могла с собой поделать и всё равно ускорила шаг, не взирая на боль, уверенная на сто процентов, что сейчас её взору откроется уже знакомая поляна. Какое же её ждало разочарование, когда выбежав из лесной чащи, она действительно оказалась на поляне, но совсем на другой.