Анастасия Ваймор – Ауррория. Книга I. Пепел на снегу (страница 14)
– Я Кэтриона Маргарет Хаггинс. Простой редактор из Нью-Йорка. Квартиру мою ты уже видел. Открывать порталы не умею, – пожав плечами, снова улыбнулась она.
– Редактор?
Джерд недоуменно посмотрел на девушку. Это незнакомое ему слово она произнесла на языке своего мира.
– Ой, извини, – спохватилась она. – Я исправляю ошибки в чужих книгах, помогаю доработать текст и готовлю книгу к печати.
– Тебе это нравится?
– Думаю, да. Я люблю книги.
Ему всё-таки удалось её отвлечь. На щеках у девушки заиграл легкий румянец, придавая красивому лицу мягкое, почти невинное выражение. Тревога во взгляде постепенно таяла, уступая место ласковой игривости, присущей только ей.
– А что ты ещё любишь?
– Помимо книг? Я люблю свою семью. Знаешь, у меня трое братьев. В детстве, конечно, их трудно было любить, – хихикнула девушка. – Но сейчас мы большие друзья. Ещё я люблю свою подругу Рут. Она настоящая красавица и умница…
Кейт шла чуть впереди и весело болтала. Не глядя на Джерда, она рассказывала о любимых праздниках, об осеннем парке, в котором так приятно шуршать листвой, о маминых пирогах, о лошадях, которых любит, но с которыми так и не сложилось, о каком-то смешном соседском коте по кличке Рузвельт…
Джерд внимательно слушал, разглядывая девушку. Он любовался тем, как солнце, запутавшись в её волосах, подсвечивает их изнутри; тем, как она мило хмурит брови, пытаясь о чем-то вспомнить; тем, как светятся её глаза, когда она говорит о родных. Любовался взмахом руки и чуть вздернутым кончиком носа…
В ней не было ничего от тех холодных женщин, с которыми ему приходилось иметь дело, тех, кто видел в нём лишь принца, пусть и
– Значит, ты Кэтриона? – спросил он, когда девушка замолчала и остановилась, глядя на него.
– Ага, – кивнула она, приложила палец к губам, быстро огляделась по сторонам и шепнула: – Только тсс! Никто не должен об этом знать!
Кейт засмеялась, видя, как Джерд растерянно хлопает глазами.
– Мне просто никогда не нравилось это имя, – пояснила она. – А маме наоборот. На самом деле совсем немногие знают про него. Теперь ты один из них.
Снова засмеявшись, она повернулась и пошла дальше. А Джерд так и остался стоять. Листы продолжали опадать, обнажая давно отвыкшее любить сердце.
Кейт
Утро выдалось непростым, но выплакав всё, что тревожило меня эти долгие дни, я почувствовала облегчение и поверила Джерду. Сама не знаю почему, но тот его взгляд там, у левады.
В доме нас встретил Эйрих. Он был серьезен, но странное дело, больше не хмурился, глядя на меня.
– Прости, Кудрявая, но мне придется его забрать.
Он дернул подбородком в сторону Джерда. Мужчины быстро обменялись многозначительными взглядами.
– Дрогот. – сказал Эйрих и передал Джерду клочок бумаги. Тот его развернул, бегло пробежался глазами и враз посуровел.
Я решила, что сейчас им не до меня, повернулась и направилась в кухню. Едва я сделала шаг, как сильные пальцы мягко сомкнулись на моем плече.
– Кейт, – Джерд развернул меня к себе и слегка наклонился, – мне нужно сейчас уйти ненадолго. Ничего не бойся, ты не одна.
Он перевел взгляд в сторону. На пороге дома в дверях стоял Фальк. Тот коротко кивнул в ответ. В который раз я удивилась, как эти трое мужчин, казалось, без всяких слов понимали друг друга. А ещё я вновь заметила напряжение в их глазах, которое они тщательно пытались от меня скрыть.
Эйрих протянул Джерду ножны. Металлические навершия на черных рукоятях мечей ярко сверкнули, поймав солнечный луч, который пробивался через окно. На поясе у Эйриха уже висел длинный клинок. Мужчины вышли.
Поразмыслив немного, чем заняться, я решила найти Берту. Возвращаясь в дом, я видела, как женщина возится с розами во дворе.
«Вдруг ей нужна помощь», – подумала я и шагнула за порог.
Фальк отправился следом. Берта обрезала розовые кусты в тени дома. Сухие ветки и отцветшие бутоны падали в стоящую рядом корзину. Делала она это ловко, не боясь пораниться о шипы.
– Смотрю, прогулка пошла вам на пользу.
Берта выпрямилась и вытерла руки о фартук.
– Улыбаетесь, и щеки порозовели, – протянула она.
– Берта, я могу тебе помочь?
– Разбираетесь в розах, миледи? – голос женщины звучал ласково.
– Вообще-то нет, но если ты мне покажешь.
Мне хотелось как-то отблагодарить Берту. За несколько дней, проведенных в этом доме, я видела от неё только добро и ласку.
– Ну, тогда берите ножницы – и начнем, если не боитесь наколоть пальцы, конечно.
Хитро улыбнувшись, она протянула мне большие садовые ножницы, тронутые ржавчиной в нескольких местах. Мудрые глаза Берты светились пониманием.
– Вот, миледи, – показала она на сухую ветку, – эти срезайте да сухие бутоны не жалейте. Новые расцветут. Вдвоем-то мы быстро управимся. А как мальчики вернутся, так и ужинать сядем.
Берта снова принялась за работу.
– Мальчики! – хмыкнула я.
Поймав мой взгляд, женщина улыбнулась. На её морщинистом лице читалась любовь.
– Для меня они всегда останутся мальчиками, миледи. Одного-то я на свет принимала, а второго с тринадцати лет кормлю пирогами и приличные манеры пытаюсь привить. Да всё без толку! – махнув рукой, засмеялась она.
Я тоже улыбнулась, вспомнив хмурую физиономию Эйриха.
– Берта, а ты давно в этом доме живешь?
– Так уж без малого сорок лет, миледи. Сначала-то я в няньках у Фиаллы была, матери Джерда… Моя красивая девочка, моя бедная девочка… – В добрых глазах мелькнула печаль. – А уж потом один темноволосый мальчуган, родившийся чуть раньше срока, свел бедную Берту с ума. – Лицо женщины вновь озарила улыбка.
Работа спорилась, сухих веточек и бутонов в корзине становилась всё больше и больше. Фальк сидел неподалёку, привалившись спиной к одной из колонн крыльца, и тоже слушал старую женщину. В руке он опять вертел нож. За всё это время я, пожалуй, и не видела Фалька без него. Разве что за столом, хотя и там он поигрывал ножом, только столовым.
Вдруг из-за деревьев послышалось громкое лошадиное ржание. А через мгновение во двор въехала целая процессия. Четверо всадников, одетых в золотые металлические доспехи, остановили коней и замерли. У каждого из них на нагруднике сиял герб: золотой ромб, внутри которого расходилась лучами в разные стороны восьмиконечная звезда с закручивающимся спиралью световым вихрем внутри.
Всадники, вооружённые длинными мечами, сопровождали открытую карету, запряженную четверкой крупных белых лошадей. Белоснежная, с золотыми вензелями и таким же гербом на двери, она медленно остановилась перед домом. Солдаты сразу же спешились. Один из них, широкоплечий, коренастый мужчина с бычьей шеей и загорелым, лоснящимся от пота лицом, выделялся среди остальных доспехами с более крупной и богатой отделкой. Он тут же подскочил к карете, распахнул дверь и протянул руку девушке.
Она изящно выпорхнула во двор. Высокая, стройная, с длинными пшеничными волосами. Невозможно было не заметить её невероятной красоты. По соблазнительной фигуре стекало изысканное платье молочного цвета. Тонкая золотая вышивка тянулась по широким спадающим рукавам и лифу. Нижний край платья ложился шлейфом, украшенным замысловатыми узорами из перламутрового бисера. Девушка огляделась и слегка наморщила идеальный носик.
– О, Древние! Принесло же эту гадюку сюда, – зло прошипела Берта и нехотя поклонилась ей.
Фальк вскочил на ноги и замер на крыльце. Было заметно, как при виде незваной гостьи он весь напрягся.
Девушка снова окинула взглядом двор и направилась в нашу сторону. Мужчина, который помог ей выйти из кареты, последовал за ней, держась ровно на шаг позади и недобро оглядываясь. Остальные застыли рядом с лошадьми.
Подойдя ближе, она обратилась к Берте:
– Я решила нанести визит брату. Что-то давно его не видно при дворе. Можно сказать, мы даже соскучились.
Она рассмеялась. Красивые ледяные глаза вдруг остановились на мне. Смотрела она в упор, отчего мне сделалось не по себе.
– И где же он?
Она вновь повернулась к Берте.
Бог мой, она сестра Джерда? Я не могла в это поверить. Отвращение к нам на лице девушки было столь явным, что у меня волосы встали дыбом.
– Ты прекрасно знаешь, что его здесь нет. Иначе бы ты сюда не приехала, – холодно сказал Фальк и сделал несколько шагов, вставая между мной и ледяной красавицей, будто защищая.
– Следи за языком, щенок! Забыл, с кем говоришь?! – резко оборвал его грубый голос здоровяка, что стоял позади девушки.
Красавица не обратила на Фалька ни малейшего внимания. Обойдя его, она плавно приблизилась ко мне.
– Что ж… обойдемся и без него. Кажется, я нашла здесь кое-что более интересное, чем мой скучный братец, – проворковала она нарочито сладким голоском, протягивая гласные.
Фальк резко дернулся. Здоровяк тут же положил крепкую ладонь на рукоять меча, что висел на поясе. Насупившись, он недвусмысленно покачал головой. Свирепые глаза налились кровью.