Анастасия Сова – Учительница сына. Будешь моей (страница 38)
Он продолжает дразнить меня спереди, чуть сжимая губки своими наглыми умелыми пальцами.
Но этого недостаточно, и ублюдок Громов прекрасно о том осведомлен!
Громов продолжает мучить меня, пока я буквально перестаю понимать, что реально, а что — нет.
Моя киска ужасно распухла и ноет от неудовлетворенного порочного желания. Я настолько мокрая, что влага уже оказывается на бедрах.
Всепоглощающее чувство неудовлетворенности вызывает во мне желание захныкать.
— Диана… — снова обращается ко мне Громов.
И я, больше не в силах это контролировать, прошу:
— Дай мне кончить, Вадим… Пожалуйста… я хочу кончить.
Сквозь прикрытые веки замечаю, как вспыхивают в этот момент глаза мужчины. Как в них зажигаются порочные победные огоньки.
— Еще раз, Диана… Хочу, чтобы ты повторила.
Любые действия в районе моей киски прекращаются.
А меня всю трясет, потому выбора не остается:
— Пожалуйста… Я хочу кончить…
С ума сойти!
Сама это прошу!
У него.
У Громова.
Сама не поняла, как он смог подсадить меня на острое удовольствие, о котором я теперь только и думаю.
Но моя просьба словно остается не услышанной. Вадим вовсе убирает руку и отстраняется.
— Я передумал, малышка, — меня насквозь прошибает разочарованием. — Мы не будем делать это здесь. Не хочу делить тебя с ними.
Глава 45
Меня вновь осеняет этим осознанием.
Не хочу делить училку даже с похотливыми взглядами. Хочу забрать себе и больше никогда не выпускать.
Если будет надо, снова привязать, но только бы оставить себе.
Но я просто не хочу признаваться, что втюрился, как малолетний пацан.
Не знаю, что именно сыграло такую роль: то, что отказывала долго, не побоясь даже многомиллионного долга, или что ее киска оказалась такой узкой, а эмоции, пока я ее трахал, такими искренними, что отпало всякое желание впредь потреблять суррогат.
Подзываю официанта. Прошу организовать нам номер в отеле, а ужин, который заказал, принести туда через несколько часов.
Тот уже через пару минут приносит ключ-карту от дорогого номера на последнем этаже многоэтажного отеля.
Диана выглядит уставшей, но заведенной. Порочное желание полностью охватило ее разум. Оно выжигает изнутри, не позволяя мыслить здраво.
И я чувствую то же самое. Похоть настолько сильная, что мне трудно справиться с желанием поставить училку раком на диванчик и отодрать.
Только сейчас замечаю, что на ее блузке нет ни единой пуговицы. И лишь благодаря объему ткани получалось скрыть наготу.
Сейчас же половинки сильно распахнуты, и я вижу, как полупрозрачная ткань лифчика обнимает ее сочные груди.
Стискиваю челюсти оттого, что эту прелесть может увидеть кто-то еще. Запахиваю половинки, скрывая свою учительницу от посторонних глаз. Никому не достанется ни кусочка.
Член натягивает ткань брюк. Налился кровью и пульсирует, болезненно ожидая, когда же я пущу его в дело.
Потому, как только вопрос с номером решен, я протягиваю мальчишке-официанту красно-оранжевую купюру, и тут же подхватываю на руки Диану. Несу ее к лифту, нажимаю нужный этаж. Ставлю девчонку на ноги.
— Это все отвратительно, ты же понимаешь? — спрашивает она меня в лифтовой кабине, усмехаясь сама себе.
— Твоя киска мокрая для меня — и это прекрасно, — констатирую совершенно другой факт.
Делаю шаг к ней навстречу, вынуждаю прижаться к стенке. Одной рукой опираюсь о блестящий металл чуть выше головы Дианы, а другой без особых препятствий провожу по ее нежным складочкам. Разношу по ним густую ароматную смазку.
Девчонка начинает дрожать. Сжимает ягодицы и подается навстречу моим пальцам. Умоляет продолжить, но я не собираюсь делать это здесь.
Хотя не получается удержаться оттого, чтобы не прикоснуться к набухшему клитору. Не сжать его пальцами, чтобы сдвинуть кожу и оставить совсем без защиты этот оголенный нерв.
Диана смотрит мне в глаза. Беззвучно умоляет не прекращать.
Понимаю, как сильно она хочет кончить, но мы не станем делать это в лифте.
Оказавшись в номере, укладываю Диану на кровать. Сам тут же нависаю сверху. Уже с трудом терплю, и терпение окончательно покидает меня, стоит лишь оказаться с училкой наедине.
Она вновь начинает мелко дрожать подо мной. Глаза молят о продолжении, и, кажется, нет картины слаще.
Не медля больше, вновь опускаю руку между ее разведенных ног.
Она доступная и мокрая и, пиздец, какая горячая там…
Мне нравится чувствовать власть над ее удовольствием. Сжимать в пальцах пульсирующую горошину и решать, когда ей можно будет кончить.
Проскальзываю к ее узкому входу. Толкаюсь внутрь пальцем. Неглубоко. Двигаю там пару раз. Моя кожа мгновенно увлажняется, покрываясь скользкой смазкой.
Чувствую, как пульсируют упругие стеночки ее лона, зазывая меня глубже. Диана до сих пор хочет кончить, но я не отдам это удовольствие просто так. Хочу, чтобы кончила на моем члене и знала, что только так ей будет доступен оргазм.
Только, блядь, со мной!
И я вырву яйца и руки любому, кто посмеет покуситься на то, что принадлежит мне…
Диана стонет и раскачивает бедрами, выпрашивая более глубокое проникновение.
Мои половинки раздвигаются напором твердого, точно каменная палка, членом.
Хочется заплакать оттого, как сильно я этого ждала.
Член давит на вход, но не входит. Лишь совсем немного погружает натуженную головку, но это движение заставляет меня хотеть лишь сильнее.
Громов склоняется надо мной. Впивается в губы страстным поцелуем. И я сама целую его так же неудержимо и горячо.
Крупный член все еще дразнит мою дырочку. Погружается чуть глубже, но снова выходит, не позволяя ощутить все в полной мере. Лишь будоражит мое желание, делая его нестерпимым.
— Нравится? — спрашивает Громов, оторвавшись от моих пульсирующих губ.
— Да… пожалуйста, Вадим…
Меня буквально уносит оттого, что происходит, а наглец Громов ловит каждую мою эмоцию.
— Сейчас будет еще лучше, Диана…
Громов отстраняется и ложится спиной на кровать. Меня подхватывает и усаживает на себя. Обвиваю ногами его талию. Пара мгновений, и твердый горячий член, наконец, оказывается во мне. Полностью. За один толчок.
Громов усаживает меня на себя, заполняя до предела. Вынуждая закричать и затрястись всем телом, потому что стеночки внутри стали настолько чувствительными, что сдержать эмоции невозможно.