Анастасия Стер – Предел прочности (страница 14)

Мы подошли к коричневой двери без таблички с круглой, пошарпанной ручкой. Я постучала и сразу же открыла ее, не дожидаясь разрешения войти. Внутри было очень накурено и даже воздух окрасился в едкий желтоватый цвет из-за дешевого табака. Я увидела четыре стола, стоящие друг напротив друга, большой покосившийся шкаф, сейф и окно, которое было открыто и выходило на парковку — нас уже успели увидеть. За столом сидел хмурый полицейский и пил чай, прихлебывая так громко, что у меня заложило уши. Еще в кабинете был тощий парень, который возился с принтером у окна. Кажется, он просто бил по нему и матерился — Сэм, как отец техники, скривил лицо.

— У меня перерыв, — гаркнул коп с чаем, даже не посмотрев на меня.

— Одиннадцать утра, — отчеканила я, — завтрак прошел, обед еще не начался. — Отлично, Джулари, нас выгонят отсюда ровно через три минуты, — специальный агент Кларк. Мне нужно ознакомиться с отчетами по «Дескансо». Не займу много вашего времени.

— Мистер Брэйк, — сказал хмурый коп, изучая ордер, — а что у элиты есть вопросы по работе холопов?

Я пропустила его упрек мимо ушей:

— Мне нужно изучить отчет, так как я являюсь ответственной по этому делу, — я помолчала и добавила едким тоном, — и, кстати, прошу в следующий раз ставить меня в известность о любых продвижениях по Мексиканской мафии. У меня нет ни времени, ни желания мотаться по городу и искать крупицы найденной информации.

— Мисс Кларк, мы позвонили в офис и сказали куда и зачем едем. Ваш паренек сказал, что он идет с нами. Про ответственных мы были не в курсе, — я хмуро посмотрела на него и переглянулась с Сэмом. Это отложилось в моей голове, но разберусь я с этим позже.

— Отчет пока не закончен, но основное уже проанализировано. Вот. Если не брезгуете, присаживайтесь, — он дал мне папку и указал рукой на старый коричневый стул с порванной обивкой. Я спокойно села, положив ногу на ногу, и начала изучать написанное, пока Сэм интересовался вопросом о камерах.

В отчете были фотографии, чему я была очень рада. «Обычная облава», как сказал Пакс, не лучшее определение места преступления. По следам я поняла, что было взорвано, как минимум, три гранаты, причем кинули их не наобум: точно около входа — скорее всего готовились, пока агенты крушили дверь; около сейфа и прямо в центре подвала. Я заметила, что в самом углу был стол, причем не из дерева, а странного материала, типа нержавейки. Вокруг куча разбитого стекла. Возможно, версия про варку наркотиков не была обманом. Стекло достаточно толстое и видно уцелевшее горлышко — узкое, похоже на пробирку. Тут же есть и электрическая плита на одну конфорку, вся заляпанная, со следами пригари — явно на ней не обед разогревали.

На стенах есть брызги крови, но они выглядят неестественно. Даже если предположить, что это последствия выстрела, то следы не характерные — они расположены слишком ровно. Это организованный хаос. Ни одна капля не стекла вниз, да и пол в том месте чистый. Так не бывает. На бетонном полу много мусора и уже впитавшейся крови. Видны рваные следы от ботинок, но лишь маленькие кусочки подошвы. Я дошла до фото обручального кольца. По размеру действительно похоже на мужское. На фото видно маленький след от крови, внутри кольцо немного затерто — экспертизу сделать можно.

Я вчитывалась в заключения экспертов и мои глаза лезли на лоб от такой писанины. Никаких вывод, логических заключений. Это не отчет, а эссе по увиденному. Любой человек, обладающий критическим мышлением, сможет написать гораздо больше и даже придет к правильным выводам. Ощущение, что они составили его минут за пять до моего прихода.

— Скажите, а в голове у ваших экспертов присутствует причинно-следственная связь? — задала я очень бестактный вопрос, видя, что мистер Брэйк стоит, а его место занял Сэм и что-то смотрел на компьютере.

— Простите, агент? Вас что-то не устраивает?

— Да. Меня все не устраивает, — я встала, чтобы не смотреть на него снизу вверх — типичный психологический прием. На каблуках я была выше на голову, да и держалась намного увереннее, — фотографии отличные, видно даже пыль, но вот анализ сделан на коленке. Вот вы тут пишите, что снять отпечатки с бетона практически невозможно.

— Так и есть, — он поставил кружку на стол и заправил рубашку в штаны, — вам ли не знать, что работа с бетоном, особенно с полом, очень муторная и может не привести к результату, — он хмурился и говорил недовольным тоном.

— Окуривание суперклеем, мистер Брэйк, вот решение вашей проблемы. Пары цианоакрилата вступят в реакцию с веществами, которые содержатся в отпечатках пальцев, образуют белый налет. Его можно сфотографировать или сделать контраст и изучить, — я помолчала, видя, как краска медленно заливает его лицо и уши. — Я могу понять, что вы не знали этого, но вот экспертам в лаборатории такое не простительно, — моим голосом можно было зарезать человека.

— Агент Кларк, вы в своем ФБР, — он произнес это таким тоном, которым обычно говорят слово жопа, — можете сканировать даже воздух, финансы вам явно позволяют. Как вы можете заметить, нас государство не финансирует, уж простите. Делаем все, что в наших силах, — он взял сигарету из пачки, —надеюсь ваши легкие сделаны не из золота, боюсь осквернить это сокровище своими ядовитыми парами табака за восемь долларов.

— Посадите меня в биотуалет — я заткну нос прищепкой и буду делать свою работу так, как и должна. У вас нормальные условия для труда, как минимум есть стол, компьютер и даже чайник — этого достаточно, чтобы включить мозг. Ну, плохому танцору ноги мешают, правда? — Я ядовито усмехнулась, идя спиной к двери.

— Ваш отчет недействителен. Отвратителен. Я переделаю его, скажите это слово в слово своему начальству. Надеюсь больше мы с вами не встретимся, всего хорошего, — я вышла, не закрыв дверь, и пошла к выходу с прямой спиной. Остановилась я только у нашей машины, ожидая Сэма, который бежал за мной.

Из открытого окна выглядывал красный мистер Брэйк, пытающийся убить меня своими заплывшими маленькими глазами. Пусть встает в очередь моих недоброжелателей.

— И он еще пытается доказать мне, что с бетоном невозможно работать, представляешь? Да даже ребенок нашел бы способ, чтобы добыть отпечатки, — я рассказывала обо всем Нэро, пока резала салат. Телефон лежал рядом, поставленный на громкую связь.

— Не будь к ним слишком предвзята, Джулари. Тебе нужно все и сразу, но старайся сортировать задачи на главные и второстепенные, — я жадно ловила все хриплые нотки его спокойного, размеренного тона. — Вот, смотри. Отпечатки с бетонного пола. Скорее всего там будут следы от подошв, согласна?

— Да, но ведь могут быть и пальцы.

— Могут, но это не точно — не забывай о перчатках. Что тебе даст эта подошва? Размер ноги. Как он тебе пригодится? Да в общем-то никак. То есть это не настолько важная деталь, с которой стоит возиться. Лучше подумай над другими вещами.

Я задумалась над его словами, закидывая в рот помидор черри. Ведь на самом деле я просто хочу, чтобы передо мной развернулась картина с малейшими подробностями, но они не будут полезны для меня. От того что я знаю марку ботинка мафии, особо ничего не измениться. Вот так одной фразой он смог развеять всю агрессию, просто разобрав мою тактику работы.

— На самом деле я бы хотела понять мотивы мафии. Ну, то есть, узнать почему они вообще решили войти в синдикат. Я уверена, что просто так никто не согласился бы заниматься подобной деятельностью — очевидно, что поиграться и бросить не получится. Ну вот что ими правит, точнее, что такого случилось в их жизнях, что они захотели прибегнуть к власти.

Ответом мне была тишина. На секунду я подумала, что звонок прервался, потому что не было слышно ни единого звука. Я спросила на связи ли он и только после этого, спустя еще долгую минуту, послышался ответ.

— А зачем тебе это знать? Почему ты хочешь задать такие вопросы отбросам общества? — Тон Нэро как будто бы стал более вкрадчивым и еще более хриплым чем обычно. Меня немного смутило это, но все же я решила ответить.

— Потому что они точно какие же люди, как и мы с тобой, очевидно. Ничего в этой жизни не бывает просто так, поэтому я не верю, что обычный, самый нормальный мужчина в один момент теряет крышу и идет убивать. Есть исключения, конечно, но мы не рассматривает психически-нездоровых людей. А, вот если я смогу узнать историю, ну допустим, их Капо, то мне уже будет гораздо проще разобрать его поведение, возможно даже как-то помочь. Хочу знать мотивы Мексиканской мафии, это здорово поможет развалить на хрен их царство дерьма.

После этого я наконец-то заправила лимонным соком свой несчастный овощной салат, который резала полжизни, и начала ужинать, болтая с Нэро о стратегии и просто личной жизни. Я узнала, что он холост — приятный бонус, а еще не пьет и не курит, просто потому что не хочет губить свое здоровье. Обожает «Дивергент» и смотрел его бесчисленное множество раз, как и я, а еще решил стать агентом, потому что считает, что справедливость, честность и порядочность превыше всего.

— Слушай, а какие ты вообще преследуешь цели на службе? Может быть хочешь повышения или наоборот только и ждешь какого-нибудь громкого дела, чтобы расправиться с ним и уйти в отставку? — спросила я, когда телефон стал уже невыносимо горячий — четыре часа беспрерывного разговора дают о себе знать.