Анастасия Васильева – Под куполом власти (страница 3)

– Не буду скрывать, мистер Брукс! – чётко отвечал Гилл, с нежной улыбкой на губах, которая делала его ещё более опасным. Он осмотрел всех сидящих своим пронзительным взглядом, словно хотел прочитать их мысли, – такие светские мероприятия – отличное место для скрытых договорённостей и взаимопомощи! Но вам об этом лучше знать, не так ли? – после его слов некоторые господа позволили себе посмеяться. Это была не просто вежливая улыбка, это был насмешливый взгляд, который унижал Брукса и делал его уязвимым.

Это ударило по самолюбию Брукса. Он понял, что Гилл намекает на его причастность к скрытым махинациям в политике. Он почувствовал, как кровь прилила к лицу, и он сильно сжал кулаки под столом.

– Что ж! ФБР, как и всегда, проникнуты к людям с необоснованными подозрениями, – выдавил из себя улыбку Брукс, стараясь сдержать свой гнев. Он чувствовал себя загнанным в ловушку. Он пытался перевести разговор в шутку, но в его голосе звучала явная неуверенность. Он понимал, что Гилл пришёл сюда не просто так.

– Многие политики утонули в своих политических интригах и коррупции. ФБР старается не пропускать такое мимо себя! – продолжал уверенно отвечать Гилл, чем вызывал у Брукса только раздражение и злость, – мы здесь как своеобразное напоминание, что никто не останется безнаказанным, если однажды решит перейти черту дозволенного!

– Ваши слова звучат, как блеф, мистер Гилл! – старался не потерять собственного достоинства Брукс, – вы словно пытаетесь запугать нас бедолаг! Нас, матёрых и профессиональных политиков, которые служат своему государству верой и правдой!

– Не переживайте так, мистер Брукс! Кто служит верой и правдой, а кто злоупотребляет властью ради личной выгоды – это, поверьте, уже наша работа! Я буду стоять на страже правого суда и порядка, даже если придется когда-то встретиться со злом лицом к лицу!

– Щенок! – с неприязнью пробормотал себе это под нос Брукс. В его взгляде была нескрываемая ненависть, словно он увидел перед собой не человека, а своего врага. Он ощущал себя разоблаченным, как будто Гилл прочитал его мысли.

Гилл плавно перевёл свой взгляд, который тут же зацепился за Джену. Он не мог не обратить своего внимания на это милейшее создание, что сидело чуть в стороне от Брукса. Джена была одета в красивое нежное платье бледно-голубого цвета, которое подчеркивало ее хрупкость и невинность. Её шёлковые волосы, словно струящийся водопад, распадались на ее хрупких плечах, а глаза были темными и глубокими, как ночное небо. В них скрывалась тайна, которая манила и пугала одновременно.

– Кто это? – спросил Гилл у своей правой руки, агента Эдгара. Эдгар был высоким и крепким мужчиной с короткими светлыми волосами и жестким лицом, которое выражало только преданность и послушание. Он был тем человеком, который мог исполнить любой приказ Гилла, не задавая лишних вопросов. В этом и заключалась его значимость. Преданность и сила – вот чем обладал Эдгар.

– Это Джена! – быстро, но чётко ответил Эдгар, – дочь мистера Брукса!

Гилл вновь посмотрел на нее своим орлиным взглядом, способным увидеть даже самые скрытые тайны. На какое-то мгновение Джена и Джозеф пересеклись взглядами. Джозеф почтительно ей улыбнулся, на что Джена отреагировала скромной улыбкой.

– Она красива! – с очарованием проговорил Джозеф, – даже очень красива! Но эти глаза почему-то говорят о грусти!

Но вдруг орлиный и цепкий взгляд Джозефа заметил на запястьях Джены слегка видимые синяки, которые она пыталась скрыть рукавами своего платья. Они были неяркими, словно бледные отпечатки пальцев, но Джозеф увидел их.

Немного проанализировав увиденное, Гилл с ненавистью глянул на Брукса, который в это время с кем-то беседовал. Гилл был достаточно опытным и матерым агентом, который умел замечать такие детали, которые были скрыты от глаз простых людей. Он видел сквозь поверхность, видел истину, скрытую под маской благополучия. В его голове проскользнула мысль, что Брукс далеко не ангел во плоти, что за его внешней силой скрывается темная тайна, но сейчас его больше интересовала Джена.

***

По окончании всего мероприятия, когда уже гости постепенно стали расходиться, Джозеф пересекся с Дженой возле гардероба. Он видел, как она стоит одна, окруженная шумом и суетой, но при этом ощущая себя беспомощной и одинокой. Эдвард помогал ей надеть легкое весеннее пальто, так как вечера были ещё достаточно холодными.

Джозеф, почтительно качнул головой в знак уважения к Эдварду, подошёл молча к Джене и взял её нежную руку. От его прикосновения Джена невольно дрогнула. И он это сам ощутил. Он почувствовал дрожь в ее руке, как дрожь хрупкого стекла от нежного дуновения ветра. Но дрогнула она не только потому, что его манеры и движения были нежны, а потому, что он случайно коснулся синяков на запястье. Он почувствовал их под ее тонкой кожей, словно невидимые шрамы от болезненного прошлого.

– Мисс! – восхищенно произнес Гилл и поцеловал ее руку в знак уважения. Он не хотел её пугать, не хотел усугублять её страдания, но он не мог не выразить свое восхищение её красотой и нежностью. Все это действие произошло достаточно быстро, но даже за столь короткое время Гилл успел оценить синяки и ссадины на этих нежных ручках. Он не мог не видеть их, он видел их так же чётко, как и красоту её лица. Но ничего не сказав, он только улыбнулся и направился к выходу.

Вернувшись со своей семьей уже поздно вечером, Брукс вошёл в просторную спальню, оформленную в классическом стиле, со светлыми текстильными обоями, дорогими резными мебельными элементами и массивной кроватью, украшенной изысканными декоративными подушками.

Отразившись в громоздком антикварном зеркале, он начал развязывать галстук, отрывая его без всякой тоски, и снял с руки символ своего статуса – наручные часы, бросив их безразлично на столик рядом.

– Щенок! – продолжал негодовать Брукс, вспоминая свою встречу с Гиллом, – он меня унизил! Можно сказать, растоптал! Не прощу!

Он зверски улыбнулся и в упоении смотрел на своё отражение в зеркале.

– Он будет глотать грязь, он слетит с должности… Я тут власть!

В это мгновение в спальню устало вошла Хелен, её светлое платье отливало слабыми отражениями ламп. Заметив её, Брукс тут же перевёл своё внимание на испуганную жену.

– Милая! – дьявольски проговорил он и приблизился к ней, – как ты себя чувствуешь? – эти слова ещё больше напугали Хелен, и её глаза вмиг наполнились слезами.

– Всё в порядке! – почти шепотом произнесла она.

– Ты уверена? – усмехнулся Брукс, – знаешь, что я заметил? Сегодня весь вечер на тебя пялился один мужик! Мой хороший друг, но такой бабник!

– Я ничего не заметила!

– Правда? – Брукс резко схватил жену за руку и подтащил её к себе, – а кто ему мило улыбался в ответ? – он все жестче сжимал её руку.

– Отпусти, мне больно!

– Больно? Больно мне видеть, как моя жена хихикает с другим! – после этого он вцепился своими руками в шиворот её платья и отшвырнул её с собой со свирепостью в другую часть комнаты.

Глава 3

Это был тёплый летний день. Солнце щедро лило свои лучи на Вашингтон, окутывая город в золотистое сияние.

Джена выходила из здания библиотеки Конгресса, куда она иногда ходила, чтобы отвлечь себя интересными романами и историями. Возможность перенестись в мир литературы – было ее единственным спасением, хоть на миг забыть об этом жестоком мире, в котором она оказалась заложницей.

Выходя, она случайно столкнулась с неизвестным мужчиной, которого не заметила, так как находилась в собственных мыслях. Ее взор был устремлен вдаль, ее душа была в другом месте, в мире книг и фантазий.

– Простите меня, сэр! – начала с волнением извиняться Джена, – я ужасно невнимательная!

– Ничего страшного! – этот мужской голос показался ей знакомым. И она, подняв свои красивые глаза, увидела перед собой Джозефа Гилла. Он стоял весь такой красивый: с сосредоточенным лицом, в роскошном темно-синем костюме, который подчеркивал его фигуру и силу.

– Это вы? – с замиранием на душе спросила Джена.

– Да! – почтительно ответил Гилл. Он тут же взял руку Джены, чтобы поцеловать, но она заметно дрогнула и немного прикрыла глаза, – что такое? – с переживанием спросил он, потом развернул её руку и осмотрел свежие темные синяки. Он вопросительно глянул на неё, словно думая, что же она скажет на это.

– Ударилась! – робко улыбнулась Джена.

– Бывает! – качнул головой Гилл и с нежностью поцеловал её руку.

– Было очень неожиданно увидеть вас здесь, сэр!

– Я всегда там, где вы хотите меня видеть, мисс! – Гилл взглянул на неё своим орлиным взглядом, а потом слегка улыбнулся, – всего хорошего! – он направился прочь, но почувствовал, как Джена проводила его своим взглядом. С момента их первой встречи на том самом вечере прошло несколько месяцев. На руках Джены всё также были синяки. Это были свежие гематомы и бледные пятна, которые она пыталась скрыть от всех. Подозрения Гилла начинали подтверждаться.

"Я всегда там, где вы хотите меня видеть!" – эти слова напрочно засели в голове Джены, словно загадочный шёпот, который не давал ей спокойствия. Она чувствовала, что в них скрывается явный глубокий смысл, но не могла его разгадать. Она перебирала в своей голове каждую деталь их краткой встречи, каждую интонацию его голоса, каждый взгляд его глаз. Она думала об этом даже тогда, когда сидела вместе с семьей за обеденным столом.