Анастасия Соловьева – Забудь о любви (страница 45)

— Нет. Меня не будет всего три дня.

— Три с половиной! — поправляю его тут же. Потом крепко-крепко обнимаю и шепчу: — Я буду очень сильно скучать.

— Я тоже.

Когда дверь за ним закрывается, я подбегаю к окну и смотрю, как Богдан подходит к такси. Муж останавливается, медлит почему-то, а затем поднимает голову вверх и смотрит прямо на меня! Он почувствовал мой взгляд. Я улыбаюсь сквозь слёзы и машу ему рукой. Как же тяжело расставаться аж на целых три с половиной дня!

Когда эмоции немного стихают, я еду к папе. Его уже выписали из больницы, и сейчас он живёт в доме Аркадия и Анны Викторовны. Не скажу, что наши с отцом отношения вмиг стали прекрасными, но он действительно старается.

Уже который день папа не читает мне нотаций, об университете ничего не говорит. Я призналась, что подала документы на дизайнера интерьеров. Он напрягся очень сильно, полоснул меня недовольным взглядом, но смолчал. И это хороший знак. Если он пытается совладать со своей натурой, значит, и я смогу. Про Агату ведь ни разу не заикнулась, даже сегодня эмоции сдержала, хотя жаждала прыгнуть Богдану на шею и умолять его никуда не ехать.

Но он должен. И да, вместе с Агатой, потому что она ценный сотрудник.

— Привет, милая, — растерянно здоровается папа, когда я захожу на кухню. Юлиана тут же вскакивает со своего места, начинает суетиться. Я им помешала?

— Здравствуй, Лия, — приветствует меня домработница Мельниковых. — Ужинать будешь?

— Пока нет.

— Аркадий с Аней в театр пошли, на какую-то премьеру, — говорит папа, бросая на Юлиану странный взгляд. — Будут поздно.

— Жаль, я думала, мы все вместе поужинаем, — искренне расстраиваюсь я.

Аркадия и Анну Викторовну я видела в последний раз на свадьбе. Они казались мне такими важными, нарядными, будто сошедшими со страниц модного журнала. Да там все гости такими были! Я плохо запомнила сам праздник: череда поздравлений от незнакомых людей, море шампанского, фейерверков и роскоши, яркие вспышки фотокамер, пафосные речи ведущего и попсовая музыка. Кто точно получил удовольствие от свадьбы — так это Ева. Она затащила меня в уборную и призналась, что вечеринка отпадная. Я поддакивала, не зная, что сказать. Плевать на свадьбу, главное — мы с Богданом вместе, и я наконец-то в безопасности.

Всё закончилось в двенадцать ночи. Видимо, богатые мира сего не празднуют до самого утра. Я чувствовала себя безмерно уставшей, но Богдан моментально привёл меня в сознание. Он вышел из душа полностью голым, капли воды стекали по его идеальному телу, и усталость как рукой сняло. У нас ведь брачная ночь, не время для сна.

Воскресенье мы провели в кровати, лишь под вечер выползли из номера. А в понедельник начались рабочие будни.

— Как ты себя чувствуешь, пап? — спрашиваю я, присаживаясь за стол. Юлиана уходит куда-то, видимо, не желает нам мешать.

— Хорошо всё, — он задумчиво смотрит перед собой, долго молчит, нахмурив брови. Я начинаю волноваться.

— Точно? Или ты что-то скрываешь?

— Я собираюсь вернуться домой.

У меня земля из-под ног ускользает. Папа хочет вернуться в этот страшный город, которым руководят такие ублюдки, как Асманов? Это уму непостижимо!

— Но почему?

— Чужой я здесь, — поджимает губы отец. — Не на своём месте. Не привык я к таким шумным городам, да и на иждивении сидеть больше не хочу. Может, получиться восстановить бизнес. Аркадий согласен вложиться в мои магазины.

— Да какой бизнес, пап? Ты шутишь? Мы оба начали новую жизнь. Нельзя возвращаться в прошлое.

— Это у тебя новая жизнь, милая. Я своё отжил.

— Да тебе всего лишь пятьдесят! Вся жизнь впереди, — горячо возражаю я. — Продай дом и открой здесь свой бизнес. А что? Магазины везде нужны.

— Не всё так просто, Лия.

— Может, ты боишься перемен? Страшно начинать всё с нуля, но ты ведь не один, пап.

— Не знаю, милая. Посмотрим. Я ещё не принял окончательное решение.

Такой ответ меня не удовлетворяет, но на душе становится спокойнее. Уверена, папа одумается. Ему нечего ловить в нашем городе. Денег от продажи дома хватит на несколько лет жизни, если папа не захочет больше работать. Но вряд ли он сможет сидеть у телевизора да сутками пить пиво.

Дома меня ждёт одинокая постель. Я уже соскучилась по Богдану. Почему он не звонит? Наверное, занят. Захожу в инстаграм, мешкаю немного, но всё же открываю страницу Агаты. Вчера я нашла её во всех соцсетях, но сторис ещё не смотрела. Тормозила себя, убеждала, что так делать не нужно.

Сдаюсь.

Жму на кружочек, вижу фотографии из аэропорта, затем видео из иллюминатора. Облака, крыло самолёта. Красиво. На следующей сторис — аппетитная на вид еда, смех на заднем фоне и кусочек знакомой руки попадает в кадр. Это Богдан! Они ужинают вместе?

32

Страх и ревность тут же выползают наружу, грызут меня, мучают, не дают нормально дышать. Неужели он с ней? Почему не звонит? Я делаю глубокий вдох и выдох. Не помогает. Пальцы дрожат, когда я хватаю телефон, снимаю блокировку и открываю телефонную книгу. Хочу позвонить Богдану и спросить, где он, чем занимается, какого фига не присылает фотки, как обещал!

Секунда промедления. Жму на значок трубочки. Сердце надрывно стучит, ладони потеют.

Я сбрасываю вызов, пока не успели пойти гудки. Швыряю телефон в сторону и бегу на кухню, чтобы заварить себе кофе, приготовить десерт, выскоблить плитку до сияющей чистоты и пропылесосить всю квартиру. Лучше заняться уборкой среди ночи, чем доставать собственного мужа навязчивыми звонками.

Телефон звонит, когда я уже перестаю ждать весточки от Богдана. До боли закусываю нижнюю губу, в сотый раз напоминая себе, что причин для ревности нет. Это обычная командировка. Ничего более.

— Не спишь? — первым делом спрашивает Богдан.

— Как я могу заснуть, не поговорив с тобой? — возмущаюсь я, но мгновенно беру себя в руки и спрашиваю уже спокойный тоном: — Как дела?

— Отлично. Васнецов пригласил нас на деловой ужин, мы разговорились о новых достижениях в хирургии, обсудили, как будут проходить семинары. Встречей я доволен. Только устал немного.

— По голосу и не скажешь. Он у тебя слишком… взбудораженный.

— Я всегда такой после интересных дискуссий, — поясняет Богдан. — Энергия так и прёт, хотя организм требует отдыха. Забавное состояние.

— Круто! Интересно, я когда-нибудь испытаю это чувство?

— Конечно. Когда горишь любимым делом, по-другому невозможно, — уверенно говорит он.

Я впиваюсь ногтями в ладони, открываю и закрываю рот, проглатывая следующий вопрос. Почему мне никто не сказал, что сдерживать ревность — это так сложно? Головой ведь понимаю, что Богдан меня не обманет, особенно после того, что мы пережили. Но какой-то настырный червячок застрял внутри и грызёт, грызёт, грызёт. Долбит сомнениями по макушке.

— А кто был на этом ужине? — всё-таки лечу в пропасть.

— Денис и Агата. Они со мной везде.

— Понятно. Вы уже разошлись по номерам? — зачем-то уточняю я.

— Конечно, Лия. Или ты хочешь с Денисом познакомиться? — переходит он на шутливый тон.

— В клинике познакомлюсь. Я не поэтому спрашивала, — сбрасываю вызов, захожу в телеграм и нажимаю на видеозвонок. Богдан отвечает моментально.

Я радостно улыбаюсь. Он такой красивый! Чёрные сияющие глаза, лёгкая щетина на подбородке, чувственные губы, которые я готова целовать без остановки. Мне так его не хватает! Я безумно скучаю, все мысли только о нём.

— Забыла, как я выгляжу? — Богдан иронично вздёргивает левую бровь.

— Почти, — нарочно облизываю губы, знаю, что ему это нравится.

Отдаляю камеру, чтобы муж видел меня до пояса. Подмигиваю удивлённому Богдану и снимаю с себя футболку. Дома я лифчик не ношу, не вижу смысла. От тёмного пронизывающего взгляда замирает дыхание. Острое возбуждение простреливает тело, соски твердеют. В висках шумит. Я это не планировала, но захотелось сотворить что-нибудь безумное, несвойственное мне.

Если эмоции хлещут через край, нужно давать им выход. А секс — прекрасный вариант.

— Решила пожелать мне спокойной ночи? — его голос охрип, чувственные губы приоткрыты. Богдан пожирает меня голодным взглядом.

— Да. Ничто так не усыпляет, как голая жена в телефоне, — улыбаюсь я. От него заимствовала такую манеру разговора. А что, глупые шутки отлично сглаживают неловкость.

— Поставь телефон на стол и разденься полностью, — командует Богдан. В его голосе прорезаются властные нотки, отчего меня бросает в жар.

— Слушаюсь, — киваю я.

Стаскиваю шорты и кружевные трусики. Развожу ноги в стороны. Тяжело дышу. Мне нравится эта запретная игра.

— Сожми грудь, — требует Богдан. Наблюдает. Я подчиняюсь, глаза закатываю. Представляю его рядом. — Дотронься до себя.

Он командует мной, а я каждое действие исправно выполняю. Сжимаю соски, выгибаюсь, тихо стону. Озвучиваю свои фантазии. Когда я прикасаюсь к себе там, понимаю — разрядка близко. Глаза распахиваю, телефон поближе тяну, чтобы Богдан тоже всё видел. И кончаю, захлёбываясь его именем.

— А ты? — глупо спрашиваю, когда получается выровнять дыхание.

— А я получу своё в воскресенье, — отвечает он рваным голосом.

Чёрт побери, приятно же, когда мужчина сходит по тебе с ума. Напрасно я ревную. Богдан выбрал меня, а не Агату. И каждый раз это доказывает.