Анастасия Сенькина – Лакримоза (страница 17)

Холодный ствол с силой вдавился ей в затылок.

– Говори! – раздался приказ, отражаясь от глухих стен. – Где ваш база?! Что вы задумали?!

Киёра не отвечала уже довольно долго, и похоже их терпение кончилось: удар приклада оглушил её на одно ухо и повалил на холодный пол, пропитанный замытой кровью.

– Где ваша база?! – раздавался вопрос эхом. – Не молчи, тварь!

Киёра отчаянно пыталась уползти, таща за собой стул, к которому её привязали. Из соседней камеры раздавались душераздирающие крики, холодя кровь в её жилах. А прямо на её пути к заветной белой двери наружу лежала чья-то отрезанная нога. Киёра с трудом сдержала рвотные позывы, поворачивая голову в другую сторону. Тут кто-то схватил её стул и дёрнул его вместе с ней, поставив в исходное положение.

– Ну и что будем с ней делать? – спросил начальник, оттянув её голову назад за волосы, и схватив рукой её левую грудь. – Жалко будет убивать, даже не воспользовавшись таким молодым телом, да?

Двое шестёрок в белой, но чёрной от сажи, форме, стоящие чуть поодаль, приблизились к ней.

– Мы всегда за, босс, – сказал один из них и засунул руку под её форму, проведя холодной рукой по её животу и выше. – Думаю, стоит позвать и остальных.

– Успеется! – осадил его босс, расстегнул ширинку и повернул её голову в нужную сторону, дёрнув за волосы.

Киёра ахнула и подскочила на кровати. «Твою мать!», – подумала она, вцепившись руками в одеяло и тяжело дыша. Холодный пот катился с её израненного тела. Она надеялась, что со сменой обстановки эти кошмары перестанут её преследовать, и вот уже почти неделю ей удавалось их избежать. Как вдруг эта нелепая шутка Гая заставила её испытать похожий страх. А потом ещё эта чёртовая рука без кисти, с почерневшей запёкшейся кровью, проступащей сквозь бинты!

Киёра встала с кровати, открыла верхний ящик своего стола, нащупала поддрагивающей рукой банку со снотворным, и положила одну таблетку под язык. «Успокойся, это просто сон», – говорила она себе, проведя рукой по лбу и ложась обратно, но сон так и не приходил. Она выпила ещё две таблетки. Но стоило ей закрыть глаза, как она снова видела перед глазами тот грязный потолок, с единственной горящей лампой и брызгами крови. Тогда это было местом, куда она устремляла свой взгляд, лишь бы только уйти от той ужасающей реальности, в которой ей пришлось находится. Но звуки и ощущения: она помнила всё, даже сейчас.

На утро Рейган пришёл даже чуть раньше, чем обычно, потому что его ноги наконец-то ожили от спячки и стали с лёгкостью преодолевать этажи. Из-за вчерашних хороших тренировок он не помнил, как уснул, и поднявшись на верхний этаж почувствовал некую слабость: организм не успел восстановиться за ночь. Однако увидев командующую он подумал, что ещё выглядит неплохо, такой потрёпанной она казалась. На его пожелание доброго утра она коротко кивнула. Похоже, она не спала всю ночь.

– Через час отправляемся в Шейх. Надеюсь, ты готов ко всему. Будешь прикрывать меня с остальными, – холодно объявила Киёра и поправила свой чёрный мундир рукой, как если бы замёрзла, что было довольно странно, ведь в Кренце было жарко с самого утра. Затем она запустила пальцы в волосы, свела ладони у лба и с силой надавила на него, будто прогоняя дурные мысли. Через пару минут дверь открылась и в кабинет пожаловали человек десять примерно одного роста и телосложения в бронежилетах серебристого цвета и со знакомыми бежевыми автоматами. Киёра убрала руки от головы.

– Это мои телохранители, – пояснила она. Один из воинов протянул Рейгану точно такой же автомат.

– Знаешь, как пользоваться? – уточнил охранник.

– Так точно, – Рейган передёрнул затвор.

– Хорошо.

Они вышли из кабинета, прошли по большому круговому коридору с окнами во все стену до серого крепкого стандартного лифта, и спустились на нём вниз. Снаружи их уже ожидало грандиозное войско, состоящее из уходящей к горизонту пехоты, внушительной танковой части, тяжёлой артиллерии, стоящей между каждым десятком рядов, и с десяток самолётов-истребителей, стоявших позади всех. Рейгана поразило, как за столь короткое время они успели поменять свой чёрный цвет формы и орудий на маскирующий в Таврии бежевый цвет с коричневыми пятнами. Когда-то у таврийцев была такая же форма, только с другой формой пятен, но с приходом Церы их форма стала белого цвета.

– Не отходи от меня, – напомнила Киёра и, поморщившись от мнимого холода, направилась вместе с охранниками к паре бронированных машин, тоже бежевой расцветки. Трое телохранителей сели в первую машину, вместе с двумя солдатами, одетыми в чёрные абайи, как таврийские граждане; во вторую машину сели пятеро: водитель, второй охранник спереди, сзади сели охранник, Рейган, и Киёра между ними. Прошло ещё минут с двадцать, во время которых, видимо отправились вперёд войска, и затем их машины быстро тронулись с места по гравийной дороге навстречу скудной растительности и песчаным каньонам по обе стороны от дороги. Несмотря на то, что в городах была проведена система водоснабжения, передвигаясь пешком между городами, можно было, как и в давние времена, легко умереть от обезвоживания, если не запастись достаточным количеством воды и не укрывать лицо. Поскольку Кренц находился на самом севере Таврии, здесь это было особенно выражено, но чем дальше они ехали на юг, тем больше растительность радовала взгляд: появлялись низкие кустики и небольшие полесья с низкими таврийскими деревьями – грахмами, имеющие тёмно-зелёные синеватые листья и синие же плоды ягод. Шейх был по большей части торговым городом, и вблизи него, насколько помнил Рейган, когда-то были целые плантации винограда и разных трав. Но вот и они! Красные, синие и фиолетовые пышные кусты, посаженные рядами, уходящие до горизонта в обе стороны! Видимо их восстановили после нападении Церы… Или посадили заново. В связи с этим Рейган хотел рассказать Киёре о чудесном таврийском вине, с терпко-сладким привкусом, которое им следует обязательно попробовать в этом городе, когда они его освободят, но командующая уже откинулась головой на спинку машинного сиденья и, кажется, спала, сурово сведя брови.

«Заработалась?», – подумал Рейган и решил не беспокоить её. Охранник, сидевший с противоположной стороны, напротив, с интересом смотрел в окно, и изредка поглядывал на Рейгана.

– Вы из этого что-нибудь настаиваете? – спросил он наконец, кивая на синие кусты округлой формы за окном.

– Да. Делаем отличное вино, – порекомендовал Рейган. – Я знаю хорошее место, если оно ещё сохранилось.

Охранник чуть заметно ухмыльнулся.

– Потом покажешь, тавритчанин. Когда победим!

– Да! – согласился Рейган. «Тавритчатчин» звучало забавно, как ему показалось.

Машина подскочила на кочке, и Киёра в сонном состоянии чуть облокотилась на его плечо головой. Рейган был не против: ему было даже немного приятно от такого, ведь он так давно не соприкасался с представительницами женского пола. А в тюрьме так просто мечтал об этом. Как же ему чертовски всего этого не хватало! Даже Лилиан ни разу не прикоснулась к нему с теплотой, сколько бы он не навещал её в новом доме. Заводить длительные знакомства ему не удавалось из-за того, как быстро их полк перемещался по стране до её поражения. А снимать девушек ему не позволяла совесть. Рейган повернулся к своему окну. Солнце светило также ярко, как было темно в его душе. Ещё одна кочка заставила Киёру облокотиться головой сильнее. «Такая тёплая», – подумал он, мечтательно закрывая глаза. Какие глупости! Командующая, конечно, имела привлекательные формы, но уж точно не сделала бы ему такого одолжения. О чём он только думает?

Рейган открыл глаза. Они проехали все поля, засеянные виноградом и снова очутились в «голой» пустыне. Видимо эсперийцы решили как-то объехать город, чтобы вести командование издалека.

– Приехали, – объявил водитель на церанском, поворачиваясь на сидящих в салоне, когда припарковался среди пустынного поля. Рейган осторожно толкнул Киёру плечом: та вздрогнула и проснулась.

___________________

* – Подъём! (эспер.)** Чем занимаетесь? (эспер.)

Глава 8. На двойной фронт

С тех пор, как с Вирмой был заключен мирный договор, южные войска Эсперии подобрались к границе с новым союзником, а сэр Гилберт заставил «нужные винтики» крутится, прошло уже два дня, в течение которых молодой полковник Штрейс Браун ни смыкал глаз. Синие холодные ночи сменялись яркими и жаркими солнечными днями, пока они перемещали танки и артиллерию под видом торговых грузов. И те и другие уже были перекрашены в бежевый, как и велела Её Превосходительство, и также накрыты сверху разноцветными тканями. С Вирмой был заключен договор минимум на полгода, поэтому у них были все разрешения. Но всё же эта была незнакомая страна, как и Таврия, которую он не так давно покинул. Хотя разницу было заметить сложно: для него все южане были на одно лицо. И там и здесь были каменные дома, песок, яркое солнце, которого не увидишь в Эсперии, и неизвестные наречия. И странные, почти враждебные взгляды в их сторону, когда они перемещались по людным местам. Не похоже, чтобы жители привыкли видеть такое часто. Поначалу Штрейс не понимал, как советнику Её Превосходительства удалось так быстро убедить Вирму перейти на их сторону, но спустя полдня уже вполне имел представление.