Анастасия Волгина – Любовь под напряжением или как не влюбиться в мажора (страница 13)

Женя вскочила с кровати, набирая номер:

– «Что ты задумала, Эйнштейн?»

– «Секрет, потом при встрече расскажу, ну всё, у меня завтра ещё встреча с людьми из научного департамента,надо не облажаться», – сказала Вика, и на фоне послышался звук миксера.

– «Эй, так не честно…» – начала Женя, но связь прервалась.

Она швырнула телефон в подушку и вернулась к монтажу. Вырезала все провальные моменты, оставив только чёткие удары и… тот самый кадр с его рукой. «Для контекста», – убедила себя, добавляя титры.

В три ночи дверь в квартиру захлопнулась. Сестра Жени, Аня,которая решила пожить у неё недельку, влетела в комнату с пакетами из фастфуда:

– Я умираю с голоду! Ты чего не спишь?

– Ролик монтирую. Ещё Вика что-то задумала,даже представить не могу,что именно она хочет сделать,учёные непредсказуемы, – буркнула Женя, увеличивая громкость саундтрека.

Аня заглянула в экран, жуя картошку:

– О, это тот парень который тебе помогал с… как оно там…неважно. Добавь замедление здесь, будет вау.

Не спрашивая, она вырвала мышь и вклинила эффект слоу моу. Женя хотела возмутиться, но кадр с Матвеем, поворачивающимся к камере, стал идеальным.

– Спасибо, – пробормотала она.

– С меня мороженое, – Аня плюхнулась на диван. – И познакомь меня с ним. Для… гм… оценки актёрского потенциала.

– Он не актер

– Правда? На мой взгляд у него есть все шансы стать новым кумиром, как минимум из-за внешности.

– Аня, не говори глупости,он спортсмен.

– Ну и что,это не отменяет того факта, что он красавчик.

Глава 7

Лаборатория охваченная тихим хаосом. Запах этанола смешивался с едким ароматом перегретого металла, а мерцание экранов компьютеров отбрасывало синеватые блики на стены, заставленные пробирками и молекулярными моделями. Виктория стояла у центрального стола, её пальцы нервно листали стопку распечатанных графиков. Каждая цифра, каждая кривая на графиках казалась ей теперь подозрительной, словно данные могли предать её в любой момент. Она сжала губы, чувствуя, как капли пота скатываются по спине под плотным лабораторным халатом. Его белизна контрастировала с её тёмными, собранными в безупречный пучок волосами – ни одной пряди не смело выбиться из-под контроля.

Сергей, напротив, двигался по лаборатории с невозмутимостью метронома. Его слегка помятая голубая рубашка с закатанными рукавами выдавала ночи, проведённые за работой, но в каждом жесте читалась уверенность. Он наклонялся к реактору, поправлял клапаны, сверялся с показаниями на планшете. Его спокойствие действовало Виктории на нервы, как тиканье часов в ночной тишине.

– Ты уверен, что подключил реактор правильно? – её голос прозвучал строго. Она не смогла сдержаться, заметив, как он игнорирует её список проверок.

Сергей медленно поднял голову, и его светлые глаза встретились с её взглядом. В уголке его губ читалась усмешка.

– Лучше проверь свои расчеты, прежде чем учить меня, – ответил он, намеренно растягивая слова. – А то вдруг твои формулы решат взбунтоваться перед комиссией.

Виктория ощутила, как жар раздражения поднимается к щекам. Она резко отодвинула стул и встала, чтобы приблизиться к нему. Её каблуки отчётливо стучали по кафельному полу, нарушая монотонный гул приборов.

– Мои расчеты идеальны, – прошипела она, тыча пальцем в схему на экране. – А вот если твой «шедевр» сегодня взорвётся, объяснять придётся нам обоим.

Сергей не отступил. Он перевёл взгляд на реактор, затем на неё, и в его взгляде мелькнуло что-то вроде азарта.

– Взрывы – это твоя специализация, Вика. Я же просто делаю, то что умею лучше всего, – он щёлкнул переключателем, и реактор ожил. – Видишь? Всё на месте. Можешь продолжать паниковать в одиночестве.

Она хотела парировать, но в дверь лаборатории постучали. Техник-практикант робко просунул голову, сообщив, что до презентации остался час. Виктория резко развернулась к столу, схватив флешку с презентацией.

«Почему он всегда должен быть таким… таким…» – мысленно рычала она, листая слайды. Но даже в ярости она не могла отрицать: его часть работы была безупречна. Реактор гудел ровно и четко.

Сергей тем временем достал из ящика пару энергетиков, поставил один рядом с её ноутбуком.

– Чтобы не упала в обморок от усердия, – бросил он, прежде чем отвернуться к своим чертежам.

Она не поблагодарила. Но когда он вышел проверить подключение генератора, её рука потянулась к банке сама собой. Холодок напитка смешался со вкусом досады – и чего-то ещё, что она не хотела признавать.

Лаборатория замерла в ожидании. Виктория поправила манжету халата, отряхнулась от невидимой пыли, переводя взгляд на дверь. Её ладони слегка вспотели, но голос, когда она репетировала вступление, звучал чётко и звонко. Сергей, прислонившись к стойке с оборудованием, лениво перебирал пульт для слайдов. Его взгляд скользнул по её спине – прямой, как струна, – и он едва заметно усмехнулся.

– Готовы? – спросил он, но это прозвучало скорее как утверждение, чем вопрос.

– Перманентно, – бросила она через плечо, не оборачиваясь.

Дверь распахнулась с тихим скрипом. Первым вошёл декан, Игорь Васильевич, его седая борода контрастировала с моложавой энергичностью жестов. За ним следовали двое инвесторов: женщина в строгом костюме-двойке, чей взгляд сразу же устремился к реактору, и мужчина лет пятидесяти с дорогими часами на запястье, который уже достал блокнот.

– Виктория, – кивнул декан, и девушка почувствовала, как учащается пульс. – Покажите, на что способна ваша команда.

Она сделала шаг вперёд, подчистив голос. Лампы приглушились, и экран за её спиной ожил, залив стены голубоватым светом.

– Уважаемые коллеги, – начала она, и даже Сергей невольно выпрямился, услышав эту твёрдую интонацию. – Сегодня мы представляем будущее энергетики. Биотопливо, которое не просто снижает выбросы, но и превосходит традиционное топливо по эффективности.

На экране возникла диаграмма: зелёные столбцы их разработки возносились вверх, оставляя далеко позади красные отметки нефти. Инвестор в костюме-двойке приподняла бровь, а мужчина с блокнотом замер с ручкой в воздухе.

– Представьте: 40% меньше CO₂ при вдвое большей энергоотдаче, – Виктория жестом выделила график, её ноготь щёлкнул по указке. – И всё это – из возобновляемого сырья. Отходы сельского хозяйства, водоросли, даже органический мусор.

Сергей незаметно переключил слайд. Появилась 3D-модель реактора, медленно вращающаяся в воздухе. Он сдержал улыбку, заметив, как Виктория слегка наклонилась вперёд, словно пытаясь загипнотизировать аудиторию.

– А вот наши последние испытания, – она кивнула Сергею, и экран заполнился видео: биотопливо горело ровным пламенем в тестовой камере, датчики показывали стабильные цифры. – Ни сажи, ни токсичных испарений. Чистая энергия.

Декан одобрительно хмыкнул, а женщина-инвестор наклонилась к коллеге, что-то быстро записывая. Виктория почувствовала прилив уверенности.

– Теперь о цифрах, – она повернулась к экрану, но слайд уже сменился – Сергей предугадал её шаг. Перед комиссией всплыли расчёты себестоимости: их биотопливо было дешевле нефти на 15%.

– Это… впечатляет, – не выдержал мужчина с блокнотом, и Виктория поймала взгляд Сергея. Он стоял в тени, пульт в одной руке, вторая замерла на кнопке резервного генератора. Его глаза блеснули – короткая вспышка гордости, которую он тут же погасил.

– Спасибо, – ответила она, не сбиваясь. – Но главное – масштабируемость. Через год мы сможем…

Внезапно реактор издал низкий гул. Виктория замолчала на полуслове. Сергей, не меняя выражения лица, нажал что-то на панели управления. Гул стих, а на экране, будто ничего не произошло, появился слайд с графиком роста производства.

– Через год, – продолжила Виктория, чуть медленнее, следя за реактором краем глаза, – мы сможем обеспечить энергией город с населением в 100 тысяч человек.

Декан начал аплодировать. За ним подхватили инвесторы. Сергей переключил на промежуточный слайд – логотип проекта на фоне земного шара, обвитого ростком.

– Вопросы? – Виктория сложила руки, стараясь не смотреть на Сергея, который теперь стоял у реактора, якобы проверяя датчики. Его спина была напряжена – только она заметила это.

– Как насчёт сырьевой базы? – спросила женщина-инвестор. – Не столкнёмся ли с дефицитом?

– Мы используем то, что другие считают мусором, – Виктория улыбнулась, и Сергей, ловя её тон, нажал кнопку. На экране появились фото полей с отходами кукурузы, мусорных полигонов. – Это неиссякаемый ресурс.

Комиссия закивала. Сергей расслабил плечи, скрестив руки на груди. Его взгляд скользнул по профилю Виктории – щеки румяные, глаза горят. «Чёрт, она хороша», – мелькнуло у него, прежде чем он заставил себя смотреть на показания датчиков.

– Благодарю, Виктория, – декан поднялся. – Ваш проект…

Но его слова потонули в новом гуле реактора. На этот раз громче. Виктория едва успела среагировать:

– Это часть демонстрации! – перебила она, и Сергей, как по сигналу, нажал скрытую кнопку. Реактор выпустил облако пара, которое тут же рассеялось фильтрами.

– Показываем процесс очистки, – солгала она, бросая Сергею взгляд, полный немого вопроса. Он ответил едва заметным кивком: «Всё под контролем». И вдруг…

Лампы мигнули, лабораторию поглотила темнота. Экран погас с тихим шипением. Гул приборов сменился гробовой тишиной, нарушаемой только аварийным свистом где-то в вентиляции.