Анастасия Туркова – Мятежные дети ночи. История о светлом, тёмном и подмене понятий (страница 3)
Внутри оказалось тесно, но достаточно светло. От сухого застоявшегося воздуха и пыли защипало в носу. Ведомая любопытством, Хельга осмотрелась. Два коридора-галереи вели в левое и правое крыло замка, к помещениям первого этажа. И две каменные лестницы почти с порога уводили на второй этаж и выше. Они изгибались по обе стороны от участка стены с колоннами и едва различимыми в темноте багровыми гобеленами. В скудном свете ночного спутника вырисовывались запылëнные силуэты напольных ваз, картин, драпировок, доспехов… Хельга прошла мимо, сразу на грубоватые каменные ступени витой лестницы.
На втором этаже ночной ветер из окон дохнул в лицо, вызывая неясную тоску по полëту, свободе и умиротворению. По той жизни, которой у Хельги никогда не было, но которая появится, когда она осмелится шагнуть на этаж.
Шаг. Ещë шаг. Дальше от входа и пути отступления. Медленно следуя по гулкому коридору второго этажа, мимо проëмов высоких и узких окон.
Хельга хмурилась, прислушиваясь к своему чутью и прошлому опыту. Почему-то этот абсолютно пустынный клок леса и дом вызывают столько беспокойства… Даже если тут никого нет. Захудалых призраков и то не оказалось. Тут разве что могут обнаружиться проклятья в подвалах и недрах какой-нибудь родовой библиотеки или на трофейном оружии. А девушка не прикасалась к доспехам у стен и просто осматривала длинный пустой коридор с анфиладой окон. Ни единого предмета и украшения, только блëклый красный ковëр во всю длину…
Девушка озадаченно промчалась вдоль него взглядом, и её сердце ухнуло в пятки. На том конце коридора вырисовывался тëмный мужской силуэт…
Миг… и разделяющие их метры словно испарились. Она только и успела увернуться, с магическим ускорением выдëргивая кинжал. Ещë миг! Бесполезное оружие выпало из вывернутой кисти, а в опасной близости от еë лица мелькнули тëмные волосы, бледная кожа и острейшие клыки.
В последние мгновения жизни рассудок совсем помутился, и Хельга, как в сонном оцепенении, выставила свободную руку наперерез. Ладонь легла на вампирские губы. Время замерло, а запах хвои хлестнул по нервам. Инстинкт потребовал остановить хищника-убийцу и отвлечь любой ценой. Неожиданно амулет плеснул такой яростной волной тепла, что им, как взрывной волной, окатило обоих.
Тишину разорвал изумлëнный мужской смешок. Незнакомец увернулся от ладони и заломил ей руку за спину.
– Стоять! Кто ты?
– Родовая магия привела меня сюда за амулетом, – искренний ответ сорвался с губ, что поразило еë саму.
– Каким амулетом?
– Который на тебе, – прошипела Хельга, пытаясь обернуться к собеседнику и высвободить руку из железной хватки.
Нечеловеческие глаза сверкнули иронией.
– На мне нет никаких амулетов.
– Но мой указывает на тебя!
Хельга с тоской проследила за своим кинжалом, который отлетел к дальней стене от вампирского пинка. Она ничего не сумела бы и с ним против такого противника. Да и драться тоже бесполезно. Но быть безоружной и такой откровенно беспомощной – не лучше, чем голой!
Кулон на еë груди указывал прямиком на вампира. Тот отпустил её, скептически изогнул бровь и прошëлся из стороны в сторону. Амулет смещался вслед за ним, реагируя на каждое движение, пока раздражëнная девушка не перехватила тесëмку.
– В пророчестве было сказано, что этот амулет меня защитит и даст мне нормальную жизнь. Сохранит мой дар и меня…
Неверие и шок притупили страх перед вампиром и близкой смертью. Что-то внутри оборвалось. Разом накатили слабость и тошнота.
Носферату преувеличенно любезно продемонстрировал пустые запястья и обыкновенный серый ворот рубахи прежде, чем приблизиться снова и изогнуть уголок губ в подначивающей ухмылке.
– Это какой, интересно, дар у шавки Строгого Бога?
Он покрутил у глаз кулоном, который ластился к нему, сияя гранями аметиста и окутывая теплом холодные пальцы. Почти живым теплом. Такая магия разве бывает?
Хельга с ненавистью прожгла его взглядом.
– В гробу я видела этого Бога, ясно? Вместо себя желательно, – не удержалась от ядовитого комментария беглянка и отобрала амулет.
Такого предательства и поворота судьбы она не ожидала. Эта штука притащила еë к вампиру?! Как ужин?! Неужто рассудила, что так быстрее и безболезненнее, чем в руках у фанатиков?!
Но зябкую тишину снова разрезал мужской голос:
– Как твоë имя?
Внезапное предложение знакомства её шокировало, но уже в приятном ключе.
– Хельга…
– Алекс, – неожиданно спокойно кивнул немëртвый, видимо, решив что-то для себя. – Так… Спрашиваю ещё раз: что ты здесь делаешь?
Хельге показалось странным то, как мужчина выделил голосом «здесь», будто у этого места была особая история. Даже не так. История точно была. Недаром это место разрушено и неспроста она сама оказалась здесь. Только как теперь объясниться? И что можно сказать?
Она нахмурилась, собираясь с мыслями. Не говорить же второй раз одно и то же раздражённому хищнику!
– Правда, артефакт искала. Мне нужна защита от жрецов, чтобы дар не отняли…
Глаза Алекса полыхнули эмоциями так, что девушка невольно шарахнулась в сторону на полуслове.
– Не сдам, – бросил вампир, легко угадав её мысли.
– То есть сбежать у меня получилось, а затеряться, чтобы отвязались – нет. Я думала, что моя магия, как обычно, даст мне что-то, что меня усилит. Я не в первый раз нахожу артефакты и небольшие клады. Обычно продаю, но в этот раз я чуяла, что решение моей проблемы здесь… Даже до последнего не знала, что иду в заброшку. И не подумала, что это может быть твой дом…
Мужчина только фыркнул и покачал головой. Задумался.
Наконец-то он заговорил:
– Это и правда брошенный дом. Временное пристанище. Я так понял, тебе не помешает ночлег на сегодня? Киваешь… Хм, ладно. Тут есть пригодная комната наверху. Ты можешь занять её на ночь, а утром обсудим твоё дело ещё раз, раз для тебя это… вопрос жизни и смерти.
Хельге ничего не осталось, кроме как кивнуть и послушно пойти за ним. Игнорировать слабость и страх, отвратительным комом оседающий в желудке. Она ничего не знала про вампиров, кроме баек, которые шёпотом пересказывали друг другу дети у костров, пугая непослушных… Сколько было историй про то, что вышла чья-то внучка в ночи к колодцу – и с концами. Только окровавленный клок манжета нашли… Циничная нечисть, богомерзкая, развратная и беспощадная к добыче… Кого зазевавшегося поймает, тот и добыча! Но почему тогда она до сих пор жива?
Девушка постаралась не думать об этом прямо сейчас и сконцентрироваться на переходах. Запомнить маршрут до порога одной из комнат на третьем этаже.
Так они миновали коридоры, поглядывая друг на друга. Вампир в этот момент показался ей обманчиво юным, двадцатилетним. Высокий и стройный, стремительный, светлокожий. Если бы не пружинистый шаг, казалось бы, что он не идëт, а перетекает, скользит тенями при каждом движении и повороте головы. Неверный ночной свет размывал черты его лица, сливался с тëмными волосами. Алекс недовольно прищурился и заправил за ухо непослушные длинные пряди, чтобы не закрывали пол лица. Хельга рассмотрела тонкие черты, узкие ироничные губы, совершенно человеческую усталость в глазах, как после тяжëлого разочаровавшего дня. И что-то ещë, что уловить не получалось. То ли сдерживаемая агрессия и хищные инстинкты прорываются в прищуре, искривлëнных губах и рваных движениях рук, то ли он вëл мысленный диалог.
Взгляд цеплялся за его обыкновеннейшую рубаху и удобные дорожные штаны, которые носили практически все. Хорошая ткань… Хельга понятия не имела, что носят вампиры, но уж точно не ждала чего-то настолько бытового, словно он только что вышел из библиотеки…
Алекс поймал еë взгляд и подначивающе улыбнулся уголками губ. Хельга молча преодолела явно тяжëлый для неë подъëм по грубым каменным ступеням и практически поспевала за ним, не выказывая недовольства.
Он внимательнее всмотрелся, отмечая для себя еë практичную кожаную обувь с плотной подошвой, не сковывающие движений, облегающие брюки и тунику. Явно любимый и не раз ношеный кожаный заплечный мешок без какой-либо жреческой символики. Каштановые волнистые волосы собраны в хвост и спадают почти до талии, отливая медью и лунным камнем. Движения аккуратные, но не привычные женские. Ещë более неженское молчание, умение справляться со страхом. И ощущение, будто она привыкла быть в пути. Точно не из деревенских, слишком сдержанно реагирует и чисто говорит. Но и не из знати. Вероятнее всего, те более прихотливы. Хельга оглядывала коридоры и его самого без брезгливости, не морщилась при виде пыли и заброшенных уголков. Она смотрела, скорее, с затаëнным исследовательским азартом и любопытством. Однако ж…
Ещë один поворот на третьем этаже, и он приглашающе открыл дверь, за которой виднелся край кровати с балдахином и письменный стол. На удивление, здесь было практически чисто, даже имелась стопка постельного белья в изголовье.