реклама
Бургер менюБургер меню

Анастасия Тимофеева – Дракула: Клятва на крови (страница 8)

18

Влад мгновенно оказался рядом. «Покажи».

Он осмотрел её лодыжку аккуратными, уверенными движениями. Его пальцы были ледяными, но прикосновение не было неприятным. «Не сломано. Растяжение. Йон сделает компресс».

«Я… я не могу идти», – сквозь зубы прошептала она, чувствуя, как от боли темнеет в глазах.

Он посмотрел на неё, потом, без лишних слов, легко поднял её на руки, как тогда, в Бухаресте. «Тогда не иди».

Несмотря на холод его тела и сверхъестественную силу, в этот момент он не казался монстром. Он казался… просто сильным. И одиноким. Она, застигнутая врасплох, инстинктивно обхватила его за шею, чтобы не упасть. Так близко от него она чувствовала тот самый сложный аромат – мороз, старый камень, сушёные травы и что-то ещё, металлическое, глубокое.

«Вы… вы не устаёте?» – спросила она, чтобы разрядить напряжение.

«От ношения тебя? Ты легче, чем мои доспехи в свое время».

«Нет. Вообще. От всего этого. От бессмертия».

Он шёл ровно, не спотыкаясь о корни, неся её сквозь лес с неестественной лёгкостью. «Устаю. Но не так, как люди. Я устаю от времени. От повторения. От вида того, как люди наступают на одни и те же грабли, меняя только дизайн рукояти. Но усталость – это не сон. Это просто ещё один вид существования».

Он принёс её в дом, усадил на стул. Йон, вернувшийся к тому времени, быстро приготовил холодный компресс из трав. Влад стоял в стороне, наблюдая, и на его лице было странное, нечитаемое выражение.

Позже, когда Анастасия сидела у камина с перебинтованной ногой, он принёс ей книгу. Старый фолиант в кожаном переплёте.

«Что это?»

«Дневники одного итальянского купца, гостившего при моём дворе в Тырговиште. Неприятный тип, но наблюдательный. Здесь… – он открыл книгу на определённой странице, – здесь он описывает праздник. И танец».

Она посмотрела на пожелтевшие страницы, на выцветшие чернила. И вдруг, без всякого перехода, её охватило видение.

Зал, полный света от сотен свечей. Музыка лютней и волынок. Она, Лия, в платье из тёмно-синего бархата, с золотой вышивкой по подолу. Она смеётся, её щёки горят. А он, Влад, стоит у трона, одетый в чёрное и серебро, с тяжёлой цепью господаря на груди. Он не танцует. Он наблюдает за ней. И в его обычно строгих глазах – отблеск того же огня, что горит в канделябрах. Гордость. И что-то нежное, тщательно скрываемое.

Видение рассеялось. Анастасия вздохнула, чувствуя лёгкое головокружение.

«Вы… вы танцевали с ней?» – спросила она, ещё находясь под впечатлением.

Влад, стоявший у камина, покачнулся, как от лёгкого удара. «Нет, – сказал он резко. – Господарь не танцует на пирах. Это ниже его достоинства». Но в его голосе прозвучала фальшивая нота. Он солгал. Не ей. Себе.

В ту ночь Анастасии приснился не просто фрагмент. Приснился целый сон. Яркий, связный, как кино.

Она (Лия) крадётся по ночному замку, закутавшись в тёмный плащ. Она знает, что его кабинет – в западной башне. Стража пропускает её с почтительным кивком – все знают об её особом статусе. Она стучит, входит. Он за столом, склонившись над картами, лицо усталое и суровое при свете масляной лампы.

«Влад», – зовёт она тихо.

Он поднимает взгляд, и суровость тает. «Лия. Ты должна спать».

«А ты – нет?»

«Сны господаря – это бодрствование его врагов. Я не могу позволить себе сны».

Она подходит к столу, кладёт руку на его руку. «Позволь себе один. Всего на мгновение».

Он смотрит на её руку, потом на её лицо. Потом встаёт, отходит к маленькому, зарешеченному окну. «Сегодня я подписал смертный приговор двадцати боярам. За измену. Их семьи будут изгнаны. Дети станут сиротами».

«Ты сделал то, что должен был сделать, – говорит она твёрдо, подходя к нему сзади. – Чтобы Валахия выжила».

«Иногда я спрашиваю себя, – говорит он, и его голос впервые звучит неуверенно, – где кончается необходимость и начинается… жестокость. Где та черта, переступив которую, я перестану быть человеком».

Она обнимает его сзади, прижимаясь щекой к его спине, к грубой ткани дублета. «Ты человек, Влад. Самый сильный и самый несчастный из всех, кого я знаю. И пока ты задаёшь себе этот вопрос… черта ещё не перейдена».

Он оборачивается, обнимает её. Они стоят так, в тишине, нарушаемой только потрескиванием полена в камине и далёким воем волка в ночи.

«Станцуй со мной», – вдруг говорит она.

«Что?»

«Станцуй со мной. Здесь. Сейчас. Никто не увидит. Только мы и луна».

И он, после мгновения сопротивления, соглашается. Без музыки, в тишине, они медленно кружатся в лунном свете, падающем из окна. Его движения поначалу скованны, солдатские, но постепенно становятся плавнее. Она кладёт голову ему на грудь, слушает стук его сердца. А он, прижавшись щекой к её волосам, закрывает глаза. На его лице – выражение такого покоя, какой ему редко, когда удавалось знать.

Анастасия проснулась с этим чувством – чувством покоя, глубокой, трагической нежности – и слёзами на щеках. Сон был настолько реальным, что она ещё несколько минут лежала, чувствуя тепло камина (которого в её комнате не было) и запах воска и старого пергамента.

Она спустилась вниз на рассвете. Влад стоял на пороге дома, смотрел, как первые лучи солнца золотят вершины гор. Он услышал её шаги, но не обернулся.

«Ты видела?» – спросил он тихо.

«Да».

«Это был не просто сон. Это была память. Моя память. Она… просачивается в тебя. Как вода через треснувший сосуд». Он наконец посмотрел на неё. Его глаза были усталыми. «Я не хотел этого. Не для тебя. Ты должна жить своей жизнью, а не копаться в обломках моей».

«Это уже поздно, – повторила она его же слова, сказанные в машине. – Я уже в этом. И я хочу понять».

Он молчал, изучая её лицо, как будто ища в нём ответы на вопросы, которые не решался задать.

В этот момент с тропы, ведущей от перевала, появился Йон. Он шёл быстро, и его лицо было серьёзным. В руках он держал не дичь, а небольшой предмет, завёрнутый в тряпицу.

«Мастер, – сказал он, подходя. – Нашёл. На старой тропе к перевалу. На самом виду».

Он развернул тряпицу. Внутри лежал простой деревянный крест. Но не церковный, а грубо сколоченный из двух палочек. И он был обмотан колючей проволокой, концы которой были заточены и покрыты чем-то тёмным, ржавым. Серебром.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.