Анастасия Шакирова – Ключ-стражи (страница 10)

Она уходит или приходит вообще?

Тут же выяснилось, что приходит. Сопровождаемая двумя другими, плохо различимыми в двухлунном свете фигурами, Лиарра направлялась к гостевому домику, который, как на Йеров грех, располагался как раз возле нашего общежития. Когда я, стараясь ступать максимально бесшумно и аккуратно, последовала за троицей, наготове была отмазка – «борюсь со своими потенциальными комплексами» (попутно придумалась вторая, «проверяю работу рун скрытности в полевых условиях»). А еще мне было ужасно интересно – кто этот третий? Второй, кажется, Ланс, судя по поблескивающей кольчуге, неизвестный его заметно ниже и сутулится, как Вилли над книгой.

В окнах домика мигнул и зажегся cвет. Великая Разведчица Маннэке к этому моменту уже сидела в зарослях сорняков под окном (как хорошо, что садовника у нас уже полгода как нет!), сжавшись в самый незаметный на свете комочек и навострив уши так, что пустынный тушкан бы позавидовал. Окна были приоткрыты — тепло, весна, и происходившее в домике прослушивалось отлично. Вот шаги, вот они входят в комнату...

– Значит, ты тоже почувствовал? – Лиарра, видимо, продолжала какой-то начатый разговор. В ее голосе слышалась та же неприязнь, что и в обращенных ко мне репликах, и я невольно посочувствовала тому, к кому она обращается.

— Ага. Любопытно стало, сестренка, — лениво отозвался второй голос. Глуховатый, резкий, по-столичному нарочито тянущий слова. — Эта магия воняет на полкоролевства. А вы тут, гляжу, уже наворотили. Теперь даже самая безмозглая крыска головы из норы не высунет.

— Я тебе не сестренка! — рявкнула Лиарра так, что в окне задрожали стекла. От последующих ругательств, кажется, даже трава под окном привяла.

— Братишка? — ехидно предположил голос.

— Иди ты! — внутри что-то опрокинулось, покатилось и зазвенело, послышался голос Ланса «С-спокойно, Лиа, спокойно, мы не в-враги», неразборчивое шипение Лиарры и скрип мебели. Я зажала себе рот обеими руками.

— У нас не было д-другого выбора, — это уже Ланс. — Я в-виноват, я столкнулся нос к носу с этим... м-магом... п-прямо в лесу, когда пытался найти с-следы старого убийства. Он атаковал с-сразу. Я защищался. Признаю, глупо, надо было как-то аккуратнее...

— Конечно, аккуратнее! Надо было аккуратно, бережно и нэ-эжно его убить, — хмыкнул незнакомец. — Какой кретин оставляет врага в живых?

— Я б-был уверен, что он м-мертв...

— Лишний раз мечом ткнуть рука отсохнет?

— Сам бы и тыкал, раз такой умный!

— Лиа, с-спокойнее.

— Я бы и ткнул, и руки-ноги поотрубал, для гарантии. Эти твари оживают, стоит только отвернуться.

— Он так и с-сделал. Х-хорошо, дети не пострадали.

— О да. Детишки. А ты уверен, что под личиной одного из этих милых ребятишек не прячется крыса?

Зажатый рот уже не помогал, пришлось укусить себя за палец. Рея и все ее благие дела, что тут вообще творится? Да, я, конечно, думала об этом... что, кроме Тансена, могут быть другие... Только вот плохие мысли упорно не пробивались сквозь привычное «с нами все будет в порядке, со мной все будет в порядке». Люди постоянно себе так говорят. Иногда — когда уже поздно.

Один из нас — пособник Ворона?! Не может такого быть! Вилли, Нори, мои лучшие друзья; весь класс — я их уже три года знаю; Поли, она на год старше. А я сама? Чем я докажу, что не гоблин?

Я потрясла головой и снова жадно вслушалась в разговор.

— Я ув-верен, — голос Ланса звучал непривычно жестко. — Л-лучше расскажи, что т-тебе удалось разузнать.

— Разузнать? Лучше спроси — сколько книг в столичной библиотеке можно пустить на растопку, толку от них все равно нет!

— Н-никакого?

— С Темного Йера молока и то больше. Почти все архивы уничтожены, братишка. Родиться мне на свет хромым хагзи, если это не Церковь. Война Ворона была не просто войной, она была — ооо! Скандал! Угроза! Все маги королевства под подозрением! Все свидетельства старательно подчистили, языками углы вылизали. Не приведи боги лишиться людей с даром. Хотя и дар тот — что собачий хвост, ан последний, другого нет, вот и носятся с ним, как с тухлым яйцом. Тьфу.

— Ты же сам из Мастерской, — ледяным тоном напомнила Лиарра.

— И что, мне теперь по гроб жизни радоваться, что научили огоньки зажигать да воду в чайнике кипятить без очага? Ха. Вот Ворон — тот знал. Многое знал, и всерьез.

— Вот и шел бы ты!.. — дальше Лиарра пробормотала что-то совсем неразборчивое, было слышно, как Ланс ее увещевает вполголоса.

Незнакомец зевнул и благодушно поинтересовался:

— А вы-то тут чего торчите, задницы отсиживаете? Прочесать город не додумались?

— Уже п-прочесали. Ничего. П-предлагаешь хватать на улице к-каждого жителя и допрашивать?

— Можно. Иголочки под ногти там (я вздрогнула) или отпилить что-нибудь важное (в комнате снова что-то упало и, судя по звуку, разбилось). Эх, жаль, дыбу высочайшим указом Церкви запретили!

Повисла зловещая пауза. Потом шарахнулась, вспугнутая вздохом Ланса. Камешек-»незамечайка» рассыпался у меня в кулаке теплой пылью.

— Ш-шуточки у тебя, З-зелль. В-во имя Ключа, н-не нагнетай.

— Я шучу? — удивился незнакомец. — Ну ладно, ладно. Все равно тут народу — прорва, почти столица, каждого таскать — замучаешься. Слушайте, братишки-сестренки, а вам одна простая идея не приходила в голову?

— Какая? — с подозрением отреагировала Лиарра.

— Крыски — это, конечно, верно, где один отыскался, там и тысяча наберется. Тем более после того, как по стране вонь потекла, а места силы исчезать стали. Но вы мне скажите, почему только крыски? Почему не один, главный крысиный король? Тело-то Ворона, помнится, так и не нашли. Ту дыру в земле, что на месте Серых Тропок осталась, обнюхали до последней крохи мышиного помета — не нашли.

— Т-ты полагаешь?

— Угу, — беспечный голос Зелля совершенно не вязался с темой разговора. — Места силы он знает, очухаться после произошедшего смог бы. И спрятаться, раны зализать. А сейчас время тихое. Магия дохнет постепенно. Самое время...

Но дальше я уже не слышала. Сказанное наконец-то дошло до меня полностью, и Великую Разведчицу Маннэке словно ведром воды окатили. Ледяной водички, из подземных источников. Ворон жив? Настоящий Ворон, которым пугают младенцев, «будешь плакать — Ворон тебя заберет», о котором первоклассники пугалки-ужасы рассказывают?

...и ведь именно эта мысль подтачивала мою уверенность в том, что «все будет хорошо». С самого утра. Я неосознанно отгоняла ее, не допуская даже самой маленькой, на мизинец, возможности...

Меня начала бить дрожь, я попыталась непослушными пальцами застегнуть форменную куртку, и, разумеется, по закону подлости задела локтем cтоявшую у стены домика бочку для воды. Бздяммм!

Разумеется, меня услышали.

– Кто здесь? – это была Лиарра. Окно распахнулось, жалобно хрустнув ставнями, островок света перед ним расширился. Несколько секунд назад я думала, что страшнее быть не может. Оказалось – еще как! Великая Разведчица Маннэке, предусмотрительно подкравшаяся сбоку, пока что была за пределами яркого пятна, но... Бежать? Оставаться?

И тут меня крепко схватили сзади за плечи, зажав чем-то рот. Я не замычала и не стала сопротивляться. Нет, не потому, что чей-то тихий голос прошипел мне в ухо «молчи!», а только потому, что окаменела от ужаса. Целиком, и язык тоже.

– Кто?! – в голосе Лиарры звучали истерические нотки.

– Мяу, – тихонько отозвались у меня из-за плеча. Очень правдоподобно. Не ощущай я вкус чьей-то перчатки во рту – ни за что бы не решила, что это подделка. Еще одно негромкое мяуканье, а потом удаляющееся шуршание – словно зверек уходил прочь.

Некоторое время царила тишина. Потом явственно хихикнул незнакомец — Зелль — в комнате. Лиарра зло сплюнула в сторону, чудом не попав мне на макушку, и прикрыла окно:

– Кошки. Всегда ненавидела чертовых тварей.

За моей спиной раздалось нечто похожее на еле слышный вздох облегчения. Я была бы и рада издать то же самое, но обнаружила, что горло перехватило, и даже хомячьего писка выдавить не получается. Перчатка убралась наконец ото рта Великой Разведчицы... нет, скорее – просто ужасно перепуганной Маннэке.

– Убираемся. Быстро, – шепотом скомандовал мой спаситель, все еще невидимый в темноте. Меня потянули за руку, и, стараясь производить как можно меньше шума, мы стратегически отступили к конюшне. Там я и рухнула сидеть под стеночку, стараясь дышать глубоко и ровно. Рея, будь благословенна за доброту!Клянусь, никогда больше не стану подслушивать! Госпоже Матильде грубить не буду! Все учебники вызубрю!

– Выбрались, надо же, – неизвестный, отлично подражающий кошкам, присел рядом. – Что ты там делала?

– Р-р-Рэн?!

– Я.

Нашего заказчика из Воинской Академии было не узнать, и вовсе не потому, что ближайший фонарь был далеко, а Медька с Серебрушкой ленились освещать наш бренный мир, почти полностью спрятавшись за тучи. Он был полностью в черном, за спиной – короткий плащ, встрепанные рыжие волосы прикрыты капюшоном, нижняя часть лица – черной же повязкой. На руках – мягкие перчатки без пальцев, оружия нет. Не узнала бы его голос – ни за что бы не решила, что это все тот же легкомысленный Рэн, проваливающий все экзамены.

– Ты человек-тень с островов, да? – осторожно предположила я. – А тут за секретами шпионишь? Или за шпионами... секретишь?