Анастасия Торопова – Наследие ушедшей цивилизации (страница 49)

– Нет!..– почти в один голос ответили Анитси и Трофим.

– Никакой генетической связи, – отрезала Анитси.

– Согласен, – закивал Трофим, – Мартин Кари был супругом моего отца. И то неясно, является ли мой отец мне родителем.

– О, ребятки, – протянул Джонни, – вам срочно нужна «пещера познаний».

Трофим приподнял брови и с улыбкой взглянул на Анитси.

– Пойдём, я тебе лучше расскажу, что мы обнаружили, – сказал он, поднимаясь с пыльного камня и отряхивая штаны. – А то Джонни вовсю уже хозяйничает в салоне.

Глава 11. Чудеса внеземных технологий

А Джонни уже безжалостно отковыривал внутренний обшивочный слой корпуса корабля, словно делал ремонт в своей комнате.

Под серебристой обшивкой, словно в плёнке протекала какая-то жидкость. Она имела свои индивидуальные каналы и направления. Джонни сильнее разорвал обшивочный материал, и Анитси могла видеть, что каналы-трубочки жидкости пересекают в разных направлениях всю внутреннюю часть этого материала.

– Что это? – не понимала ириканка.

– А ты заметила в салоне свет? – раздался за спиной голос Трофима.

Только сейчас девушка обратила внимание на то, что космолёт освещён изнутри, кроме того работает панель приборов…

– Смотри сюда! – Джонни присел на корточки и провёл пальцем у самого низа стены.

Там, где соединялась стена с полом корабля, проходила металлическая трубка с виду совершенно обычная. В неё стекались трубочки поменьше, наполненные неизвестной жидкостью, словно речушки в большую полноводную реку.

– Это главный канал энергоснабжения всей машины, который обеспечивает жизнь всем важным механизмам. Спроси меня, по какому принципу он формируется.

– Спроси его, – поддержал улыбающийся Трофим.

– По какому? – спросила Анитси.

– Передаёт информацию посредством молекулярных связей между протекающей жидкостью и электро-рецепторами принимающего элемента.

– Чего?

– Молекулы этой жидкости, – подхватил Трофим.

– …Этой вонючей жидкости, – решил добавить Джонни, брезгливо вытирая пальцы о штанину…

– …Эти вонючие, неизвестного нам происхождения жидкости несут в себе информацию, которая передаётся по ним как по нейронам от центрального искусственного интеллекта ко всем периферическим отделам.

– Как электропроводка? – пробовала дать сравнение Анитси.

– Как нервная система человека.

Джонни сдвинул брови:

– Сверхчеловека.

– Да. Команды могут быть очень разные. Например, почему вся обшивка корабля пронизана каналами этой жидкости?

– Почему? – Анитси послушно удивлялась каждому слову.

– Центральный искусственный интеллект даёт команды и обшивке.

– Чтоб она видоизменялась, поняла? – не выдержал Джонни.

– Как?

– Материал обшивки корабля имеет крепкую и пластичную структуру. Молекулы послушны и подвижны. Они тоже взаимодействуют с молекулами энергетической жидкости. И под их влиянием могут менять своё строение. Каркас космолёта изменяет форму как пластилиновый.

– Это нонсенс! – Джонни потирал бритую голову.

– Зачем ему менять форму? – вопрос Анитси прозвучал как-то неожиданно, не по-асконски. Казалось бы, сам факт, что большая мощная машина может менять свой вид как ей хочется, уже чудо. Зачем думать о практическом применении. Но в этом вопросе что-то есть. Действительно, зачем?

Трофим тёр подбородок и смотрел на собеседников. Джонни грыз ноготь на большом пальце.

– Ну, наверное, для того, чтоб…– Трофим запнулся.

– Чтоб, – Анитси прищурила глаза, – чтоб мог летать и вверх, и в стороны.

– Вертикальное и горизонтальное перемещение, – поправил Трофим тихо.

– Они тут летали у нас над башками, – предположил Джонни.

– И преодолевали большие космические пространства.

– На сверхскоростях. При такой способности менять форму, можно предположить, что космолёт способен на гиперпрыжки.

– Они живут очень далеко, – закончила рассуждения асконцев Анитси.

– Они живут очень далеко, – подводил итоги Трофим, – выглядят как мы, имеют на родной планете иные природные ресурсы и… часто нас посещают.

– А… – Анитси защёлкала пальцами, – а здесь есть что-то вроде чёрного ящика?

– Надо поискать, – Трофим поспешно сел за панель приборов. – Ты хочешь проследить их траекторию полёта?

– Ага.

– Я пока плохо разбираюсь в их электронике, но… очень много схожего с нашей.

Трофим ушёл в себя и в центральный искусственный интеллект внеземного космолёта. Поначалу Анитси и Джонни заглядывали ему за спину, ожидая мгновенного чуда. Но чуда всё не было – были бесконечные числа и незнакомые символы. Устав вникать в происходящее на мониторе, они отошли разбирать провизию, которую Анитси привезла из Асконии.

Трофим присоединился к ним только спустя два часа. Лицо у него было осунувшееся и серое. Он задумчиво взял маленькую булочку, поднёс её к губам и чуть-чуть надкусил.

– Троха, как ты? – осторожно спросила его Анитси. Джонни просто, молча, смотрел на него.

Трофим плавно провёл по воздуху рукой с булкой, описывая какую-то кривую, сопровождая жестикуляцию мычанием.

– Что?

– Они живут далеко… это другая галактика… похоже был гиперпрыжок… но самое интересное – они залетели к нам в атмосферу с экватора под прямым углом, не совершая посадки, пролетели, трансформируя каркас корабля на континент, и только здесь случились сбои в схемах… Я точно не могу сказать… что…

– Они залетели в атмосферу с экватора? Точные координаты можешь сказать? – перебил его Джонни.

Трофим задумчиво кивнул, глядя куда-то сквозь собеседника.

– Это над бывшим континентом Африка.

Анитси и Джонни переглянулись и, заметив на лицах друг друга крайнее изумление, поняли, что получили приблизительно одинаковое образование в школе. На планете был только один континент, омываемый водами великого океана. Если и были какие-нибудь другие, то очень и очень давно.

Глава 12. Ирик на пороге перемен

Марта аккуратно приземлилась в своём родном ангаре. «Рыжая молния» наконец-то была дома. Никита тяжело вздохнул, оглядывая знакомое ему уже помещение с куполообразной крышей всё того же известного ириканского дома. В этом мире многое повторяется, и даже уже можно делать ставки на следующее событие.

– Стратолёта мамы нет, – упавшим голосом сообщила Марта. – И приборы показывают, что не было его давно. – Она прошлась по гулкой, слабо освещённой стоянке стратолётов из коллекции Бескровных и внимательно осмотрела приборы подачи топлива.

– И стратолёта из коллекции моделей «колба» тоже нет. Но он зато был здесь два часа назад. Возможно, она взяла его, а свой постоянный оставила где-нибудь на взлётной площадке, – лицо Марты расплылось в детской улыбке. Никита невольно улыбнулся ей в ответ, уловив её сходство с Трофимом в данный момент.

– Это же здорово, – только и сказал он. А Марта уже бежала к лифту, забыв про гостя и про его маскировку.

Никита последовал за ней и уже в лифте, когда дверь на этаж открывалась, радость на лице девушки сменилась досадой. Она поняла, что её гость может напугать коридорную служанку. Но когда из лифта прибывших встретила меланхоличная Капитолина, на асконца она только кинула почти безразличный взгляд и глухо произнесла: «Ещё один асконец». Вот тут Марта испугалась сама.

– Что значит ещё один? – она точно помнила по рассказу Анитси, что асконцы, гостившие у неё, переодевались в ириканские платья.

– Даяна Бескровных сегодня предложила кров двум асконским беженцам, – также безразлично ответила Капитолина. – Сейчас они в комитете безопасности, выбивают гражданство. Как же! Там же Игорь Родон, надежда нации! Сотрудничества с ним ваша родительница добивалась очень долго. Будут перемены. Нутром чую.