Анастасия Вознесенская – Крик чайки (страница 14)

– Ах, госпожа Азизе, что ты сделала… – горько вздохнула женщина и отвела взгляд. Ей больно было видеть её такой. Поправив одеяло, она ещё раз с тоской взглянула на старушку и ушла.

Когда все обязанности сегодняшнего дня были выполнены, Александра встала перед особняком, глядя в небеса, будто моля о подсказке.

– Я бы после такого суматошного дня, наверное, валилась с ног! – вдруг послышался голос за спиной.

Александра вздрогнула от неожиданности и, обернувшись, в полумраке увидела надвигающуюся женщину в длинном вязаном кардигане.

– Госпожа…

– Бирсен. Просто Бирсен, – сказала она в полуулыбке.

Александра смущённо кивнула, думая о том, что некоторые, чтобы не ущемлять достоинство других, отказываются от формальностей, а кто-то считает оскорбительным, когда не произносят их «титул». Какие разные сословия, какие разные приоритеты.

– А тебя, кажется, Александра зовут? – Бирсен доброжелательно протянула руку. Александра и подумать не могла, что у кого-то её присутствие может вызвать улыбку. – Приятно познакомиться.

– Мне тоже, – подала девушка правую руку, а левой застенчиво заправила прядь волос за ухо.

Бирсен перевела взгляд на щеку девушки, которая пылала пламенем. Заметив это, Александра поспешила объясниться: «Кажется, аллергия от чего-то» – и, пожелав доброй ночи, поспешила к домику прислуги. Она решила, что непременно нужно отвлечься, когда обида накрыла её лавиной при воспоминании событий сегодняшнего дня. Девушка заварила чай и присоединилась к просмотру сериала, но уже не слышала, о чём говорят созданные кем-то герои с их вымышленными проблемами. В эту минуту она ненавидела их всех. И всё же от этой злосчастной семьи два человека, определённо, отличались. Быть может, она недостаточно хорошо знает своего отца и эту новую госпожу, но редко когда ошибалась в людях.

– Сестра госпожи – женщина с сердцем из чистого золота! – зевнув, сказала Сельма, когда сериал прервала реклама. – Хотела бы я работать в её доме, но я бы никогда не смогла оставить моего господина!

«Однако она сестра госпожи Эстер, – подумала про себя Александра, – не стоит обольщаться и питать ложных надежд».

Солнечные блики прыгали по щекам, и, прищурившись, девушка поднялась на локти. Она никак не могла понять, как так скоро наступило утро, ведь она только-только провалилась в дрёму. За ночь она поспала всего ничего и сейчас чувствовала себя так, будто по ней прошёлся бульдозер, но так и не смог сровнять с землёй. Оторвав себя от постели, Александра засобиралась на работу. Сельма уже приготовила завтрак и накрыла на стол. Вдруг за дверью появился женский силуэт в тёмно-синем платье с чёрным ремешком на талии, и Александра с интересом склонилась над столом.

– Доброе утро! – сказал ласкающий слух голос, без разрешения не переступавший порог.

– А! Госпожа Бирсен пожаловала! – воскликнула Сельма, приглашая её внутрь.

Услышав имя, Александра едва не подавилась чаем. Не презревшая находиться среди прислуг, новая госпожа снова произвела приятное впечатление на Александру, и обрадованная визитом девушка выдвинула для неё стул.

– Надеюсь, не побеспокоила вас? – спросила Бирсен, взглянув сначала на Сельму, а затем на Александру.

– Хорошо, что вы пришли! – расплылась в улыбке Сельма. Очевидно, она не лукавила. Её тёплое отношение проявлялось во всём: она укрывала плечи госпожи пледом, когда та стояла на террасе, устремив взгляд в небеса, искренне интересовалась её жизнью и здоровьем, обнимала как родную дочь и лишь для неё готовила свой фирменный десерт.

– Позавтракаете с нами? – радушно спросила Александра, отчего в горле Сельмы пересохло.

Какими бы их отношения ни были душевными, однако эта женщина тоже госпожа, и Сельма никогда не решалась сказать нечто подобное. И оттого сейчас боязно поглядывала на неё. Госпожа Бирсен, очевидно, тоже не ожидавшая такого предложения, заулыбалась.

– Не откажусь, – ответила она, и Сельма тут же достала новый чайный сервиз, который был куплен господином Нихатом. Конечно, благодаря Александре. После того как ей пришлось выложить, откуда появился этот роскошный сервиз, челюсть Сельмы отвисла. Какое-то время она не могла поверить в то, что в тот день, когда они прогуливались с господином Нихатом и тот с увлечением рассказывал легенды, Александра без доли стеснения заявила, что дом прислуги бедствует.

– Не хватает домашнего инвентаря. Чайные сервиз, столовые приборы хотя бы на несколько персон, пылесос… – перечисляла она вслух.

Нихат молча слушал, едва заметно улыбаясь, и после того, как девушка распрощалась с ним, распорядился, чтобы Эрим тотчас купил всё необходимое. В тот же день в дом прислуги охранники внесли несколько разноразмерных коробок, и Александра, усевшись на полу, принялась рассматривать их содержимое.

– Должно быть, спутали. Наверняка госпожа Эстер что-то заказала…– говорила Сельма, боясь порадоваться.

Александра первым делом расставила белые с золотой оправой фарфоровые чашки на стол и, отойдя на несколько шагов назад, оценивающе улыбалась.

Позабыв о следе на щеке от случившегося накануне разочарования, Александра с упоением наслаждалась подслащенным Сельмой только для неё кофе и весело смеялась, когда та решила припомнить историю появления данного сервиза. Бирсен, взглянув на озорную девушку, вспомнила, зачем пришла. Всю ночь она думала об увиденном: алая щека Александры не давала ей покоя. Сельма с интересом расспрашивала женщину об отдыхе в Каппадокии. И Александра увлечённо слушала. Казалось, сейчас она готова была пожертвовать чем угодно, лишь бы их дружеские и уютные посиделки никто не прервал.

– В Каппадокии сейчас как в Сахаре, – улыбнулась Бирсен Сельме. – Но это были лучшие семь дней, – с грустью сказала она, тут же погрузившись в себя, и, поймав любопытствующие взгляды, продолжила: – Бесчисленное количество пёстрых шаров без устали взмывают в небо, а настроение расщепляется нотами в атмосфере. Совсем недавно прошёл музыкальный фестиваль.

Сельма вышла, чтобы вручить контейнер с перекусом Эриму, и Бирсен протянула Александре тональный крем, отчего та опешила.

– Я бы принесла противозудное, если бы это действительно было то, о чём ты говоришь.

Александра несколько растерялась. Вообще-то она мало когда стеснялась кого-то, но эта милая женщина, напротив, в её глазах была олицетворением всего прекрасного на этой земле.

– Спасибо, госпожа Бирсен…

– Я думала, вчера мы договорились, – с лёгкой укоризной покачала головой та.

– Могу ли я называть вас тётя Бирсен? – неожиданно для себя спросила Александра. Улыбнувшись, женщина положила свою руку поверх руки Александры, это и было ответом. На минуту девушке показалось, что она не одна, и это придало ей жизненных сил.

В особняк Бирсен и Александра вернулись чуть ли не плечом к плечу. Эстер прихорашивалась перед зеркалом, когда увидела их. Она сдержанно отреагировала на это, хотя и была потрясена.

– Мама, я готова, – воодушевлённо воскликнула Мелисса.

– Дорогая, возьми с собой Айше. В коем-то веке твой папа пригласил меня куда-либо.

– Мы больше не общаемся с Айше, – буркнула она, скрестив руки. Александра, протирая столешницу, испытала и удивление, и радость.

Мелисса перевела взгляд на тётю, но не решилась предложить ей составить компанию. Они никогда не были так близки. Более того, у Мелиссы вызывало сомнение, что тётя следит за трендами, и поэтому стыдилась её. С матерью она и рядом не стояла. Но самое ужасное, как считала Мелисса, – её это вполне устраивало. Бирсен гладила лепестки горшочных цветов, и мысли её были далеки, как солнце от земли.

Эстер, поправив волосы, обратилась к дочери:

– Зря ты поссорилась с подругой. Друзья ведь часть нашей жизни, – и подхватив клатч, сунула туда телефон.

– Она предатель, – Мелисса с презрением посмотрела на Александру, и та иронично вскинула брови.

– Бирсен, едем со мной, – сказал Нихат, спустившийся по лестнице, и женщина от неожиданности поднялась.

– Дорогой, но мы же собирались ехать вместе! – возмутилась Эстер, расставив руки в боки.

– Не в этот раз, Эстер. Не в этот раз.

Эстер вернулась в гостиную и раздражительно плюхнулась на диван. Качая ногой, она сосредоточенно следила за Александрой.

– Принеси мне чай, – наконец сказала она, надменно вздёрнув подбородок, словно желая обрести прежнюю силу превосходства.

– Конечно, госпожа, – отозвалась Александра, и, забрав пульверизатор, исчезла в кухне, и уже через мгновение вернулась.

– Зачем Бирсен приходила в дом прислуги? – атаковала её вопросом Эстер. – В своём доме я должна обо всём знать.

Девушке очень хотелось ответить правдой на этот вопрос, чтобы провести между ними параллель человечности, но решила, что той не суждено понять.

– Должно быть, ей так захотелось. Ведь она тоже госпожа, – не особо услужливо сказала Александра и, довольная собой, ушла.

Эстер, сдерживая гнев, закрыла глаза: «Ты никогда не уймёшься, да?»

Глава 7

Вернувшись вечером, Нихат и Бирсен радовались как дети.

– Всегда, когда я вижу госпожу Бирсен, она выглядит такой счастливой, – поделилась Сельма. – Всё у неё ладно. Прекрасная семья. Только ребёночка не дал Всевышний…

– Не всегда улыбка означает, что человек счастлив, – с грустью вздохнув, сказала Александра. Она очень хорошо понимала, о чём говорит. Её мама всегда улыбалась, какие бы трудности ни вставали на её пути. Глаза госпожи Бирсен выдавали нескончаемую грусть. Только вот истинной причины Александра ещё не разгадала. «Быть может, сестра Сельма права и эта печаль из-за отсутствия детей? Или, быть может, вовсе из-за отсутствия любви?» – рассуждала она.