Анастасия Сиалана – Соцслужба для монстров. Люди на блюде (страница 26)
— Сейчас не время гадать, — сказал он наконец. — Я вызову гвардию. Оперативную группу тоже.
— Я не хочу оставаться здесь одна, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Это секундное проявление слабости заставило меня ощутить жар на щеках. Наверняка мой стыдливый румянец было видно даже в темноте, из-за чего я постаралась держаться к мэру спиной.
Грейфолл чуть помолчал, а затем произнёс хрипло и как будто нерешительно, в чем я сомневалась, наверняка слуховые галлюцинации:
— Тогда зайдёшь ко мне.
Я обернулась и подняла взгляд. Лицо мужчины было сокрыто в тени, но два золотых глаза горели решительностью, а не сомнением. Впрочем, как всегда.
— К вам? — Я была скорее удивлена и не верила своим ушам, чем действительно хотела услышать ответ.
— На чашку чая, — добавил дракон так, будто это было самым обычным предложением, которое он делает мне чуть ли не каждый день. — Пока ждём.
Я понимала, что должна отказаться, и все это выглядит странно, что Грейфолл не тот человек, ну или монстр, у которого я должна искать утешения ночью, но стоять в вечерней прохладе одной в нескольких метрах от кого-то… Или чего-то, что уже начало разлагаться, мне не хотелось.
И, скорее всего, я этого не выдержала бы.
— Да, — прошептала я, наконец. — Пожалуйста.
Глава 16. Дом дракона
Дом Грейфолла встретил меня не так, как я ожидала, и это само по себе сбивало с толку. Я почему-то заранее представила внутри холодные каменные стены, пустоту и запах пепла, будто он живёт не в доме, а в продолжении мэрии, в ещё одном кабинете без окон и с кострищем где-то в глубине.
Но стоило мне переступить порог, как я ощутила тепло, непривычно сухое, не человечески уютное, к которому я привыкла с детства, когда дом всегда пах хлебом, свежестью и чужим присутствием, а другое — словно пространство здесь было преддверием перед проснувшимся вулканом.
В прихожей не было ничего лишнего, ни случайно оставленных вещей, ни мелочей, которые обычно свидетельствуют о привычной жизни, и эта аккуратность выглядела почти пугающе, потому что являла собой не комфорт, а контроль и излишний порядок.
Я шагнула дальше осторожно, всё ещё чувствуя, как холод улицы держится под кожей, как будто я принесла его с собой вместе с запахом крови, который мне теперь мерещился в каждом вдохе. Мне казалось, что даже здесь, за закрытой дверью, я всё равно не могу до конца убежать от угрозы на моём пороге.
Грейфолл закрыл дверь за моей спиной, и щелчок замка прозвучал неожиданно громко, почти окончательно отрезая внешний мир, оставляя где-то там мой дом, мою улицу и то, что ждало у входа, словно оно могло просто остаться на другой стороне, если я не буду о нём думать.
От этой мысли стало только хуже, потому что я понимала: оно не останется в стороне. Оно уже проникло внутрь меня страхом, опасениями и хаотичными мыслями.
Я неловко сжала пальцы, не зная, куда деть руки, чувствуя себя чужой в этом пространстве, слишком маленькой и слишком живой для дома существа, которое само по себе казалось частью чего-то древнего, великого и не принадлежащего человеческому миру.
Грейфолл прошёл мимо меня вглубь кухни, его шаги были ровными, спокойными, будто ничто из произошедшего не могло выбить его из равновесия, и именно эта тихая уверенность почему-то пугала меня даже сильнее, чем если бы он проявил хоть толику тревоги.
— Сядь, — сказал он через плечо, кивая на стол в небольшой кухне.
Это не прозвучало приказом, но и приглашением тоже не стало, скорее, констатацией. Я послушалась, потому что стоять столбом посреди комнаты казалось ещё более неловко, будто я готовилась в любой момент броситься к двери и сбежать.
Стул оказался массивным, деревянным, и когда я отодвинула его и села, раздался громкий звук, который нарушил тишину слишком резко. Захотелось даже поморщиться от этого внезапного контраста, но я сдержалась. Не дай архивы Грейфолл примет это мое проявление на свой счет.
Я сидела, ощущая, как напряжение вцепилось в плечи и не хотело отпускать. Пульс зашкаливал и подбирался к горлу, а ладони оставались ледяными, хотя в доме было тепло. В голове снова и снова всплывал коврик у моего порога, буро-красные потёки, размокшая бумага и запах металла.
Почему именно мой дом? Почему именно сейчас? И почему мне вообще казалось, что я могу заниматься интеграцией и поправками без каких-либо существенных последствий, будто город позволит мне делать это спокойно? Тоже мне миссия. Не много ли на себя взяла?
Грейфолл поставил чайник на плиту, и это бытовое движение выглядело почти неправдоподобно. В моей голове образ дотошного и властного мэра-дракона никак не вязался с Маралианом, моим соседом, угощающим меня чаем. Как будто он должен был существовать только в зале заседаний, среди подчинённых и отчётов, а не здесь, на кухне, рядом с чайником, плитой и... Мной.
Он достал две чашки, и от этого мне стало не по себе, ведь число сосудов означало не формальную вежливость, а реальное взаимодействие. Он действительно собирался сидеть со мной за одним столом, вести беседу и смиренно ждать хранителей правопорядка.
Я вдруг осознала, что никогда прежде не оставалась с темным мэром наедине вот так, без людей вокруг, без привычной рабочей дистанции, и эта мысль заставила меня почувствовать себя ещё более неловко, как будто я нарушила какое-то негласное правило: не пей с начальством чай у него дома, это нарушение субординации!
Тишина в этом доме была иной, чем тишина в отделе или даже у Лайфера, потому что с ними молчание не давило, оно просто существовало рядом, а здесь оно становилось отдельным персонажем, прилипчивым и излишне внимательным.
Мне хотелось заговорить хотя бы для того, чтобы убедиться, что я всё ещё в реальности. Что это не сон, не наваждение, а дракон передо мной не исчезнет от любого неосторожного слова. Ну или не откусит мне голову. Тут уж куда кого фантазия заведет.
16,2
— Вы… — Я кашлянула, прочищая горло. — Вы часто работаете допоздна? — спросила я, наконец, понимая, насколько это глупо, но в голову не пришло ничего лучше.
Грейфолл бросил на меня короткий взгляд.
— Часто.
Ответ был непривычно лаконичным: коротким, точным, закрытым. Обычно Грейфолл не скупился на реплики и поддевки. Казалось, что без привычных пререканий и язвительности ему попросту больше нечего было говорить, вот ответы и стали односложными.
Я кивнула, и снова наступила пауза, в которой я ощущала себя не гостем, а случайно занесенной сюда соринкой, оказавшейся не в том месте и не в то время.
Я не должна быть здесь. Я должна быть дома. Но у дома лежало что-то, что пахло кровью. Это зловоние теперь надолго застрянет в моей памяти.
— Я не думала, что вы окажетесь рядом, — вырвалось у меня тише, чем я хотела, и я сразу пожалела об этом. Осталось перейти на писк, чтобы окончательно стать в глазах дракона тревожной массой, а не профессионалом.
Он не ответил сразу, и это молчание заставило меня напрячься ещё сильнее, будто я сказала что-то лишнее. Наконец он произнёс:
— Я проходил мимо.
Проходил мимо. Как будто мэр города просто мог проходить мимо моего дома поздним вечером. За все время моей жизни на этой улице я встретила его лишь однажды, а тут он оказался рядом в самый нужный момент. Подозрительно.
Я не спросила, куда он шел. Я не была уверена, что хочу услышать ответ.
Чайник начал тихо закипать, и этот звук вдруг показался более живым, настоящим и правильным, чем все вокруг.
Грейфолл поставил чашку передо мной, и я заметила, как аккуратно двигались его пальцы, сдержанно, почти бережно, будто в нём действительно было больше контроля, чем силы.
Я обхватила чашку ладонями, чтобы занять руки, хотя чай ещё не был налит, и почувствовала, как дрожь всё же пробивается, несмотря на попытки держаться.
— Гвардия быстро приедет? — спросила я, потому что мне нужно было услышать хоть что-то. Молчание погружало меня в тревожные мысли, а я старалась избежать этого всеми способами. Пусть даже одним из них была беседа с закрытым темным мэром.
— Быстро, — сказал он. — Я сообщил.
Я кивнула снова, но тревога не уходила, потому что дело было не только в ожидании гвардии, а в том, что уже случилось, и это невозможно было отыграть назад.
Кто-то пришёл к моему дому. Кто-то оставил это там. И кто-то хотел, чтобы я нашла это.
Я почувствовала, как внутри поднимается первобытный страх, не панический, а вязкий, глубокий, неизбежный. Город вдруг перестал быть просто странным местом работы, а обратился угрозой. Реальной.
— Айви.
Я подняла взгляд слишком быстро. Мэр смотрел прямо, и от этих прожигающих насквозь глаз было трудно спрятаться.
— Ты понимаешь, что это не шутка.
Это не был вопрос, и мне стало стыдно от того, что я до последнего пыталась убедить себя в обратном, пыталась думать, что всё это может оказаться неудачным розыгрышем. Я сглотнула.
— Я понимаю.
Но на самом деле я пыталась не понимать. Пыталась держаться за иллюзию, что всё ещё можно обратить в пустяк.
— Это из-за поправок? — спросила я тихо, потому что эта мысль уже сидела во мне, и я не могла её не произнести. — Из-за того, что мы делаем?
Грейфолл чуть прищурился, и в этом движении было что-то опасное.
— Возможно.
Он ответил осторожно. Слишком неоднозначно для него. Обычно дракон не берег мои чувства, и от этого стало ещё страшнее. Если даже он не хотел говорить вслух очевидное, значит, всё действительно серьёзно.