Анастасия Шелест – Закон треснувшего корешка (страница 10)

Теряясь в жутких догадках, я настороженно повожу плечом. Оно двигается легко, словно и не было никакой раны. Марк наклоняется ближе, игриво улыбаясь, и говорит:

– Ну вот и все. – Подушечкой большого пальца он оглаживает мой подбородок, и я все-таки дергаюсь назад от этого неуместного прикосновения. Марк усмехается, откидывая русые волосы набок, и поворачивается к Лоре. – Довольна?

Тяжелый вздох красноречивее любых ответов. Лора закатывает глаза, покачивая головой:

– Не обращай на него внимания. Он просто хочет тебя впечатлить.

У него получилось. Не знаю, как у них, но в моем мире ссадины не исчезают от прикосновений. Кожу все еще покалывает, и я растерянно киваю Лоре. Вместо очевидных вопросов из меня вылетает смущенное «спасибо». Марк окидывает меня долгим взглядом и довольно хмыкает.

– Сочтемся, птичка.

Следовать совету Лоры не так просто. В опустившейся тишине я все еще слышу бархатные нотки его голоса и прикрываю глаза, борясь с желанием мотнуть головой, чтобы прийти в себя.

Слишком много впечатлений для одного дня. Слишком много странностей.

Где вообще Берт? Он обещал, что скоро вернется, но прошла уже целая вечность.

– Слушай, Теодора. – Лора подходит ближе, переминаясь с ноги на ногу. Она порывисто наклоняется и заговорщицки шепчет. – Это правда? То, что Берт написал. – Лора быстро облизывает губы, глядя на меня с неподдельным любопытством. Осознав, что я совсем не понимаю вопрос, она добавляет. – Про ритуальный кинжал.

Я медленно выдыхаю и закусываю губу. События в парке кажутся далеким воспоминанием. Словно и не со мной это было. Может, и не было ничего. Заманчивая мысль, но все-таки я сделала то, что сделала, сколько бы ни пыталась это отрицать.

Лора ждет ответ, затаив дыхание, и я неуверенно пожимаю плечами.

– Это вышло случайно. Я испугалась, и рука сама дернулась. Я не хотела никого ранить, он сам подошел. – Я опускаю голову, рассматривая серебристый узор на синем ковре.

Тишина звенит. Я беспокойно скребу ногтями ладони, ожидая приговор. Лора переводит на Марка тяжелый взгляд. Он пару секунд смотрит на нее в ответ, а потом взрывается громким заливистым смехом.

– Она даже не понимает, о чем ты говоришь. – Марк делает шаг ко мне и опускается на корточки, вглядываясь в мое лицо. – Ты просто прелесть, птичка.

Хочется треснуть его чем-нибудь тяжелым, чтобы стереть с лица снисходительную торжествующую ухмылку, но вместо этого я в растерянности наклоняю голову. Может, хоть он объяснит, в чем дело.

Осуществиться моим надеждам не суждено. Дверь открывается, впуская обрывок фразы, явно нам не предназначенной:

– …если ты вечно создаешь проблемы. Нельзя просто тащить в Академию кого попало, – отрывисто чеканит низкий голос.

Я оборачиваюсь, напряженно сжимаясь. В комнату входит Берт и еще один парень, до жути на него похожий. Те же широкие брови, четкий овал лица и яркие черты, только вьющиеся волосы не торчат хаотично, а аккуратно уложены назад. В медовых глазах нет и намека на веселье и непринужденность Берта, движения выверенные и четкие, ни одного лишнего жеста, никакой неоправданной торопливости.

Они одинаковые на первый взгляд, но, если присмотреться внимательнее, отличия бросаются в глаза. Братья? Близнецы? Самые непохожие близнецы, которых я встречала. Впрочем, я их не так уж и много видела.

Берт сконфуженно морщится – вряд ли он хотел, чтобы кто-то услышал их разговор, – и кивает мне:

– Теодора, это Эрик. Эрик, Теодора.

Эрик смеряет меня коротким тяжелым взглядом и сухо кивает, проходя дальше в комнату. Я даже не успеваю кивнуть в ответ и приподнимаю брови. Да и пожалуйста. Я не друзей сюда заводить пришла.

А зачем вообще я сюда пришла?

Эрик опускается в кресло и, не тратя время на вежливость, коротко поясняет:

– Старший Совет занят. Отец скоро подойдет.

Значит, все-таки братья. Об этом тоже можно было предупредить.

Взгляд Эрика останавливается на Марке. Тот распрямляется, перестав пристально и пугающе рассматривать меня, но отходить не торопится.

– Тебе совсем не обязательно присутствовать, – холодно бросает ему Эрик.

Грубость вызывает у Марка ленивую улыбку, и он наконец-то отходит, вальяжно опускаясь в кресло напротив:

– Повезло, что у меня нет более важных дел. – Легким движением руки Марк зачесывает русые волосы набок, спокойно встречает взгляд Эрика и хмыкает. – Жаль, что ты не можешь меня выставить, а?

Миленько у них тут. Атмосфера дружелюбия и взаимовыручки просто витает в воздухе.

Лора закатывает глаза и опускается на коричневый диванчик. Она бездумно вытягивает лист бумаги из стопки на стеклянном журнальном столике, и ее пальцы быстро складывают его, проглаживая сгибы.

Я завороженно наблюдаю за уверенными движениями тонких пальчиков, когда на мое плечо опускается теплая ладонь.

– Ты как? Смотрю, Лора справилась отлично. – Берт виновато улыбается, разглядывая порванный рукав рубашки. Он бегло касается места, где еще недавно кровоточила рана, но тут же отдергивает руку.

Возвращение Берта развязывает плотный узел напряжения, и я даже забываю, что он оставил меня одну. Главное, что он вернулся, и теперь мне не приходится быть третьей лишней рядом с Лорой и Марком.

Лора задирает голову, растягивая лиловые губы в улыбке, и, отложив журавлика из бумаги, тянется за новым листом.

– Вообще-то это сделал Марк. Он хотел помочь.

Едва ли он действительно хотел. Вряд ли дело в искреннем альтруизме.

Берт досадливо морщит лоб, переводя взгляд на Марка. Тот усмехается и пожимает плечами.

– Не стоит благодарности. Лора напомнила, что все мы здесь помогаем друг другу. Нужно держаться вместе, верно? – он подмигивает мне и как ни в чем не бывало откидывается на спинку кресла.

От напряженной тишины воздух, кажется, скоро начнет трещать. Интересно, что между ними произошло. Сложно упрекать Берта и Эрика – Марк и сам ведет себя вызывающе, но вряд ли он делает это просто так.

Выяснить, чем может закончиться мрачное молчание, не удается. В кабинет входит высокий широкоплечий мужчина, и я удивленно моргаю. Когда все говорили о Главе Академии, я представляла кого-то, похожего на нашего университетского ректора, – возрастного сгорбленного мужчину с очками на носу, в старом пыльном костюмчике и с проглядывающей сквозь седину лысиной.

Единственным, что хоть как-то можно соотнести с моими ожиданиями, оказывается строгая темно-синяя рубашка и широкий галстук в косую полоску. Берт и Эрик не кажутся его копиями, но определенное сходство нельзя отрицать – те же вьющиеся черные волосы, только коротко подстриженные, и те же медовые радужки. В глаза бросается длинный шрам на щеке – густая черная щетина на нем не растет.

Глава окидывает комнату цепким взглядом и направляется к столу. Его подернутое усталостью лицо не выражает совсем ничего, и я из вежливости неуверенно приподнимаюсь со стула, но Берт надавливает на мое плечо, не позволяя встать.

Я прикрываю глаза в немой благодарности. Берт не просто остался стоять рядом, его пальцы все еще лежат на моем плече, почти невесомым прикосновением распространяя теплоту по телу.

– Можно считать, что у нас тут собрание Младшего Совета, – твердо произносит мужчина, сложив пальцы домиком.

– Айрис не хватает, – тут же отзывается Лора, откладывая на журнальный столик очередного журавлика. Там уже целая стая.

Взглянув на Лору, мужчина моментально смягчается – у него разглаживается складочка на подбородке, и уголки тонких губ приподнимаются:

– Я могу рассчитывать, что ты ей все детально передашь?

Лора с готовностью кивает и ласково улыбается.

Берт рядом откашливается, привлекая к себе внимание, и начинает:

– Это Теодора. Я о ней говорил…

Легким движением подбородка Глава прерывает его рассказ и смотрит на меня.

– Здравствуй, Теодора. У тебя, наверное, накопилось много вопросов. Можешь задать их, а я постараюсь ответить.

Неожиданно дружелюбное обращение сбивает с толку, путая мысли в голове. Вопросы? Их у меня целый ворох. Что это за Академия? Кто все эти люди? Почему под пальцами Марка у меня исчезли раны, даже шрамов не осталось? Кто на меня напал? Да что вообще происходит, в конце концов?

Набрав в грудь побольше воздуха, я собираюсь выпалить сразу все, но вместо этого глубокомысленно выдаю:

– Э-э-э.

Марк хмыкает. Лора ободряюще улыбается. Эрик отворачивается со скучающим видом. Берт сжимает пальцы на моем плече. Мне же хочется провалиться под землю от стыда.

Глава понимающе кивает.

– Хорошо. Я попробую тебе рассказать кое-что, а ты сможешь по ходу задавать вопросы. Идет? – Он действительно ждет мой ответ, и я киваю, приготовившись слушать внимательно. – Меня зовут Виктор, и сейчас я занимаю пост Главы Академии книгоходцев. Знаешь, что это за место? – Только когда я отрицательно мотаю головой, Виктор продолжает: – Здесь мы собираем всех людей, которые способны перемещаться в книжную реальность, и обучаем их, заодно обеспечивая им защиту. Ученики попадают в Академию по-разному: у кого-то родители книгоходцы, и они приводят своих детей в Академию, кого-то мы находим по всплескам энергии, другие пытаются разобраться в происходящем и сами нас разыскивают. – Он выдерживает паузу, чтобы я могла усвоить информацию. – Альберт утверждает, что ты одна из нас. Как так вышло? Ты никогда не пыталась выяснить, что с тобой происходит?