Анастасия Щепина – Проект Тетис (страница 8)

– А знакомство лучше всего провести на тренировочном полигоне.

– По распорядку дня у нас физ.подготовка, – начинаю было я, но выражения лица Амми неуловимо меняется.

– По распорядку дня у нас то, что скажет командир, – строго произносит она.

Все остальные словно замирают, смотря на нас в упор.– Какие-то проблемы с подчинением? – зловеще интересуется Амми.

– Никак нет…

– Все на полигон!

– Есть! Есть! Есть! – доносится из разных углов комнаты, и девушки слаженно выбегают во внешний коридор.

– Есть! – выкрикиваю я и бегу следом.

Тренировочный полигон представляет собой двухкилометровую трассу с препятствиями в несколько уровней. В начале трассы стоит контейнер с автоброней, в которую мы облачаемся по команде. В отличие от медицинских экзоскелетов автоброня тяжелее и имеет стандартные регулируемые размеры. Система считывает мои параметры и меняет конфигурацию. Мне давит в плечах, но откалибровать броню я не успеваю, голос Аммирин командует занять стартовую позицию.

Я не знаю команд. Просто повторяю за всеми остальными. В армии незнание и отсутствие обучения не освобождают от выполнения приказов. Мы выстраиваемся в шеренгу в начале трассы, и автоматика запускает ее механизм.

Первое препятствие – отвесная скала, на которую мы забираемся, прежде пробежавшись по вязкой субстанции, похожей на грязь. Стены скалы гладкие, как отполированный металл, подошвы брони скользят, а остатки грязи на них не оставляют шансов.

Скатившись к подножию после третьей неудачной попытки, я поднимаюсь и вижу, что остальные почти у вершины.

«Обнаружена поверхность с малым коэффициентом трения. Запустить систему сцепления с поверхностью?» – всплывает сообщение на внутреннем дисплее.

«Да» – выбираю я. Конечно, да. Наконец-то.

Подошвы и перчатки брони меняют конфигурацию, и я спешу догнать остальных. Четвертая попытка преодоления вершины оказывается более успешной. Я стремительно скатываюсь вниз в новую зону, пол которой покрыт льдом. Поднимаюсь и падаю.

Теперь подошвы примерзают к поверхности. Автоматика не предлагает решения. Открываю меню, пытаясь найти нужную команду, но безуспешно. Наугад выбираю «автопрогрев», температура брони поднимается, освобождая меня от ледяных оков. Тело жжет, мигом нахлынули воспоминания про бандитов в подворотне Дионы и мое счастливое спасение. Спасет ли меня что-то в этот раз – большой вопрос.

Пытаюсь устранить упадническое настроение. Мне жизненно необходимо не отставать от остальных.

В следующей зоне это оказалось несложно. Это зона огня. Здесь темно, а невидимый «враг» обстреливает нас со всех сторон. Мы прячемся за невысокими укрытиями, представляющими из себя имитацию типичных ландшафтов сатурнианских планет.

«Дальше идете по одной», – снова слышится командный голос Амми, – «Каждая должна снять по десятку. Иначе не пройдете. Зетта, вперед.»

Одна из девушек срывается с места и перебежками, под перекрестным огнем неведомого «врага», продвигает вперед, отстреливаясь в темноту.

Я даже не представляю, как выглядит «объект». И тем более, как пользоваться встроенным оружием. Изучаю блок на запястье руки, но подсказок на нем нет, а наугад тыкать чревато. Оглядываюсь по сторонам. К соседнему укрытию подбегает одна из девушек и замирает, привалившись к нему спиной. Там вполне хватит места для двоих. Это мой шанс.

В краткий промежуток прекращения обстрела, я делаю глубокий вдох и перекатываюсь до соседнего укрытия.

– Ты куда лезешь? – шипит на меня девушка, занявшая позицию прежде меня.

Я выдыхаю. Кажется, цела. Только плечо дымится.

– Эй, помоги запустить огневую систему.

– Сейчас?? Совсем сдурела?

– А у меня есть выбор?

Видимо, Аммирин слышит наш разговор, потому что мы слышим ее «Ви, ты следующая», и моя соседка встает на изготовку.

Я чертыхаюсь. Интересно, за что Амми меня так сразу возненавидела?

– Ви, помоги мне или я завалю общий зачет.

Девушка резкими, выдающими недовольство движениями тыкает в сенсоры на моем запястье:

– Это огонь, можешь большим и указательным отдать команду. Это перезарядка, вот охлаждение. Блокировка здесь.

«Ви, пошла» – слышим мы по внутренней связи.

– И вообще, доверься подсказкам системы, – бросает она напоследок и убегает под

вспышки вражеских залпов.

Дальше я наблюдаю как девушки одна за другой пробегают зону, собираясь на общей огневой позиции. Вглядываюсь в темноту, пытаясь изучить действия остальных, пока не слышу:

«Тетис, пошла!»

Я разблокирую сенсорную систему, запускаю зарядку, покидаю свое укрытие.

В целом мне повезло, что я иду не первой – у меня было немного времени, чтобы изучить расположение укрытий, хотя огневые позиции врага не поддавались учету – они постоянно перемещались, подчиняясь сложному алгоритму.

Стреляю я обычно неплохо, лучше среднего. Но бег в броне дарит непередаваемые ощущения. Я передвигаюсь от укрытия к укрытию. Снимаю одну цель, вторую. Третий пораженный объект меня вдохновляет: а в целом, задача выполнима! Но стоит мне самонадеянно выбежать навстречу четвертой, как система автоброни сообщает о нехватке заряда. Залп невидимого врага стреляет мне в живот, опрокидывает навзничь. От удара дергает голову так, что сводит шею.

Как можно быстрее стараюсь собраться, перекатываюсь на живот и получаю выстрел в бок. Спасибо броне, что защищает, но по ощущениям стреляют будто по-настоящему.

Через секунду меня добивает толчок в спину, едва не сломавший мне хребет. Я снова переворачиваюсь и вижу пробегающую надо мной Аммирин, которая гигантскими шагами преодолевает трассу вслед за остальными и в прыжке отстреливает «вражеские объекты». Зрелище настолько же восхитительное, насколько унизительна картина распластанной на полигоне меня.

Спустя несколько мгновений залпы утихают.

«Илина, в строй, » – слышу я голос Амми, – «особое приглашение нужно?»

Я немного сожалею, что меня не прикончил выстрел в живот. Поднимаюсь и бегу.

На общей точке сбора гуляет восхищенный шепоток: «Семнадцать… Семнадцать сняла… Ну дает…».

– Учи теорию, Илина, – говорит Амми, когда я встаю в строй, – Если в ближайший месяц я не буду видеть, как ты штудируешь инструкцию по каждой модели автоброни, каждый день тебе гарантирован наряд вне очереди. Уяснила?

– Так точно, – чеканю я, и мы общей группой бежим на преодоление следующих зон.

А ночью я проваливаюсь в свой очередной кошмар.

– Не обращай внимания. Аммирин – просто стервозина, – сообщает Гавидон в ответ на мой пересказ минувших событий. Он висит на перекладине, ухватившись за нее уцелевшей рукой, делает еще один рывок и спрыгивает вниз, – Тебе достался старый броник, такие сейчас не используются.

Броник серии СЕ-260, поступили в комплектацию сидерический год назад. Сегодня с утра, под тяжелым взглядом Амми, я зубрила тех-документы по нашему оснащению.

– Да он старше тебя.

Я неопределенно хмыкаю.

Мы с Гавидоном столкнулись в общем тренировочном зале, куда я дала себе обещание ходить каждый день в свободное время, если вообще хочу выжить. Я дрыгаю ногами, силясь сделать еще один заход, но срываюсь и тоже приземляюсь на пол, только менее успешно. Смотрю как Гавидон встегивается назад в броню, так ловко, будто она всегда была его частью.

– А ты знаком с Амми?

– Ага, вместе начинали. И она вовсе не была такой раньше. Той еще сыкухой она была, я тебе скажу.

– Какое мне дело, какой она была. Сейчас она мне прохода не дает, уже пятый наряд вне очереди влепила. Знать бы, чего она так бесится.

– Новенькая ты, вот и бесится, – лениво отвечает Гавидон, запуская тестирование системы.

– В штурмовиках как-то побольше общности было. Командой работали. Жаль ребят… А здесь я на трассе даже до середины дойти не могу – меня свои же и уничтожают. Это нормально?

– Я помогу тебе с трассой, потренируем.

Но я от чего-то злюсь, и злюсь все больше. Мне вдруг вспоминается разговор с Аммирин в мой первый день.

– Слушай, Гав, а чего ты вообще со мной носишься?

– Чего? – опешил солдат, – Я не ношусь. Я помочь хочу.

– Не нужна мне твоя помощь!

Я зло пинаю мат и выхожу из зала.