Анастасия Торопова – Наследие ушедшей цивилизации (страница 40)
Крепкое сжатие её запястья вывело её из оцепенения. Трофим, пригнувшись, тащил её куда-то в сторону. Вскоре девушка увидела перед собой окно. Она увидела, как асконец разбил стекло обломком какой-то мебели и выглянул наружу. Затем он посадил её на подоконник и буквально выкинул девушку на улицу. Через секунду выпрыгнул сам. Трофим снова вцепился в запястье Марты и потащил её по узким проулкам, минуя большие коробки, как прикрытие, к той башне, на которую показывал ранее.
Кругом шла битва. Беглецы старались не ввязываться в неё. Да и с одним нейропаралитическим боротом это было бы глупо. Но на пути к башне им всё же пришлось встретиться с ириканским солдатом. Словно из-под земли та выскочила и взяла на мушку Трофима и Марту.
– Очень интересно, – протянула правительственный солдат, – асконец в рядах ополченцев. Это заинтересует моего капитана. Я советую вам сдаться и пройти за мной.
Но не успела она договорить эти слова, как рухнула на колени, словно подкошенный стебель травы. А затем – лицом вниз на землю. Марта отскочила и вскрикнула. За убитым солдатом стояла Элайза. Она медленно опустила дуло борота. И с интересом посмотрела на подругу.
– Элайза, ты не представляешь…– Марта хотела кинуться ей на шею, но та резко направила оружие на неё.
– Тихо! Не двигайся! Объясни ситуацию, – движением рукой с боротом она показала на Трофима.
Глаза её горели лихорадочным огнём. И это был не только огонь борьбы. Она тяжело дышала, лицо приобрело ещё больший землистый оттенок, только на скулах горел багровый нездоровый румянец. Но руки были тверды как никогда, и оружие в них ловко сидело, словно навсегда поместившееся в них.
– Мы хотим уйти, – начал Трофим. – Мы можем взять тебя с собой.
– Что?! – Элайза расхохоталась. – Это ты, червяк, вызвал правительственных солдат?
– Брось, Элайза! – вступилась Марта. – Как бы он мог это сделать?
– Он мог просто снять свою магнитную манжету, и его бы засекли разведчики.
Марта отпрянула от Трофима и с испугом посмотрела на него. Трофим даже разозлился:
– Честно говоря, я хотел это сделать. Да! Это первое, что пришло мне на ум. Вы же держали меня как узника и заставляли делать то, что мне не хотелось.
– Так ты ничего и не сделал, крыса! – выпалила Элайза. – Ты водил нас за нос.
– А что оставалось мне делать? Вы меня убили бы. Я вынужден был просить помощи… но не у вашего правительства. Я послал сигналы моему другу Нику через штрих код.
– Как ты мог это сделать? – Марта на всякий случай сжала в ладони свой борот.
– У него тоже манжета, и она посылает сигналы со штрих кода на одну волну со всеми, кто её носит. А я знаю его позывные, мы же учились в одной лётной школе… А аппарат я собрал из того, что мне принесли…
– Крыса! – ещё раз выругалась Элайза и заскрипела зубами.
– Да пошла ты!..– Трофим сплюнул. – Если хочешь, стреляй. Только тебе самой уже недолго осталось. Всегда ведь хочется, погибая, унести за собой ещё несколько жизней…
– Заткнись!!!
– Ведь для этого и была рассчитана ваша организация. Вы погибали, и вам ничего не оставалось, как погрузить город в гражданскую войну…
– Ты ничего не понял, асконец! И не удивительно – ты же асконец!
– Я всё понял, – Трофим устало опустился на землю, несмотря на нацелившийся на него борот. – Понял после того, как вы меня заперли и приказали изготовлять для вас генераторы. Всем уже известно, что я какой-то эксперимент Мартина Кари. Вам бы меня изучать… но вам это не надо… Вам нужна война. Так получайте же её.
– Трофим, скажи только одно! – кричала Марта, – Это ты вызвал эти стратолёты?
– Нет! Я вызвал Ника. И он должен ждать меня на этой башне. Пойдёшь со мной – ты жива. Подумай о сестре – она с ума… сходит, не знает, где ты. А мать? Ты совсем про неё забыла.
– Марта, – голос Элайзы стал хриплым и спокойным. Она опустила оружие. – Это не он вызвал солдат. Они бы не прилетели в таком количестве из-за одного асконца. Это кто-то из своих. Это предательство…
Марта подбежала к подруге.
– Бежим с нами, Элайза. Он говорит, что спасёт нас. И я… я ему верю. Не знаю почему, но верю…– Марта заплакала и обняла поникшую Элайзу за плечи.
Та расцепила руки подруги и оттолкнула её.
– Там умирают мои соратницы, – хрипло сказала она и повернула голову к Трофиму. – Спаси её, асконец.
Из-под нависшей грязной, когда-то золотистой пряди волос на Трофима взглянули отчаянные глаза, сверкающие в лихорадке ненормальной голубизной. Она улыбнулась потрескавшимися губами и подтолкнула Марту к Трофиму. Тот крепко сжал её плечи, чтобы та не вырвалась.
– Элайза, пойдём с нами, молю тебя! – Марта билась в истерике.
– Уходи, асконец!
Трофим затащил вырывающуюся Марту в проём башни и в последний раз взглянул на Элайзу. Та уже пряталась за камнем и отстреливалась от правительственных солдат, прикрывая отступление Трофима и Марты. Беглецы проникли внутрь башни. Марта всё ещё рыдала, но не сопротивлялась. У неё уже не было сил. Эмоции настолько захлестнули её, что разум просто выключился, а подсознание подсказывало: бежать.
Они бежали по стёртым от времени ступенькам, опираясь о каменные стены, поросшие мхом. Перила были почти разрушены, и потому им приходилось жаться к стене. До десятого пролёта было ещё очень далеко. Трофим спешил, он не знал, как долго может продержаться Элайза, прикрывая их, но за спиной пока было тихо.
Вот и заветная крыша башни. Старые гнилые листья, ветки деревьев, обломки невесть каких предметов – всё это больше походило на свалку. Ветер приподнял и погнал прочь жёлтую бумагу, что взлетела из-под ног Марты. Она огляделась, ей стало ещё страшней.
– А где твой друг? – спросила ириканка у Трофима.
Трофим энергично потёр затылок ладонью и выдохнул. Вокруг летали стратолёты. Они уничтожали друг друга, кружа на пятачке смерти. Но того заветного, которого ждал юный асконец, не было. И Трофима стали мучить сомнения, а получил ли Никита послание, жив ли ещё он на враждебной для асконцев территории? Всё это складывалось в очень нехорошую картину и заставляло нервничать.
Он оглянулся на Марту. Она стояла посреди крыши башни и вздрагивала от ветра, что теребил её изодранные рукава куртки. Марта молчала. Она словно вслушивалась во что-то. То ли в завывание ветра, то ли… Девушка вздрогнула и подняла на Трофима влажные глаза. Её губы искривились в рыдании и что-то произнесли.
– Что? – Трофим нахмурился. – Я не слышу тебя. Что случилось?
– Они прорвались! – закричала Марта. – Элайза… погибла.
С этими словами она рухнула на камни, поросшие мхом и грязью. Трофим подбежал к чердачному окошку и напряг слух. Он действительно услышал еле уловимые шаги и разговор где-то далеко на нижних этажах. Лишь на минуту он подивился необычному слуху Марты. Мысль, что же делать дальше, вытеснила все остальные. А делать нужно было что-то непременно и именно в этот момент. Он огляделся по сторонам: старые обломки какой-то мебели, камни, ветки деревьев. Трофим подскочил к куче мусора и стал выдёргивать один предмет за другим.
– Да не сиди ты, помоги мне! – крикнул он Марте.
Та, громко всхлипывая, поплелась к нему на помощь. Через некоторое время чердачное окошко было завалено всем, что удалось найти беглецам на старой крыше.
– Это ненадолго их задержит, – прошептала Марта.
Трофим кивнул и расстегнул куртку. Из-за пазухи у него вывалился тот загадочный цилиндр, которым он отбивался от ириканок.
– У тебя до сих пор с собой эта бесполезная штука! – устало возмутилась Марта, но с любопытством разглядывая, как Трофим откручивает крышку цилиндра.
Она не могла понять, что за странные пластины с проводами вытащил из цилиндра Трофим, и почему он так улыбается. Асконец соединил провода, подкрутил на пластинах клеммы и всю конструкцию надел на левую руку как раз напротив манжеты. Он выбивал какой-то ритм по микроточкам металлической тонкой, как игла, палочкой и смотрел в небо. Марта поняла, что Трофим всё ещё ждёт своих друзей. Он выстукивал позывные и что-то шептал сквозь стиснутые зубы. А Марта с тревогой смотрела на заваленное хламом чердачное окошко, сквозь которое с другой стороны уже кто-то пытался пробиться. Конструкция, которую соорудил Трофим из мусора, оказалась на редкость прочной, и для того чтобы её сдвинуть с места потребовалось бы больше чем один или два человека. Солдаты Ирика стали палить боротами, но энергия выстрела проходила мимо связующих креплений, и беглецы всё ещё выигрывали какое-то время.
Трофим, казалось, совсем не обращал внимания на то, что творилось у него за спиной. Он с надеждой всё смотрел в небо. И скоро небо одарило его за терпение.
Молодой асконец вскрикнул от счастья, когда среди дыма битвы и магнитных всплесков появилась маленькая «Рыжая молния». Она этакой смешной не по теме капелькой смело прорывалась сквозь баталии и уверенно шла к вершине башни.
Трофим смеялся и бил кулаками себя в грудь, выкрикивая странные воинственные возгласы. Марта запрыгала около него, трепала волосы и обнимала за плечи.
– Это Анитси, асконец! Это она!
– Да, это она. Более того – это ОНИ. Они живы и они летят за нами!
Ириканки не успели пробраться на крышу башни, как «Рыжая молния», сделав фирменный вираж, приземлилась около Трофима и Марты. А вот и сам Ник, сидевший на первом сидении рядом с Анитси, барабанил по стеклу и посылал другу одобряющие знаки. Открылись задние двери салона, и наружу высунулось развесёлое лицо Джонни.