Анастасия Сова – Учительница дочери. Ты сдашься мне (страница 6)
— Ладно, пиши. Но законные две недели отрабатывать придется. Как и помогать Артуру Александровичу. А если надумаешь нагадить — я тебе такую характеристику напишу, тебя ни в одной школе страны на работу не возьмут! Связей у меня хватает. Или вообще по статье уйдешь, с записью в трудовой.
К горлу подступает комок.
Ну, как же так?
Почему так?
Становится вдруг так плохо, что вот-вот накроет истерикой. Потому я замираю, безучастно глядя в одну точку перед собой. Мне требуется время, чтобы проанализировать полученную только что информацию.
Тамара Николаевна принимает мое состояние за согласие и победно произносит:
— Вот так бы сразу. Все нервы вымотала.
Тогда я не выдерживаю и признаюсь:
— Он приставал ко мне, понимаете? — это мой последний аргумент. Тамара Николаевна ведь тоже женщина, она должна понять. — Зажал у стены и…
Надеюсь, директриса войдет в мое положение, пожалеет и поможет как-то выпутаться из этой ситуации. Просить помощи мне больше все равно не у кого.
Но Тамара реагирует странно. Будто снова раздражается:
— И? Он что бомж какой-то? Или урод? Или калека?
Не сразу понимаю, к чему она клонит, потому хочу объяснить:
— Нет, но…
— С таким не грех и потрахаться. Не будь дурой, Кира! Такой шанс у тебя!
А я все еще не понимаю! Какой шанс? Из меня ночную бабочку сделать хотят! Чему тут радоваться?
— Ясно, — заключаю я в итоге.
Хватаю первый же попавшийся под руку листок и начинаю писать на нем заявление.
Глава 7
— Папа?! — голос дочери отрывает меня от очень важного занятия.
Мои пальцы гладят ткань трусиков одной огненной малышки. Она уже стала влажной, и мне не терпится растереть эту влагу по члену.
Это она только с виду скромная. А внутри пожарище горит. И я ощущал, как он же оседает на моих пальцах.
Клянусь, оставалось буквально несколько секунд до того момента, как я бы развернул девчонку и вошел сзади.
Люблю быть сзади.
Люблю трахать баб без лишних прелюдий. Вгонять член на максимум, и охренительные громкие стоны.
А эта девочка была бы громкой. Уверен.
Но тут пришла Мира и все обломала.
Оборачиваюсь в сторону дочери. Надо было номер в отеле снять, а не тащить шлюху домой. Но у меня просто не было на это времени.
— Кира Дмитриевна?! — следом дочь обращается к девушке, которую мне приходится отпустить.
Чего?
Они знакомы что ли?
— Ты почему не на занятиях? — уточняю, стараясь не показывать своего разочарования. Член колом стоит, и я готов завыть от раздражения.
— Так уроки давно кончились, да, Кира Дмитриевна?! — в привычной для себя Манере спрашивает Мира, глядя моей гостье прямо в глаза.
А та еще какое-то время испуганно хлопает ресницами, а потом выбегает.
— Пап, ты меня прости, но… моя класснуха?! — дочь кривится. — Хотя… не хочу ничего знать, — Мирослава вскидывает руки и отворачивается в сторону лестницы на второй этаж.
Вздыхаю. В штанах пожар. Я, конечно, не претендую на звание «отец года», но сейчас облажался по-полной.
— Она правда училка твоя? — кричу вслед дочери, но та лишь демонстративно закатывает глаза.
— Ладно, — успокаиваю себя. Но от размышлений меня отрывает дверной звонок.
На пороге вижу девушку. Стройную. Красивую даже. Но вульгарную через край.
— Виолетта, — она протягивает мне руку, а я вздыхаю.
Красота красотой, но после учительницы, если честно, шлак какой-то.
— Я передумал, — оглядываю Виолетту еще раз. Будто пытаюсь взвесить от чего отказываюсь. — Деньги можешь себе оставить, — имею в виду ту сумму, что перевел заранее на счет агенства.
— Давайте хоть отсосу по-быстрому? — предлагает деваха, кивая на мой здоровый бугор, от которого пухнет полотенце.
— Нахрен пошла! — отзываюсь я, и тут же закрываю дверь.
А вот от отсоса училки я бы не отказался. Уверен, ее губы на члене бы заебись смотрелись.
— Блядство! — ругаюсь, когда член снова дергается от очень реалистичных видений.
Опять иду в душ. На этот раз чтобы разрядиться. Хоть немного сбросить напряжение, потому что через два часа у меня очень важная встреча, и я не хотел бы все проебать из-за стояка в штанах. Бизнес у меня большой, и я не имею права на ошибку.
Домой возвращаюсь уже поздно. Мира уже спит, и я, пару минут постояв в дверном проеме ее комнаты, решаю последовать примеру дочери.
Вот только уснуть быстро не удается. Только закрываю глаза, а там она. Училка! Яйца кажутся переполненными, и я готов все отдать за возможность побывать у нее в ротике.
Ладно. Сегодня просто был тяжелый день.
— Артур Александрович, можно?
Вот так сюрприз!
Училка стоит на пороге моего кабинета и не решается пройти дальше. Закусывает губу так робко и сладко, что у меня сразу встает.
Ну, что, закроем гештальт, малышка?
— Одежду сними и полезай на стол, — не размениваясь на сантименты, приказываю я.
Тут же исполняет. Мгновенно.
Тянется к пуговицам на блузке и быстро расстегивает их дрожащими пальцами.
— Все снимай, — подсказываю я.
Учительница, выполнив, замирает, смущенно прикрываясь руками. Так забавно и наивно.
— А теперь на стол, — раздражаюсь оттого, что приходится повторять. Но тут же забываю о своем разрежении, стоит девочке выставить передо мной свою охренительную попку.
Шлепаю ее белые полушария.
Она вздрагивает и дергается. С моего стола летят на пол какие-то бумаги.
— Света, у меня совещание, — чуть склоняюсь вперед, чтобы дотянуться до кнопки селектора и предупредить секретаршу, что я занят. Края моего пиджака касаются влажных складок учительницы, и она издает порочный стон.
Член напрягается под брюками. Наливается кровью и пульсирует, болезненно ожидая, когда же я пущу его в дело.