Анастасия Сычёва – Вызов прошлому (страница 47)

– Четыре месяца в общей сложности, но суть не в этом, – я поняла, что отмолчаться не получится, да и это был не самый лучший выход из ситуации. Тея была одним из самых близких мне людей, и потому для меня было очень важно, чтобы она поняла. Чтобы выглядеть ещё более убедительно, я села прямо и посмотрела серьёзно. – Ты же слышала, зачем Гровер вчера пришёл за мной?

В её глазах впервые промелькнуло что-то, похожее на неуверенность.

– Он сказал, что собирается шантажировать Блэквуда. Тобой. В противном случае он тебя убьёт.

Я широко развела руками.

– Как видите, я пока здесь.

– Насколько у вас всё серьёзно? – вдруг спросил Ричард. Моя сестра посмотрела на него сердито – вопрос был уже более располагающим к какому-никакому компромиссу, а она не собиралась сдавать позиции так быстро.

Я взглянула на него – журналист смотрел на меня внимательно, но без осуждения. Было видно, что он не сердится, хотя понять меня явно не может. Тея по-прежнему была настроена гораздо более воинственно.

– Более, чем серьёзно, – признала я.

Тея шумно вздохнула и повернулась было к раковине, но в последний момент снова посмотрела на меня.

– А о родителях ты подумала? Что они скажут обо всём этом? Или будешь им врать дальше, будто ничего особенного не происходит? Ладно, пусть это не он совершает жертвоприношения. Но ведь он всё равно убийца! Нам же Рыцари уже все уши про это прожужжали, да и Розмари не сильно от них отставала! А ведь она его сестра! Значит, она знает его лучше, чем кто бы то ни было!..

– Тея… – начала было я, но та меня перебила.

– Меня от него в дрожь бросает, если хочешь знать! Он же совершенно ужасный тип, которому ни в коем случае нельзя доверять!..

– Я всё слышу, – сообщил откуда-то из коридора Джеймс.

Сестра ойкнула и выронила металлический кофейник, который как раз доставала с полки. Тот с ужасающим грохотом покатился по выложенному плиткой полу.

«Ужасный тип» показался в дверях и задумчиво оглядел нас. Посторонний зритель не смог бы определить по его лицу, какое впечатление на него произвела эта беседа, но мне было видно, что он одновременно и позабавлен, и слегка раздосадован. Тея скрестила руки на груди и посмотрела на него с вызовом. Её решительность произвела на меня впечатление. Если она не врала, и Джеймс действительно её пугал, то держалась она более чем смело.

– Защита готова, – проинформировал Джеймс, будто ничего не заметил. – Определить ваше местоположение с помощью магии больше никто не сможет. А если всё-таки вас найдут, то не смогут войти в дом, по крайней мере, не сразу. Если кто-нибудь всё-таки явится за вами, тогда лучше сразу зовите на помощь, вызывайте полицию и пожарных, а заодно звоните Рыцарям. Маги всегда пытаются избежать огласки, чтобы из обычных людей никто не узнал о нашем мире, и поэтому ваши действия их напугают. Вряд ли они предпримут штурм. В доме вы, конечно, не заперты, но постарайтесь без нужды его не покидать. Джейн, мы едем?

– Да, – я поднялась, поймала его взгляд и улыбнулась ему. Джеймс ответил мне такой же тёплой улыбкой, и Тея растерянно кашлянула.

Над входной дверью я заметила символы, которые уже видела в коттедже в Марлоу. Кажется, Джеймс использовал их для защиты от вторжения… Уже на пороге я вспомнила о ещё одной вещи с интересом посмотрела на журналиста.

– Кстати, Ричард, не поделишься с нами, кто ты на самом деле?

– В каком смысле? – тот сделал вид, будто ничего не понял.

– В этом смысле, – я выразительно обвела рукой вокруг себя, указывая одновременно и на мозаичный пол, и на высокие потолки, и на огромные окна, благодаря которым в прихожей было совсем светло, несмотря на дождь и серость на улице. – Едва ли у журналиста «Time Out» хватит гонораров на такое…

Он вдруг смутился. Я видела это совершенно отчётливо и искренне удивилась. Тея и глазом не моргнула. Хотя у них двоих, вполне возможно, остаётся всё меньше тайн друг от друга…

– Родители подарили, – наконец признался Ричард. – Сам бы я столько, конечно, не заработал… Отец мне помогает – и на работу он меня взял, и вообще…

– Он у тебя главный редактор твоего журнала, что ли?

– Нет, – тут он усмехнулся. – Он владелец этого журнала. Бизнесмен и всё такое. Я же по совсем другой стезе пошёл.

– Ну ты даёшь, – восхитилась я и с пониманием протянула. – Так вот почему ты столько путешествовал…

– Конечно, – неохотно согласился Ричард. – Мог себе позволить. Я сам не дурак, конечно… Пишу неплохо, но не гений, и никаких великих открытий в области журналистики никогда не делал. Без отцовской помощи я вряд ли смог бы удержаться.

Он выглядел по-прежнему смущённым. Признание в том, что в карьерных и финансовых вопросах ему активно помогала семья, явно далось ему нелегко. Но зато честность вызывала уважение. Ребята тепло попрощались со мной и сдержанно – с Джеймсом. Открытой враждебности не было, но вряд ли сестра сможет быстро смириться с моим избранником. Но я твёрдо решила, что об этих вопросах пока рано беспокоиться. Нам бы заварушку с колдунами и Путешественниками пережить, а уже дальше можно будет задуматься обо всём остальном…

Телефон зазвонил, когда мы были на полпути к Лондону. Я успела задремать под равномерный скрип дворников по стеклу и не сразу пришла в себя. Джеймс достал из кармана куртки мобильник.

– Привет, Майкл, – его голос звучал чуть удивлённо. На этом имени я окончательно стряхнула с себя остатки сонливости. Как и для Джеймса, для меня этот звонок тоже был неожиданностью.

Что говорил Майкл, я не слышала, но длилось это недолго. Джеймс коротко сказал:

– Буду через полчаса.

– Что случилось? – спросила я, когда убедилась, что разговор закончен.

– Майкл просит немедленно приехать. Не знаю, что произошло, – маг оставался внешне спокойным, но я заметила, как поползла вперёд стрелка спидометра. – Однако его голос мне совсем не понравился. Что-то стряслось.

Я кивнула и больше ни о чём не спрашивала. У меня даже не возникло мысли, что звонок Майкла может быть ловушкой – скажем, это новая идея Алисии, как можно было бы выманить и схватить тёмного мага, который уже давно здорово отравляет ей жизнь. А Джеймсу, каким бы тёмным магом он ни был, даже не пришло в голову отказаться и заявить, что проблемы бывшего друга его нисколько не волнуют.

Приятно, что некоторые вещи не меняются.

В Ричмонд мы въехали даже раньше, чем через полчаса. Майкл открыл нам дверь сразу же, как и Тея, только вместо радости встречи на его лице было написано нечто совершенно противоположное. Его идеальная внешность тоже заметно растеряла свою идеальность. Фостер был мертвенно бледен – но не интересной бледностью байроновского героя, а нездоровой, благодаря которой его кожа приобрела мучнисто-серый оттенок. Тёмные волосы всколочены, совершенно больные глаза… В доме отчётливо пахло табачным дымом, и едва мы вошли, Майкл выудил из полупустой пачки сигарету.

– По-моему, ты не курил уже лет пятьдесят. Что на это скажет Роуз… – тут Джеймс внезапно оборвал себя на полуслове и стал мрачнее тучи. Резко, отрывисто он спросил. – Что с ней?

– Гровер жив, – только с третьей попытки ему удалось прикурить, и теперь длинными аристократическими пальцами Майкл нервно вертел зажигалку. – Он забрал её.

Джеймс на секунду прикрыл глаза, и от Майкла не укрылось отсутствие удивления от этой ошеломительной новости.

– Давно ты знаешь, что он жив? – мне показалось, он едва сдерживался, чтобы не ударить Блэквуда.

– Со вчерашнего дня, – сухо ответил тот. – Он вчера чуть не убил Джейн.

Майкл повернул голову и только сейчас заметил меня.

– Джейн, – он кивнул. Моё внезапное появление, да ещё в компании Джеймса, его сейчас явно интересовало меньше всего. Страх за Розмари вытеснил все остальные чувства.

– Что ему нужно? – осведомился Джеймс.

– Ничего, – Майкл скривился в гримасе, которая должна была изобразить саркастическую улыбку. – Роуз собиралась вернуться из Суррея после полудня. Потом мне позвонили с незнакомого номера. Гровер сказал, что забрал её. Что она пробудет в заложниках до последнего жертвоприношения. С ней всё будет в порядке только при одном условии – мы больше никак не будем вмешиваться в происходящее. Не совершим ни одного лишнего движения. Сукин сын! – взорвался он и яростно саданул кулаком по оконной раме. Какой-то случайный прохожий на улице, привлечённый звуком, остановился и посмотрел испуганно.

– И больше ничего?

– А тебе этого мало?

– Зачем он это делает? – тихо спросила я, обращаясь к Джеймсу. Я отчаянно, всеми силами сочувствовала Майклу и пыталась сосредоточиться на деле. – К чему выпускать Гровера на всеобщее обозрение? Он ведь всё это время пытался действовать скрытно.

Джеймс с полуслова понял, что я имею в виду Алана.

– Полагаю, дело в твоей сестре, – на его лице показалась странная, злая усмешка. – То, что знали ты, я – ладно, ведь мы были в центре событий и в тысяча восемьсот восемьдесят пятом. Но теперь в курсе происходящего и Путешественники, и твоя сестра, и Ричард. Всё, больше ни о какой тайне речи нет. Алан прекрасно понимает, что его инкогнито раскрыто. Теперь он будет выступать открыто, но целясь в самые больные места.

– Алан? – опешил Майкл, который, оказывается, внимательно нас слушал. Должно быть, наши слова потрясли его до глубины души: к нему даже на время вернулась способность удивляться. – Вы о чём?!