Анастасия Романчик – Кровные узы (страница 121)

— Что встал? Топай давай, вундеркинд! — поторопил кто-то из одноклассников.

И пока Олег садился и раскладывал на парте школьные принадлежности, его не покидало чувство, что новый учитель за ним наблюдал. И вроде бы в облике мужчины ничего не нашлось необычного. На вид лет тридцать, спортивного телосложения кареглазый шатен. Но… что-то настораживало и беспокоило в нём.

Урок Леонид начал с шутки. Пока решались задачки на доске, учитель не переставал веселить класс и активно вовлекать учеников. На второй половине урока даже вечно скучающий Олег втянулся в процесс.

Но подозрительность вернулась, когда Леонид подошел к Олегу и коснулся его руки. Особенно учителя интересовал сустав возле большого пальца. Мужчина отошел к доске, так и не прокомментировав странное поведение.

Олег запоздало вспомнил, что именно на руках кости-то у него иные… он более внимательно присмотрелся к чужаку. Было ощущение, что Леонид пытался повторить образ идеального учителя из фильма. И математика… у него другая. Леонид ни разу не упомянул известных ученых. Он ни разу не воспользовался школьным учебником и придумывал задачки прямо в ходе урока. Даже домашнее задание Леонид написал на доске, вновь проигнорировав учебник.

Но самое главное… Леонид ничем не пах. Он проходил мимо, но даже аромат мела на нем не задержался, как на других учителях.

Когда после урока Олега позвали в медпункт, там обнаружился Леонид, мило беседующий с немолодой медсестрой Лидией Николаевной. Подозрения только усилились.

— О, Олег! Как поживает твое плечо? — приблизилась к мальчику Лидия.

— Неплохо, — ответил Олег, машинально коснувшись места старого ранения.

Знакомство с демонами не прошло для него бесследно. Раны от когтей не хотели никак заживать, словно демон отравил его.

— Леонид Михайлович сказал, что ты неважно выглядел на его уроке, — продолжала медсестра. — Давай, я осмотрю тебя.

Олег с сомнением скосил взгляд на Леонида, внимательно наблюдавшего за ним. Лидия не стала ждать от мальчика ответа и потрогала его лоб.

— Да ты весь горишь!

Она поставила ему градусник. Но через минуту, прежде чем медсестра опомнилась, Леонид змеиным движением забрал градусник и, едва взглянув, встряхнул его, словно пытался скрыть истинную температуру мальчика.

— Как я и думал, у него температура. Я отведу его домой.

Лидия добродушно кивнула, а Леонид подтолкнул Олега в спину. Мальчика почувствовал жалящий укол. Он резко повернулся, но Леонид состроил саму невинность:

— Что-то не так?

— Меня что-то ужалило в спину…

— Может, тебе показалось?

Укус или то, что его напоминало, жаром расползалось по коже.

— Я сам дойду.

— Олег, я обязан позаботиться о твоей безопасности.

Не врал, однако дар не подсказывал, когда использовали игру слов, и не рассказывал, что на самом деле скрывалось под словом «безопасность». Запрет его где-нибудь в подвале, где безопасно и сыро.

— Тогда позвоните моей бабушке — она меня заберет, — выбрал меньшее из зол Олег. Уж очень настораживал его новый учитель.

— Олег, ты можешь мне доверять, я не враг тебе, — Леонид коснулся его здорового плеча.

Снова не врал. И странные выбирает для человеческого учителя слова, словно обращался он не к обычному ученику. Да и почему именно Олега вызвали в медпункт? Зачем? Что Леонид ему вколол?

— Мама говорит, чтобы я был осторожен с новыми людьми и никому не верил, поэтому позвоните моей бабушке, пожалуйста, — настоял Олег, убирая руку учителя с плеча.

Лицо у Леонида вытянулось. Видимо, он хотел пообщаться с учеником без свидетелей и лишних ушей, а Олег ему план срывал.

— Конечно, я позвоню ей.

На куриных крыльях заботы бабушка Дарья прилетела спасать внука от температуры. И Олег вскоре пожалел о поспешном решении позвать на помощь бабушку. И свечи с горчичниками еще не самое страшное зло, бывшее в арсенале Дарьи.

Олег застонал, лежа на диване на кухне, обняв подушку. Во рту остался гадкий привкус рыбьего жира. Он сотни раз пожалел, что вызвал бабушку. Надо было вызывать дедушку…

— Нечего притворяться! — позлорадствовала Яна, вдоволь понаблюдав за мучениями сына. — Температура у него! Ты в жизни не болел ничем, кроме воспаления хитрости!

— Спасибо, мама, за сочувствие!

— И что на этот раз случилось? Чем тебе не угодил новый учитель по математике? И почему снова математика? Ладно, Клавдия Степановна к тебе придиралась, а у этого исключительно положительные отзывы!

— В этом и проблема, — проворчал Олег.

— Тебе не угодишь! И, пожалуйста, не надо и его вместе с собой телепортировать! Хватит с нас инцидента с Клавдией Степановной! И так весь следующий год тебе придется посещать школьного психолога!

— Хорошо, мам.

Яна уронила турку, разлила кофе по кафелю и нецензурно ругнулась. Трудно не заметить, что у неё всё валилось из рук. Всё время морщилась, словно ей не нравился запах на кухне. После того как вытерла кофе с пола, она открыла форточку и обмахивала себя красно-белым веером, купленным когда-то в парке аттракционов.

— Тебе нехорошо? Может, стоит обратиться к врачу? — поинтересовался Олег, позабыв, что ему самому дурно.

— Пройдет, — отмахнулась от сына Яна. Она словно что-то скрывала и с напряжением всматривалась в окно.

— Ты уверена?

— Нет.

— Может, все-таки сходи к врачу.

— Боюсь, что врач мне уже не поможет, — она скривилась. — Какая я дура! Ненавижу его! Ненавижу!

Олег не успел ничего спросить, как мама выбежала в коридор собрала вещи и пошла на прогулку, о чем оповестила сына. Затем так сильно хлопнула входной дверью, что едва не попадали куртки с вешалок.

— В моей жизни когда-нибудь закончатся странности? — вслух спросил Олег.

— Никогда, — отозвалась невидимая Алирая.

Олег тяжко вздохнул. Как раз призрак никуда исчезать не собирался, Алирая по-прежнему везде его сопровождала, хоть и говорила не особо часто.

— Ты поможешь мне с Леонидом, если его прислал Эл? — спросил он.

— Против него действовать я не буду. Физической расправой он тебе не угрожает.

Мальчик заскрипел зубами. Ясно, что Алирая против земляка не пойдет. Надо подумать, как заставить чужака убраться домой.

Яна вышла из дома и села на лавочку в полнейшей прострации. Она так и никому не призналась, что у неё родится второй ребёнок. Вначале пыталась сама решить проблему, никого не посвящая, однако скоро скрывать будет бессмысленно. Прощайте целые табуретки и спокойные дни.

— В следующий раз, я его кастрирую во сне, — Яна закрыла лицо руками, поставив локти на колени.

В сумке требовательно запиликал телефон. Яна раздражительно извлекла мобильник из сумки, посмотрела на экран. Катя звонила.

— Ты чего не отвечаешь⁈ — вместо приветствия закричала в трубку подруга. — Я тебе в третий раз звоню!

— Я не слышала.

— И как это ты умудрилась в мае простыть? Чего голос такой сиплый?

У Яны едва истерика не случилась, но она сдержалась и просто молчала.

— Та-а-ак, видать, случилась катастрофа, — протянула догадливая Катя. — Давай встретимся сегодня в нашем кафе. Жду тебя через час.

Яна пришла в кафе с березовой тематикой за пятнадцать минут до встречи и, сев за первый свободный столик, заказала только картошки по-деревенски и молочный коктейль. Подругу в деловом костюме белого цвета она заметила ещё на улице. Выкинув в урну тонкую сигарету, Катя эффектно вошла в помещение и поправила свежеокрашенные рыжеватые волосы, подстриженные под каре и поддерживаемые чёрно-белым кокетливым обручем.

Не здороваясь, подруга присоединилась к Яне за столиком и одним многозначительным взглядом как бы потребовала — «Рассказывай!»

— Катя, я беременна.

— Как же те таблетки, которые я тебе посоветовала? — уточнила Катя, делая заказ шустрой официантке.

— Они не помогли…

— И как давно ты знаешь и почему не сделала до сих пор аборт?