Анастасия Вежина – Вечный соперник (страница 11)

Белов кладёт папку на стол.

– Потому что за последний квартал мы три раза срывали сроки, дважды меняли команду, и директор Громов устал объяснять своему руководству, почему агентство, которому он доверяет, работает как стартап-однодневка.

Я чувствую, как желудок сжимается. Это не просто критика. Это приговор.

Рядом со мной Максим сидит неподвижно. Я вижу боковым зрением, как он напрягся – не резко, просто мышцы на руке стали чётче, будто он готовится к удару.

Белов смотрит на нас обоих.

– Воронцова. Соколов. Вы – команда.

Я поворачиваю голову так быстро, что шея хрустит.

– Что?

Максим произносит одновременно:

– Мы?

Белов не улыбается. Не шутит. Просто кивает.

– Да. Вы двое. Три месяца. Спасёте клиента – один из вас получит должность. Провалите – вылетите оба. Без разговоров.

Я открываю рот, чтобы возразить, но Белов поднимает руку, останавливая меня.

– Это не обсуждается, – говорит он. – Громов лично попросил вас двоих. Он видел вашу презентацию год назад. Запомнил. Сказал: «Хочу тех двоих, что работали синхронно». Он считает, что вы можете вытащить проект. Я – тоже. Но только если перестанете друг друга резать.

Я вспоминаю ту презентацию. Да, мы работали вместе. Импровизировали на ходу. Он подхватывал мои мысли, я – его. Получилось хорошо. Даже очень. Но это было год назад, до бонуса, до «БизнесПро», до всего, что превратило нас в два полюса магнита, отталкивающих друг друга.

Белов продолжает:

– Три месяца. Еженедельные отчёты мне. Ежемесячные встречи с Громовым. Если он останется – один из вас получает должность. Если уйдёт – оба освобождаете столы.

Он встаёт, собирает папку и уходит, не дожидаясь наших вопросов.

Мы остаёмся вдвоём. В переговорной тихо, слышно только гул кондиционера. Я смотрю на стол, на свои руки, на что угодно – только не на Максима.

Но молчание длится недолго.

– Это катастрофа, – говорю я первой.

– Согласен, – отвечает он.

Я поднимаю глаза. Максим сидит, откинувшись на спинку стула, и смотрит в потолок, будто ищет там подсказку.

– Мы убьём друг друга, – добавляю я.

Он усмехается – коротко, без веселья.

– Или клиента.

Я хмыкаю, и это выходит так неожиданно, что я прикусываю губу, чтобы не улыбнуться. Максим поворачивает голову и смотрит на меня удивлённо.

– Ты смеёшься?

– Нет, – говорю я быстро. – Просто… абсурд.

Он кивает.

– Абсурд, – соглашается он. – Но выбора нет.

Мы сидим ещё секунду, и я чувствую, как внутри что-то медленно меняется: из паники в трезвый расчёт. Я не хочу работать с ним. Но я ещё меньше хочу вылететь из компании с клеймом «провалила крупного клиента».

– Помнишь ту презентацию? – спрашивает Максим.

– Да, – отвечаю я. – Импровизировали. Получилось хорошо.

– Может, получится снова? – говорит он, и в его голосе нет иронии. Только вопрос. Настоящий.

Я смотрю на него и вижу не конкурента, не человека, который украл идею или потерял клиента. Вижу профессионала, который так же, как я, понимает: если мы не договоримся, мы оба упадём.

– Может, – говорю я наконец.

Максим выдыхает, будто сбрасывает напряжение.

– Тогда завтра в десять. Моя переговорная. Начнём с плана.

Я киваю.

– Хорошо.

Мы встаём одновременно и выходим из переговорной. В коридоре расходимся молча, но я чувствую, как в затылке что-то зудит – не страх, не злость. Что-то другое. Будто я только что подписала контракт, условия которого ещё не до конца понимаю.

Весь день я пытаюсь работать, но мысли возвращаются к одному: три месяца с Максимом. Не как конкуренты, а как команда. И это пугает сильнее, чем если бы Белов просто сказал «вы уволены».

Потому что в конкуренции я знаю правила. А в команде с человеком, которого я две недели обходила стороной, правил нет.

К вечеру телефон вибрирует. SMS. От Максима.

«Завтра 10:00, моя переговорная. Постарайся не убить меня. Я постараюсь не убить тебя».

Я читаю сообщение дважды. Потом печатаю ответ: «Договорились». Стираю. Печатаю: «Постараюсь». Отправляю.

Через минуту приходит ответ:

«Спасибо. Это уже прогресс».

Я кладу телефон на стол и смотрю в окно. За стеклом темнеет, офис постепенно пустеет. Лена заглядывает в кабинет.

– Слышала про «ТехПром», – говорит она осторожно. – Это правда? Вас с Максимом… вместе?

– Правда, – отвечаю я.

Лена присаживается на край стола.

– Вау, – говорит она. – Белов либо гений, либо садист.

– Скорее второе, – отвечаю я.

Лена хмыкает.

– Может, это не так плохо, – говорит она. – Вы оба крутые. Если перестанете друг друга резать, может, действительно вытащите.

Я смотрю на неё.

– Ты серьёзно?

– Серьёзно, – кивает она. – Ты умная, он – быстрый. Ты структурная, он – гибкий. Если договоритесь, это может сработать.

Я хочу сказать «нет». Хочу сказать, что мы слишком разные. Что между нами слишком много обид, слишком много ударов. Но слова застревают, потому что где-то глубоко я понимаю: Лена права.

– Посмотрим, – говорю я наконец.

Лена встаёт, хлопает меня по плечу и уходит.

Я остаюсь одна и снова смотрю на телефон. На сообщение от Максима. На фразу: «Постарайся не убить меня».

Если бы он написал это месяц назад, я бы прочитала как насмешку. Сейчас читаю как… перемирие. Странное, неудобное, но настоящее.