Анастасия Шерр – Саид 3. В огне (страница 7)

Не спеша, словно намеренно оттягивая время, Елисей позвонил в ресторан, заказал кофе и завтрак. Потом прошёл к креслу напротив и уселся в него. Саид внимательно наблюдал за ним, чувствуя, что за этой медлительностью скрывается нечто важное.

– Кое-что есть. Не знаю, порадует тебя это или огорчит…

– И? – по позвоночнику прошёл разряд тока и замер где-то в районе лопаток. Наверное, чтобы потом взорваться болью.

Страх… Какое же это жуткое чувство. Лучше бы он никогда его не ощущал.

– Тебе этот мужик не знаком? – на стол легла фотография, и Саид подался вперёд, прилипая к ней взглядом. Мгновенно по телу расплескался яд и заструился по венам.

– Она у него? – голос не дрогнул, но сперло дыхание. В груди тяжко заныло то, что там ещё осталось.

– Пока непонятно. Удалось кое-что узнать в одной из больниц в том районе, где исчезла твоя девушка. Несколько месяцев назад этот мужик привозил к ним беременную девушку. Выкидыш. Её спасли, а потом, спустя неделю, она сбежала из больницы. Больничка так себе. Бюджетная. Камеры есть, но они не работают. Судя по описанию, которое мне дала медсестра, очень похожа на твою. Твоя была беременна?

В глотке запекло от горечи и отвратительного предчувствия.

– Нет. Не была. А откуда у тебя его фотка? – На снимке Шамиль куда-то шёл по узкому коридору, и снимающему его удалось запечатлеть лишь профиль. Но своего сумасшедшего братца Саид, конечно же, узнал. – Ты нашёл его?

– Медсестра сделала снимок. Лицо его ей сразу не понравилось. Девушка не на шутку перепугалась, когда он вломился в больницу с пострадавшей женщиной на руках. А потом, когда он пришёл проведывать её в палате после случившегося несчастья, она втихаря сфотографировала этого «красавца». Я его пока не нашёл, но раз вы знакомы, может, расскажешь мне об этом парне?

ГЛАВА 8

Саид долго смотрел на фотографию братца в руке, пока вены наполнялись яростью и гневом. О Шамиле-то он и позабыл. Оказывается, очень зря. Этот злобный шакал вышел из лечебницы и теперь явно настроен на месть.

Нужно было покончить с ним еще в лечебнице. Зря послушал отца и дал Шамилю шанс уйти. Саид никогда не играл в благородство, и не стоило начинать.

А теперь этот человек удерживает Надю. Он держит самого Саида в заложниках этой ситуации. Но вот что странно: почему он до сих пор не вышел на связь и не выдвинул условия? Зачем так долго выжидать? В чем смысл этой игры?

Или всё это просто совпадение, и Шамиля видели с другой? Потому что Надя не могла быть в том положении, о котором говорил Молох. Не могла. Или все же… Неважно. Просто не могла, и всё.

– О чём задумался? – Молох отвлекся от дороги, мельком взглянув на Хаджиева.

– Думаю, зачем я еду в эту больницу. Почти уверен, что это была не она. Кстати, у тебя ведь есть её фото. Почему не показал той медсестре, с которой говорил? – Саид поймал едва заметную ухмылку Елисея. Тот показал.

– Хотел, чтобы ты сам всё услышал. Ты же рвался участвовать в поисках. Наслаждайся. Мы, кстати, приехали.

Саид вышел из машины и огляделся. Совсем рядом. Всего час езды от дома. Неужели она была здесь? Ходила по этой аллее, по этому тротуару? Верилось с трудом. Хаджиев вдруг поймал себя на мысли, что и сам начал терять веру, как и все остальные. Как её родители, как Вербин. Неужели он тоже перестал верить, что однажды снова коснется её, почувствует запах желанной женщины?

Он тряхнул головой, прогоняя эти мысли. Нет. Он не такой, как они. Он не имеет права на ошибку.

Сделав знак охране оставаться в машинах, Саид зашагал за Молохом. Внутри больницы до тошноты пахло лекарствами и антисептиком. Хаджиева передернуло, что не укрылось от пронырливого Елисея.

– Да, клиника не из тех элитных мест, к которым ты привык. Но чуть получше, чем в заключении. Раз в десять.

Саид криво усмехнулся.

– Потрепало же тебя.

– А то. Женщины – зло.

Одно такое «зло» с большими перепуганными глазами и прокрашенной светлой копной волос они увидели за стойкой, отдалённо напоминающей ресепшн.

– А вот и наша героиня, – ухмыльнувшись, подметил Молох. – Пойдём, поспрашиваем ещё раз. Чтобы душенька твоя успокоилась.

Хаджиев пропустил его подколку мимо ушей и направился к девушке, что уже растянула губы в уставшей улыбке.

– Добрый день. Чем могу помочь? Если вы к Николаю Палычу, то его сейчас нет, срочная операция… – запал девицы мгновенно утих, когда из-за спины Саида появился Елисей. – А-а-а, это вы… Я же вроде всё рассказала в прошлый раз, – она заметно побледнела.

– А ты ещё разок расскажи, красавица. Вот этому человеку, – Молох облокотился на стойку, отчего та затрещала и едва не накрыла собой девчонку. – И давай так же честно, как рассказывала мне. А я тебе конфетку дам, – он протянул блондинке шоколадный батончик, и та робко приняла его.

– Да там и рассказывать-то нечего… Моя смена тогда была. Ворвался этот мужчина с девушкой на руках. У неё потеря ребёнка случилась. Николай Палыч её сразу в реанимацию, откачали. Мужчина навещал её, а потом девушка вдруг исчезла. Сбежала, то есть. Документов при ней не было, а в полицию Николай Палыч побоялся обратиться. Вот и всё, – девчонка пожала плечами, разорвала упаковку батончика.

Хаджиев вздохнул, повертел в руке телефон. Одна секунда до того, как он узнает, Надя это была или нет. От этого жутко так, что внутри всё задрожало. И он не знал, что на самом деле хочет услышать. То, что это была Надя, потерявшая дитя, или то, что это была не она, потому что её здесь быть не могло по одной простой причине?..

Помедлив с минуту, он разблокировал гаджет.

– Глянь на снимок. Это она? – он повернул телефон экраном к девице, и та, прищурившись, пригляделась. Тут же отрывисто кивнула.

– Да. Точно она. Я запомнила, потому что случай был тяжёлый, а ещё её муж… Он угрожал Николаю Палычу, чтобы тот держал язык за зубами. Жуткий тип. Видать, сам её и довёл, гад такой.

– Он ей не муж, – оборвал девицу Саид, и та захлопнула рот.

– Ладно, пойдём. Всё, что надо, у нас уже есть, – хлопнул его по плечу Молох, но Саид будто к полу прилип, не в силах двинуться.

– Скажи, эта девушка… С ней всё хорошо было на тот момент, когда она исчезла?

Медсестра неуверенно пожала плечами.

– Сложно сказать. Она на поправку пошла, да, но всё равно ведь не долечилась. Так что – кто знает.

Вышли на порог. Молох закурил, глубоко затягиваясь едким дымом.

– Ну что? Полегчало?

Саид поднял на него потерянный взгляд, нахмурился.

– Она жива.

– И? Это что, плохо?

– Не плохо.

– Слушай, ну потеря ребенка – это, конечно, тяжело, но в остальном новости хорошие. У нас есть след, а это главное. Остальное… – Елисей выронил сигарету, когда Хаджиев резко схватил его за лацканы пальто.

– Хорошие? Хорошие, ты считаешь?! – Саид встряхнул его, в глазах полыхнула ярость. Елисей с трудом освободился и слегка оттолкнул его.

– Эй, остынь!

– Я не могу остыть, пока она в руках у этого злобного зверя! Он совершенно неуправляем, понимаешь? А я тут по клиникам бегаю, вопросы задаю. Чтоб тебя… – Саид уперся руками в стену и сильно тряхнул головой. Новость о том, что Надя ждала ребенка, оглушила его, а когда он осознал обстоятельства случившегося, перед глазами на мгновение потемнело.

И всё же… ему стало легче. Настолько, насколько это вообще было возможно. Потому что она была жива. Она существовала, вопреки всему, что ему твердили окружающие. Она была здесь, в этом самом здании, всего несколько месяцев назад – уже после того, как он похоронил ту неизвестную женщину. Значит, Надя в этом городе. Дышит с ним одним воздухом.

– Мы её найдем, – раздался за спиной спокойный голос Молоха. – Слышишь? Новости действительно обнадеживающие. Потому что она жива, и теперь ты об этом знаешь наверняка. Всё остальное мы преодолеем.

– Преодолеем, – Саид закрыл глаза, на мгновение представив её лицо. – Ты только потерпи, кукла. Я уже близко.

– Сейчас прослезюсь. Может, пойдем уже? Холодно здесь стоять.

Саид не шелохнулся, продолжая жадно хватать ртом ледяной воздух, будто до этой минуты он не дышал полгода. Только сейчас он по-настоящему ощутил вкус надежды – израненной, но живой. Только сейчас понял, что в нем еще осталось что-то человеческое.

Надя жива. Осталось только найти её. И он найдет, даже если придется выжать из себя и Молоха все силы. Он найдет её, а Шамиль сполна заплатит за каждое мгновение её боли.

ГЛАВА 9

Шаги отца услышал ещё в приёмной. Саид с детства их узнавал. И первое время в новой семье ждал их каждый день. Когда отец приезжал домой, Саид, обгоняя старших братьев, мчался к порогу, чтобы первым обнять единственного родного человека.

Та привычка уже давно исчезла, но сердце заколотилось, как в детстве. Он уже хотел было отправлять людей на поиски загулявшего старика и где-то в глубине души начинал ощущать тревогу.

И снова ненавидел себя за слабость, за то, что позволил доктору Смирновой разбудить в нём эти поганые чувства. Без них было лучше. Без них было хорошо.

Когда дверь в кабинет открылась, поднялся с кресла, шагнул из-за стола.

– Отец? Рад тебя видеть, – окинул Хаджиева-старшего пристальным взглядом. Что-то в нём изменилось. Причём сильно. Исхудал и как будто даже сильнее поседел. С чего бы это?

– Здравствуй, сын, – Саид пожал отцу руку и вдруг поймал на себе его взгляд. Виноватый, угрюмый. Почти болезненный.